Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 51)

Советская делегация уже обращала внимание на те положения в Уставе Организации Объединенных Наций и, в частности, на статью 11 Устава, которая уполномочивает Генеральную Ассамблею рассматривать общие принципы сотрудничества в деле поддержания международного мира и безопасности и, в том числе, принципы, определяющие разоружение и регулирование вооружений. Устав Организации Объединенных Наций, предусмотрев создание военно-штабного комитета при Совете безопасности, также отнес к его компетенции, как это видно из статьи 47 Устава20, и вопросы регулирования вооружений и возможного разоружения. Нельзя также забывать и о такой важной статье Устава, как статья 26 21, где говорится, что, в целях содействия поддержанию международного мира и безопасности с наименьшим отвлечением мировых людских сил и экономических ресурсов для дела вооружения, Совет безопасности несет ответственность за формулирование планов создания системы регулирования вооружений.

Мы видим, таким образом, что Устав Организации Объединенных Наций ставит вопрос о регулировании и сокращении вооружений в широком плане военно-политических и политико-экономических мероприятий. Устав призывает к наименьшему отвлечению мировых людских сил и экономических ресурсов для дела вооружения. Устав призывает не только к сокращению вооружений, но и к возможному разоружению, ставя перед Организацией Объединенных Наций далеко идущие цели, осуществление которых было бы достижением такого прогресса, который означал бы вступление человечества в новую эпоху своей истории.

В этой связи приобретает особенное значение и резолюция Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1946 года. Этой резолюцией Организация Объединенных Наций сделала громадный шаг вперед по пути практического осуществления таквд задач, как запрещение атомного оружия и сокращение вооружений и вооруженных сил. Значение резолюции 14 декабря заключалось именно в попытке поставить дело запрещения атомного оружия и сокращения вооружений на рельсы практической работы. Об этом говорят те пункты этой резолюции, которые обязывали Совет безопасности ускорить рассмотрение проектов конвенции или конвенций по запрещению атомного я других видов оружия, которые могли бы применяться в настоящее время и в будущем для массового уничтожения. Эта резолюция рекомендовала Совету безопасности незамедлительно приступить к выработке соответствующих предложений по запрещению атомного оружия и по контролю над атомной энергией. Именно эта цель – практического претворения в жизнь всеобщего стремления народов к запрещению атомного оружия и к сокращению вооружений – нашла свое выражение в резолюции 14 декабря 1946 года, и это определяет громадное историческое значение указанной резолюции.

Что касается сокращения вооружений, то следует напомнить пункт второй указанной резолюции, который рекомендует Совету безопасности незамедлительно приступить к выработке предложений в целях обеспечения такого рода практических и эффективных гарантий в связи с контролем над атомной энергией и общим урегулированием и сокращением вооружений. Надо напомнить также и другие пункты этой резолюции и, в частности, пункт седьмой, которым рекомендовалось «общее прогрессивное и балансированное сокращение национальных вооруженных сил».

С тех пор прошло два года. Задачи, поставленные перед Организацией Объединенных Наций постановлениями Генеральной Ассамблеи от 24 января и 14 декабря 1946 года, оказались более сложными и более трудными, чем это предполагалось в то время. За эти два года еще резче определилось напряжение в международных отношениях, вызванное бешеной гонкой вооружений и пропагандой новой войны со стороны правительств Соединенных Штатов Америки и Великобритании, задающих тон целому ряду европейских капиталистических государств.

Не ясно ли, что Советский Союз и страны новой демократии Восточной Европы являются последовательными и «неутомимыми борцами за выполнение решений Генеральной Ассамблеи, направленных на запрещение атомного оружия и иа сокращение вооруженных сил, о чем мечтают, к чему стремятся, за что борются миллионы и миллионы простых людей во всем мире.

Руководствуясь принципами политики мира и укрепления добрососедских отношений со всеми соседними странами, Советский Союз и внес свои предложения о запрещении атомного оружия и сокращении на одну треть вооружений и вооруженных сил пяти постоянных членов Совета безопасности. При этом сокращение пятью великими державами всех своих наличных сухопутных, морских и воздушных сил на одну треть в течение одного года Советский Союз рассматривает в качестве первого шага в деле сокращения вооружений и вооруженных сил. Это именно первый шаг, это начало, которое нужно, наконец, положить великому делу всеобщего сокращения вооружений и вооруженных сил. На этот раз Советский Союз предлагает провести сокращение вооружений и вооруженных сил пяти великих держав, поскольку именно пять великих держав, постоянных членов Совета безопасности, обладают подавляющей массой вооруженных сил и вооружений и несут главную ответственность за поддержание мира и всеобщей безопасности.

