Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 110)

Факты говорят о том, что последовательность событий была иной, чем это представляют здесь три западных министра: сначала были осуществлены трехсторонние раскольнические действия, которые и привели к уничтожению четырехсторонней основы. Отсюда и все последствия – вашингтонское соглашение с его оккупационным статутом, закрепляющим трехсторонний контроль, так называемая Боннская конституция и т. д. и т. п. Таковы факты, и эти факты, мне кажется, могут служить прекрасным примером того, что означает французская пословица, которую приводил здесь Ачесон; по-русски она переводится так – «ставить телегу впереди быков». Эту пословицу приводят тогда, когда факты представляют не в их естественной последовательности, а так, как этого хочется. Подобным образом действуют тогда, когда хотят доказать, что черное – не черное, а белое. Это, между прочим, никогда никому не удавалось.

Западные державы предложили, чтобы решения в четырехстороннем контрольном органе – «верховной комиссии» – принимались не на основе принципа единогласия, а по большинству голосов. Положение же о контрольном механизме в Германии прямо требует, чтобы решения Контрольного совета принимались единогласно. Вся деятельность Контрольного совета, как и Совета министров иностранных дел, строилась на основе этого принципа.

Предложения трех держав отрицают этот принцип. Отказ от принципа единогласия является нарушением ранее состоявшихся четырехсторонних соглашений и прямым отказом от сотрудничества в международных делах. Такое предложение означает попытку стать на путь диктата. И нетрудно, конечно, представить себе, какая картина получилась бы в четырехстороннем контрольном органе, в основу деятельности которого не был бы положен принцип единогласия, особенно теперь, когда три державы договорились между собою на той основе, которая, как это было здесь показано, противоречит принципам Потсдамского соглашения.

Я уже говорил, что отказ от принципа единогласия в пользу «голосования по большинству» означает попытку внести такой метод, который давал бы возможность навязывать решения трех четвертому. По отношению к Советскому Союзу такой метод не может иметь никакого успеха. Нам говорят, что это – не диктат. Но что же это такое, если трое решают против четвертого, и четвертый должен подчиняться этим трем? Этот принцип не годится при решении международных дел, потому что за этим круглым столом, как и за круглым столом в Контрольном совете, сидят представители равноправных суверенных государств, и принимать решения против воли одного из участников §Т0Г0 решения – значат пытаться осуществлять метод диктата.

Противники принципа единогласия, стремясь обеспечить себе решающее слово при любых обстоятельствах, не довольствуются даже методом голосования по большинству. Пятый пункт вашингтонского соглашения о трехстороннем контроле предусматривает, что в некоторых случаях голосование в трехстороннем контрольном органе должно осуществляться… пропорционально денежным средствам, предоставляемым иностранными державами правительству Германии.

Больше того, в этом пункте оговорено, что в известных случаях решающий голос будет сохраняться за Соединенными Штатами Америки при всех условиях.

Я уже обращал внимание на этот пункт, но я что-то не слышал каких-либо замечаний по поводу нашей критики этого пункта, поражающего своей антидемократичностью. Этот вид голосования – не просто диктат, а какая-то финансовая диктатура. Это не большинство, не единогласие, а одногласие. Это такой порядок, когда один из членов контрольного органа получает право решать за всех. Такое голосование было бы справедливо назвать «долларовым голосованием», поскольку речь идет о решающей роли США в случае предоставления ими Германии долларовой «помощи». Все ставится в зависимость от того, сколько денег дали взаймы на так называемую помощь Германии Соединенные Штаты. Это довольно дорогая цена за так называемую «помощь», если говорить с точки зрения принципов демократии.

Предложения западных держав неприемлемы с точки зрения Потсдамского соглашения, с точки зрения принципов демократии, с точки зрения интересов германского народа и интересов мирного урегулирования в Германии и в Европе в целом.

