Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 70)

Известно ведь, что Генеральная Ассамблея не может назначить генерального секретаря, если не представлен Генеральной Ассамблее доклад Совета безопасности с рекомендацией соответствующего кандидата. Генеральная Ассамблея не может, г-н Арсе, рассматривать вопрос, кого назначить генеральным секретарем, если Совет безопасности не представил кандидатуру для занятия этого поста. Вот что говорит статья 97.

Я бы спросил теперь, как же аргентинский делегат представляет себе процедуру обсуждения и решения этого вопроса, процедуры формирования рекомендации в Совете безопасности? В Совете безопасности принимаются решения только большинством семи с единогласием пяти, или, как говорится в Уставе, при пяти совпадающих голосах, или же простым большинством в семь голосов.

По каким вопросам достаточно простое большинство? По каким вопросам необходимы совпадающие голоса пяти великих держав? По процедурным вопросам – достаточно простое большинство в семь голосов, по непроцедурным вопросам, то-есть вопросам существа, требуется совпадение голосов пяти великих держав, членов Совета безопасности.

Конечно, и в этом случае г. Арсе, по своему обычаю восклицает: «Carthaginem delendam esse!» – «Карфаген должен быть разрушен». Это он говорит всегда относительно принципа единогласия в Совете безопасности, как некогда твердил о Карфагене Катон и как это выполнил Сципион Африканский.

Итак, Карфаген должен быть разрушен. Принцип единогласия в Совете безопасности – так называемое «вето» должно быть уничтожено. Противники принципа единогласия будут пытаться осуществить свой план уничтожения этого принципа. Посмотрим, удастся ли им эта затея. Но пока существует принцип единогласия в Совете безопасности, аргентинскому представителю необходимо считаться с этим принципом. Он может не соглашаться с ним, но он не имеет права нарушать его, пока такой порядок голосования в Совете безопасности предусмотрен в Уставе Организации Объединенных Наций.

Аргентинский делегат бросил замечание о том, что может быть мы можем обойтись без генерального секретаря, о порядке назначения которого говорится в статье 97 Устава. Может быть, по мнению аргентинского делегата, можно вообще обойтись без Организации Объединенных Наций? Почему вы не скажете громко то, что вы, вероятно, думаете?

Назначение генерального секретаря – важное дело, и поэтому Устав требует рекомендации Совета безопасности, без чего генеральный секретарь не может быть назначен Генеральной Ассамблеей. Ясно, конечно, что такая рекомендация должна быть положительной. Своим примером с генеральным секретарем г. Арсе полностью себя опроверг.

А что собой представляет прием новых членов?

Прием новых членов в статье 18 нашего Устава специально обозначен как один из важных вопросов, требующих голосования большинством в две трети голосов. Если это важный вопрос, требующий в Генеральной Ассамблее две трети голосов, то-есть квалифицированного голосования, то как же нужно к нему подойти в вопросе о голосовании в Совете безопасности? Тоже, как к квалифицированному голосованию. А что это значит? Это значит, нужно применить в таком случае пункт 3 статьи 27 Устава 24, то-есть нужно применить правило о единогласии. Следовательно, нужно иметь большинство в семь голосов, включая совпадающие голоса всех постоянных членов Совета безопасности.

Не может быть никакого сомнения в том, что когда идет речь о рекомендации, то идет речь о положительной рекомендации, причем не всякий результат голосования в Совете безопасности будет рекомендацией. Не все то, что явится результатом обсуждения в Совете безопасности по поводу приема новых членов, можно рассматривать как рекомендацию. Может получиться так, что предложение о принятии в число членов Организации Объединенных Наций какого-либо государства соберет семь голосов; но так как среди этих семи голосов не будет совпадающих голосов всех постоянных членов Совета безопасности, то не будет и решения. Но если нет рекомендации, а статья 4 говорит, что Генеральная Ассамблея решает этот вопрос по рекомендации Совета безопасности, то, следовательно, нет того основного условия, которое дает право Генеральной Ассамблее рассматривать этот вопрос.

Нам говорили здесь, что рекомендация не является для Генеральной Ассамблеи обязательной. Это верно. Генеральная Ассамблея вовсе не обязана считаться с рекомендациями Совета безопасности. Что это означает? Это означает, что Совет безопасности может рекомендовать принять такое-то государство, но Генеральная Ассамблея вправе отклонить такую- рекомендацию. Следовательно, рекомендация не является директивой для Генеральной Ассамблеи. Она не является императивом для Генеральной Ассамблеи. Это есть только рекомендация, и согласиться с этой рекомендацией или не согласиться – это, конечно, дело и право Генеральной Ассамблеи, как одного из главных органов Организации Объединенных Наций.

