Андрей Воронин – Горячие головы (страница 30)

— Как я понял, больше ты со мной ездить не хочешь?

— С тобой — хочу, с наркотой — нет.

— Правильно, дружище! Я бы тоже категорически отказался, если бы мне предложили стать напарником человека, перевозящего дурь. Кому приятно очутиться в тюряге. Ведь потом не докажешь, что тебя заставили работать под дулом пистолета. Ладно, нам бы избавиться от товара, а там я с тобой поделюсь.

— Чем поделишься?

— А ты думаешь, что наркоторговцы ограничились одними угрозами? Они в качестве сладкой конфетки посулили мне бабки. Выдам тебе хорошую премию.

По дороге Хлестунов тщательно обдумал разговор с людьми, которым передаст героин. Молчать о таможенном шмоне было нельзя, иначе в следующем рейсе ему опять всучат наркоту, и второй раз проскочить границу не выйдет, найдут и арестуют. Но и тупо ограничиться констатацией факта крайне рискованно. Наркоторговцы посчитают его отработанным материалом и могут прямо на месте пустить в расход. Для верности, чтобы не сболтнул лишнего.

Поэтому, сообщив о тщательном досмотре фуры, Хлестунов добавил:

— Сами понимаете, мужики, теперь пару-тройку ездок я должен сделать чистым. А потом опять стану на вас работать.

Обошлось. То ли наркоторговцы поверили словам Геннадия, то ли вообще не собирались его убивать. Отсчитав Мишке его долю, Хлестунов предложил:

— Не торопись уходить. Три рейса будем возить только фрукты. А там посмотрим. Может, наша и узбекская милиции накроют эту мафию.

Глава 28

— Ох вы, Антон Антоныч, и баловник! — стройная, эффектная крашеная блондинка шутливо погрозила пальчиком плюгавому, изрядно оплешивевшему мужичку, чьи лучшие годы, если они и были, остались позади.

Но в жесте блондинки не было возмущения или досады, поскольку мужичок являлся главным инженером компании Тумасова.

— Какое же это баловство, Светик? Просто невозможно удержаться, когда рядом оказывается такая попочка! — возразил Антон Антонович.

— Так вы гладьте, а не бейте.

— Скажешь тоже! Разве я ударил? Слегка шлепнул для получения эротического удовольствия.

— Вам доставляет удовольствие только мой зад? — капризно поинтересовалась блондинка.

— Ну зачем так! Ты сама прекрасно знаешь, что ты вся от стройных ножек до роскошных волос заставляешь меня трепетать от восторга! Кстати, а почему на «вы»?

— Мы же на работе. Тут надо соблюдать субординацию.

— Когда нас кто-то слышит. А сейчас мы одни. Забудь об условностях.

— Как же, забудешь, если тут постоянно ходят люди. Вот если бы нас связывали официальные отношения…

— Светик, я уже тебе говорил — надо подождать. Сначала необходимо прозондировать почву, выяснить отношение хозяина к такому шагу. Тумасов может негативно отреагировать на мой развод, а ты хорошо знаешь его капризный характер. Он ведь несколько раз был у меня в гостях, знаком с моей женой.

— У вас, мужчин, всегда найдется тысяча отговорок, чтобы не выполнить обещанное. Но я запомню твои слова, Тоша. Месяца для зондирования почвы тебе хватит?

— Я постараюсь уложиться. А сегодня жду тебя после работы на нашем месте.

Да, ошибались рабочие, говоря, что красавица Светка если кому и отдастся, то исключительно хозяину. Практичная блондинка предпочла синицу в руке журавлю в небе. К своим тридцати годам Светлана успела познать множество мужчин, четырежды лечилась от последствий незащищенного секса и сделала весьма неутешительный вывод: воспетая поэтами и прочими излишне романтичными гражданами любовь существует только в книгах и мыльных операх, к жизни, по крайней мере к ее жизни, это чувство не имеет ни малейшего отношения. То есть были мужчины, заставлявшие сердце красотки биться чуть чаще, но куда важнее для нее оказались более прозаические вещи: надежность, щедрость, умение обеспечить комфортную жизнь. Как назло, Светлане попадались мужики бедные, в лучшем случае умеренного достатка. Наверное, потому, что выбирала она главном образом ровесников, только начинающих свой путь к богатству. О какой щедрости, каком достатке тут могла идти речь! Хорошо, если очередной кавалер раскошеливался на ужин в скромном кафе.

Тоша был гораздо богаче любого из них. Главный инженер компании Тумасова — это вам не хухры-мухры! Но Светлана, несколько лет проработав бок о бок с Тошей, спинным мозгом чувствовала, что одной зарплатой дело тут не ограничивается. Как же она была права!