Уже общие прения в Первом комитете по советским предложениям показали, что эти предложения пришлись не по вкусу делегациям тех государств, внешняя политика которых, наоборот, направлена не на сокращение, а на усиление вооружений, на гонку вооружений. Именно эти делегации с самого начала встретили советские предложения недоброжелательно, хотя и не имели мужества открыто об этом заявить. Эту же линию они продолжали и в подкомитете по выработке резолюций.

Они начинали с уверения в том, что они полностью согласны с предложениями, представленными Советским Союзом, о запрещении атомного оружия и о сокращении пятью великими державами на одну треть своих вооружений и вооруженных сил. Но они тут же выражали всякие сомнения в возможности принять советские предложения и заканчивали прямыми возражениями против советских предложений. Французский делегат сделал, например, в подкомитете заявление в таком духе, что советские предложения, мол, «слишком общи по форме», что они представляют собой «простое заявление» и т. п.

Эти противники советских предложений придумывали всяческие возражения вроде того, что не ясно, каким образом должны быть осуществлены предусмотренные в этих предложениях мероприятия; что в настоящее время неизвестно количество вооруженных сил и вооружений постоянных членов Совета безопасности; что не указан механизм для проведения сокращения вооружений; что не указаны постановления, которые помогли бы обеспечить по стадиям проведение учета вооруженных сил и вооружений; что нет опубликованных данных об этих вооруженных силах и вооружениях; наконец, указывали на то, что не обеспечено учреждение эффективного контроля для наблюдения за выполнением всех предписанных мероприятий в отношении сокращения вооружений,

Некоторые критики все дело старались свести к вопросу о контроле и, в первую очередь, к вопросу о соотношении между мероприятиями по контролю и мероприятиями по сокращению вооружений и вооруженных сил.

Нетрудно было понять, что это был тот же вопрос, который ставился и в работе атомной комиссии и который был использован для того, чтобы загнать в тупик работу атомной комиссии. И «на этот раз противники советских предложений прибегли к тому же самому приему, пустив в ход ту же самую аргументацию, настаивая на тех же самых мотивах, которые они широко и неоднократно использовали и используют в настоящее время, чтобы сорвать мероприятия по запрещению атомного оружия.

Французский делегат говорил в подкомитете: «Проведение учета, опубликование данных и контроль являются тремя основными мероприятиями, от которых зависят регулирование, ограничение и сокращение вооруженных сил и вооружений».

Нет спора, эти мероприятия имеют, действительно, большое значение. Но совершенно неправильно, по-нашему, было бы решение вопроса о сокращении вооружений и вооруженных сил ставить в зависимость от предварительного решения таких вопросов, как учет и контроль. Учет и контроль при всем своем значении не могут обусловить решение вопроса о сокращении вооружений и вооруженных сил. Наоборот, решение о сокращении вооружений и вооруженных сил должно обусловить решение вопросов об учете и контроле, как и решение ряда других технических вопросов.

К сожалению, не так ставят вопросы некоторые другие делегации. Китайская делегация, например, возражает против предложения Советского Союза по ряду совершенно искусственных мотивов. Она даже в самой краткости советских предложений позволяет себе усмотреть, как выразился неучтиво китайский делегат, злонамеренность и бесцельность. Выходит, что уже в том, что советская резолюция кратко и ясно излагает свои предложения, усматривается злонамеренность и бесцельность. Можно думать, что в крепких выражениях китайский делегат видит всю силу своих аргументов. Он не доволен, главным образом, тем, что согласно предложениям Советского Союза контроль над осуществлением сокращения вооружений и вооруженных сил должен быть учрежден в рамках Совета безопасности. Этого обстоятельства для китайского делегата достаточно, чтобы притти к заключению о том, что это не контроль, а, как он выразился, «неопределенный контроль», не эффективный контроль, и что поэтому нельзя принимать предложения Советского Союза о сокращении вооружений и вооруженных сил.