Но г-н Арсе смешал здесь два вопроса, он смешал вопрос о том, – является или не является рекомендация обязательной для Генеральной Ассамблеи, с вопросом – обязательно ли нужна рекомендация для того, чтобы Генеральная Ассамблея рассматривала этот вопрос. Между тем, должно быть совершенно ясно, что хотя рекомендация для Генеральной Ассамблеи от Совета безопасности не является обязательной, то-есть обязывающей Генеральную Ассамблею решить именно так вопрос, как рекомендует решить Совет безопасности, это не значит, что не нужно обязательно иметь рекомендации от Совета безопасности для того, чтобы приступить к рассмотрению этого вопроса.

Следовательно, и здесь у аргентинского делегата имеется, к сожалению, крупное недопонимание смысла и сущности статьи 4-й, характера отношений между Советом безопасности, с одной стороны, и Генеральной Ассамблеей, с другой. Вот почему неправильны все те выводы, которые делаются из неправильного понимания о статье 4.

Первый неправильный вывод, который сделал представитель Аргентины, тот, что Генеральная Ассамблея может рассматривать вопрос о приеме новых членов даже в том случае, если нет рекомендации Совета безопасности о приеме.

Второй неправильный вывод состоит в утверждении, что если даже Совет безопасности даст отрицательную рекомендацию, то-есть не будет рекомендовать принять данное государство в состав Организации Объединенных Наций, то и в этом случае Генеральная Ассамблея может рассматривать этот вопрос.

И третий неправильный вывод: если Совет безопасности не вынесет, – как говорил здесь г-н Арсе, – ни положительной, ни отрицательной рекомендации, то и в этом случае, – говорит г-н Арсе, – этот вопрос может рассматривать Генеральная Ассамблея.

Генеральная Ассамблея может, конечно, рассмотреть любой вопрос, но в данном случае она не имеет права принимать никаких постановлений, а обязана действовать в этом последнем случае в соответствии со статьей 126 правил процедуры. Это значит, что Генеральная Ассамблея должна возвратить со всеми материалами в Совет безопасности этот вопрос, причем приложить к тому же и протоколы прений, какие были по этому поводу в Генеральной Ассамблее, и предоставить Совету безопасности действовать дальше согласно Уставу, а именно согласно статье 4-й Устава Организации Объединенных Наций 25.

Г-н Арсе с отменным и уже нам хорошо известным трудолюбием отыскал где-то в архивах какой-то документ, довольно неопределенный, в котором что-то говорится относительно обязательности или необязательности для Генеральной Ассамблеи рекомендации Совета безопасности. Оказывается, секретарь какой-то юридической комиссии сообщил секретарю комитета, членом которого состоял представитель Аргентины, свое мнение по этому вопросу. Для того, чтобы убедиться в том, что это мнение имеет под собой почву, он обратился за разъяснением к председателю комитета, и председатель комитета, как здесь об этом заявил г. Арсе, сказал, что это сообщение вполне авторитетно и что его можно будет «сдать в архив навсегда».

Ну, знаете, это действительно что-то такое из «Тысячи и одной ночи», это настоящие «арабские сказки». Возможно, что такой разговор двух секретарей и имел место, но все это нас нисколько не может интересовать.

Что же быть должно на веки вечные и на все времена? То, что Генеральная Ассамблея вовсе не обязана во что бы то ни стало принимать рекомендации, которые представляет ей Совет безопасности, это не подлежит никакому сомнению. Но кто же когда-нибудь утверждал что-нибудь противоположное? Кто же говорил когда-нибудь, что если Совет безопасности дает рекомендацию о приеме, то Генеральная Ассамблея обязана ее принять?

Никто, никогда.. Этот поставленный Аргентиной вопрос об обязательности рекомендаций Совета безопасности не имеет никакой связи с тем, имеет ли право или нет по Уставу и по правилам процедуры Генеральная Ассамблея рассматривать вопрос о приеме какого-нибудь нового члена, если нет положительной рекомендации со стороны Совета безопасности. Между тем, об этом идет речь и на этот вопрос – если держаться Устава, его духа, смысла и буквы – может быть дан только один ответ: должна быть положительная рекомендация Совета безопасности, а рекомендация Совета безопасности по вопросу о приеме должна быть принята в порядке, установленном в пункте 3 статьи 27 Устава, то-есть решением большинством в семь голосов, включая совпадающие голоса всех постоянных членов Совета безопасности. Нравится это кому-нибудь или не нравится, – это никого не может интересовать. И когда здесь говорил представитель Голландии: закон есть закон, – представитель Аргентины ответил: Да, я знаю, что закон есть закон – «Dura lex, sed lex». Но нужно, чтобы такой закон действительно был, а такого закона, заявил г. Арсе, нет. Это неверно. Такой закон есть – это статья 4 Устава. Вот закон, который существует, который должен быть выполнен, который нельзя извращать. Такого положения мы, конечно, допускать и терпеть не можем.