Шальные деньги притупили бдительность Ильи Фридриховича. Если бы он работал в условиях жесточайшей конкуренции, если бы ему приходилось экономить каждую копейку, он бы постоянно контролировал действия своих подчиненных. Увы, наша рыночная экономика с удивительной ловкостью заимствовала худшие черты капитализма и социализма. Вместо конкуренции — корыстная дружба с чиновниками, обеспечивающими выгодными заказами и гнобящими возможных соперников в дебрях бюрократических инструкций. И при этом чудовищная концентрация богатств в руках жалкой кучки населения.

В таких условиях Тумасов процветал без особого напряжения и опрометчиво перекладывал большую часть забот на своих управляющих. Главный инженер быстро спелся с не менее главным бухгалтером. И стали они грабить награбленное, экспроприировать экспроприированное. Впрочем, скорее их можно было уподобить шакалам или грифам-стервятникам. Они успешно догладывали тушу, которую сожрал настоящий хищник. Учитывая масштабы деятельности Тумасова, даже обглодки оказывались лакомыми кусочками. Солидная зарплата главного инженера была на порядок меньше расхищаемых сумм. Антону Антоновичу приходилось использовать различные ухищрения, чтобы иметь возможность потратить хотя бы ничтожную ее часть. Остальное он хранил в надежном месте. Боялся. Боялся положить деньги в российский банк. А вдруг Тумасов каким-то образом об этом узнает? У него крутые связи с чиновниками, а чиновники в нашей стране могут все. Боялся вывезти наворованное за границу и положить в иностранный банк. Боялся вложить деньги в дорогую недвижимость. Опять же из-за страха перед Ильей Фридриховичем. Поэтому Светка угодила в самую точку. Деньги у ее Тоши водились, и тратил он их на свою любовницу щедро, надеясь заткнуть ей рот. Пусть поменьше заводит разговоров о разводе.

Встретив женщину после работы, главный инженер повел ее в ювелирный магазин. Светка пару раз намекнула ему, что рубиновые сережки идеально гармонируют с цветом ее лица и волос. Антон Антонович успел изучить свою любовницу. Получив дорогой подарок, она надолго прекращала сомнительные разговоры и превращалась в ласковую и одновременно страстную женщину. Желанная обновка возбуждала Светку почище тренированного мужского тела и умелых ласк.

Женщина долго рассматривала витрины ювелирного магазина. Кроме сережек, она уделила пристальное внимание кольцам, брошам, ожерельям. Казалась, она забыла о цели визита и просто любуется сверкающими драгоценностями. Антон Антонович уже давно потерял терпение и мысленно прошелся матерными словами в Светкин адрес. «Она что, не понимает или издевается? — думал он. — Я же не могу провести с ней всю ночь, мне надо вернуться домой. Каждая минута, проведенная в магазине, сокращает время, которое можно посвятить любви. Вот и делай после этого человеку добро».

Словно почувствовав состояние кавалера, женщина с трудом оторвалась от созерцания и ткнула пальцем:

— Тоша, это будет не слишком дорого?

Главный инженер качнул головой. Вот если бы Светка выбрала украшение двумя рядами ниже, тогда было бы дорого. А две среднемесячные зарплаты россиянина для Антона Антоновича — это пыль. Обрадованная женщина тут же примерила сережки и запрятала их в сумочку:

— Потом надену. Они большие, а ты любишь целовать меня в ушко.

Они направились в квартиру, которую главный инженер снял на год вперед. Время поджимало. Светка это понимала и не стала тратить время на разговоры. Она тут же начала раздеваться, медленно и соблазнительно, чуть покачивая бедрами. Главный инженер обнажился без затей, за одну минуту. Блондинка начала приближаться к нему, все сильнее вращая бедрами. Неожиданно Светка встала на колени и припала ртом к его медленно набухающему члену, взяла в рот, сжала губами, чуть сдавила острыми зубками. Она постепенно забирала его все глубже и глубже в рот.

Главный инженер испытывал острое наслаждение, которому слегка мешала беспокойная мыслишка: «Не кончить бы слишком быстро. А то на второй раз меня не всегда хватает».

Словно прочитав мысли любовника, Светка вынула его член изо рта, встала с колен, подошла к дивану и села на него, широко расставив ноги. Тоша подскочил к ней, сгоряча пытаясь достать своим инструментом до желанной цели. Блондинка обхватила его руками и опрокинулась на диван. Тут главный инженер торопливо вошел в нее. Его охватил дурман, движения стали размеренными, отчего наслаждение расходилось волнами по всему телу до самой макушки. Он принялся целовать нежную шею женщины, которая едва слышно постанывала. Она, не меняя положения, пошарила рукой, взяла с пола бархатный валик и подложила себе под спину. Во рту у главного инженера пересохло, он ускорил темп, удовлетворяя накатившую похоть…

— У нас еще около часа времени, — сказал он, откидываясь на подушку.

— Так полежи еще, отдохни, а затем я сама поработаю над твоим великаном, — Светка явно выдавала желаемое за действительное.