Поэтому советская делегация не может принять эти предложения; она не может согласиться ни с этими предложениями в целом, ни с их отдельными пунктами. Повторяю, – дело идет не о деталях, а об основном. Поэтому мы отклоняем эти предложения. В то же время мы вынуждены констатировать, что эти предложения были продиктованы стремлением навязать волю трех четвертому, стремлением закрепить раскол Германии, отказавшись от какого бы то ни было реального осуществления задачи восстановления единства Германии. Эти предложения нельзя не рассматривать как завершение той раскольнической деятельности западных держав в Германии, о которой Советское правительство не раз говорило в официальном порядке и о которой советская делегация должна была напомнить сегодня. Предложения, представленные тремя западными державами, являются логическим завершением систематических нарушений принципов Потсдамского соглашения со стороны правительств США, Великобри-танин и Франции.

ЕДИНСТВО ГЕРМАНИИ, ВКЛЮЧАЯ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ, ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ И СОЮЗНЫЙ КОНТРОЛЬ

Речь на заседании 7 июня 1949 юда

Для характеристики федерального устройства недостаточно наличия местных органов законодательной власти. Более всего важен объем этой власти и особенно объем той власти, которая предоставляется центральному правительству. Сторонники федерализации Германии, как на это мы уже обращали внимание в предыдущих выступлениях, придерживаются положения, что все полномочия должны быть переданы землям, а центральному правительству должна принадлежать лишь ограниченная сфера государственного управления. Этот принцип нашел свое выражение и в так называемой боннской конституции, которая, вследствие своей недемократичности, не может служить основой для восстановления единства Германии, умаляет значение центральной власти, предоставляет правительствам земель большие полномочия за счет ослабления центрального правительства.

В этом суть. Вот почему советская делегация не может согласиться с точкой зрения г. Шумана по этому вопросу.

Второе мое замечание будет относиться к вопросу, поставленному г. Бевином.

В своем предыдущем заявлении г. Бевин поставил перед советской делегацией вопрос: «Придерживается ли Советское правительство старой позиции относительно образования общегерманского правительства». В связи с этим я должен заявить, что Советское правительство никогда не отказывалось и не отказывается от своих предложений по этому вопросу, которые вносились на Московской и Лондонской сессиях Совета министров иностранных дел, где, как известно, эти предложения были отвергнуты западными державами. Я должен напомнить, что еще на Московской сессии Совета министров иностранных дел в марте 1947 года Советское правительство предлагало создать временное германское правительство. Это предложение Советского правительства не было принято правительствами США, Великобритании и Франции. На следующей сессии Совета министров иностранных дел в Лондоне, в ноябре 1947 г., Советское правительство вновь внесло предложение об образовании общегерманского демократического правительства. В этом предложении, которое можно найти в документах сессии Совета министров иностранных дел в Лондоне за N 47 (Л/9) от 27 ноября 1947 г. говорилось: «Признать безотлагательным образование общегерманского демократического правительства в соответствии с решениями Потсдамской конференции».

Одновременно Министр иностранных дел СССР указал тогда же на то, что вопрос об образовании общегерманского демократического правительства нельзя дальше откладывать. «Такое откладывание, – говорил Министр иностранных дел СССР В. М. Молотов 26 ноября 1947 г., – наносит ущерб не только германскому народу, но и другим народам Европы, заинтересованным в скорейшем установлении прочного мира во всей Европе».

Однако, как известно, это предложение западными державами было вновь отвергнуто.

Тот факт, что Советское правительство на настоящей сессии Совета министров иностранных дел внесло предложение об образовании Общегерманского государственного совета в качестве органа, предшествующего образованию общегерманского правительства на основе проведения всеобщих демократических выборов, объясняется тем, что Советское правительство желает облегчить возможность достижения общего соглашения.

Таким образом, позиция Советского правительства по вопросу об образовании общегерманского демократического правительства, чем интересовался г-н Бевин, остается неизменной. Если три державы – Соединенные Штаты Америки, Великобритания и Франция – согласны принять за основу для обсуждения предложения по данному вопросу, которые были внесены советской делегацией на Московской и Лондонской сессиях Совета министров иностранных дел, то советская делегация, разумеется, готова обсудить вопрос о мероприятиях по созданию общегерманского демократического правительства на этой основе.

Советская делегация вновь обращает внимание на то, что предложения трех держав по вопросу об образовании общегерманского правительства не могут послужить основой для достижения соглашения, поскольку эти предложения предусматривают образование общегерманского правительства на базе так называемой боннской конституции.