Андрей Волковский – #КаталогНечистойСилы (страница 20)

— Смотрите, как оно бывает. Вариант первый, — приятель торжественно поднимает указательный палец, — призрак появляется, чтобы мстить убийце. Но тогда старушка не нападала бы и на машину твоего отца, и на автобус.

Кир и Мира кивают.

— Вариант второй, — продолжает Лисс, — призраком становится очень злой человек. Тогда привидение будет нападать на все машины, а такого вроде как не происходит.

Ребята снова кивают, и Мира говорит:

— А может, дядя Юра и водитель того автобуса просто похожи на водителя, который убил бабушку?

Дядя Юра — это, надо полагать, папа Кира.

— Отличное предположение! Это как раз третий вариант, — отмечает Лисс.

— Но в сети я информацию про ДПТ с пожилой женщиной в этом районе не нашла, — вклинивается в разговор Дина.

— Так может, она не здесь умерла, а в больнице, — Кир явно намерен защищать новую теорию изо всех сил.

— Разве она тогда не в больнице появится? — уточняет его подруга.

— Может в больнице, а может и там, где получила смертельную рану, — поясняет Лисс.

— Но инцидентов с пожилыми женщинами на Московской улице я вообще не нашла, — отмечает Дина. — Единственный случай в сети был пять лет назад. И то, там старушка напала на водителя такси, а не наоборот.

— О, так это и есть безумная старуха! — у Кира маниакально сверкают глаза. — Померла и совсем сдурела!

— Так призрак же не на таксистов нападает, — хмурится Мира.

— Так говорю же: сдурела.

Некоторое время Кир в красках описывает возможное безумие воображаемой старухи.

Потом вдруг замолкает и с тревогой уточняет:

— Значит, папка всё-таки на убийцу не похож?

— Нет, — улыбается Лисс. — Всё с твоим отцом в этом смысле в порядке.

Кир явно рад. Мира тоже вздыхает с облегчением, хоть и пытается казаться невозмутимой.

— Тогда что это такое? Может, всё-таки ведьма? Ведьмы же бывают?

— Ещё как бывают, — заверяет парнишку Лисс.

— Вернёмся вечером и посмотрим, — Дина прячет телефон в сумочку. — Может быть, сразу и узнаем, кто тут завёлся.

Мы прощаемся с Киром и его подругой и едем в хостел.

Следующие несколько часов — довольно скучная нарезка кадров: размещение, обед, зарядка аппаратуры, поиск информации о происшествиях на Московской улице и её окрестностях.

Выслеживать призрака мы отправляемся в девять вечера. Сумерки медленно и неохотно прокрадываются в город, делают тени длиннее, а фигуры прохожих — загадочнее.

Когда мы доезжаем до Московской, сумерки теряют робость и заполняют воздух.

— Подождём до полуночи, — предлагает Дина. — Потом попробуем призвать призрака и открыть Дверь, но вряд ли получится.

Киваю: если призрак никого не убил, то отправить его за Дверь очень сложно. Нужно убедить его, что пора уходить. А вот злобных существ буквально затягивает на ту сторону.

Невольно вспоминаю Александровку и «лисицу»: мне до сих пор кажется, что что-то уволокло за Дверь незнакомое мне существо. Раньше я думал, что злых призраков тянет туда какой-то закон «природы». Эдакая паранормальная физика. Или биология. Но то, что я видел у железнодорожных путей рядом с Александровкой, подсказывает мне, что всё не так просто. И я стараюсь не думать об этом. Как и том, что Дина обращалась к кому-то за Дверью.

Нет. Мне просто показалось. Бывает. Переутомился, вот и померещилось.

Я ёжусь, отгоняя совершенно ненужные мысли. Что было, то было. Все остались живы и здоровы, вот и славно. А сейчас надо ждать призрака на переходе.

Мимо нас неторопливо проезжают автобусы и легковые машины. Один раз проносится «скорая помощь», молча, но с включенной «мигалкой». Проходят парочки, пробегают дети. Чинно прохаживаются пенсионеры. Дважды проводят собак, здоровенного дога и мелкого шпица.

Становится всё темнее и прохладнее. Зажигаются фонари. Прохожих и машин всё меньше и меньше.

Ожидание утомляет. Я достаю телефон: двадцать два ноль три.

И тут же едва не подпрыгиваю, услышав визг тормозов.

Я ошалело оглядываюсь: метрах в десяти от остановки поперёк дороги стоит серая «субару». Из машины выскакивает коренастый мужик. А возле кустов на обочине медленно тает полупрозрачный сгорбленный силуэт с тросточкой.

Призрак есть!

Водитель окликает нас:

— Эй, молодёжь, бабку видели? Чисто психичка! Я по правилам ехал, а она как под колёса кинулась! Хорошо, хоть нет никого. Куда она девалась?

Мужчина вертит головой, но, конечно, никакой бабки не видит. Смотрит на нас, мы разводим руками.

Лисс спрашивает:

— А вы можете ещё раз туда-сюда проехать? Вдруг она снова выскочит?

— Не, на фига мне такие развлечения?! Убежала — и фиг с ней.

Мужчина что-то бормочет себе под нос, забирается в машину и, выехав на свою полосу, медленно-медленно катит прочь.

— Жаль, не вышло приманить призрака, — вздыхает Лисс. — А то бы задержали старушку, пообщались с ней.

— Что будем делать? — спрашивает Дина. — Подождём глубокой ночи и ритуал проведём? С одной стороны, призрак тут точно есть. С другой — он неизвестный и вроде неагрессивный. Водитель же сказал, что она кинулась под колёса, а не на него.

Киваю: мужчина явно не выглядел как жертва сверхъестественного ужаса. К тому же, если бы призрак жаждал убить человека, я бы почувствовал лютую стужу, а не лёгкий холодок, который можно перепутать с вечерним перепадом температур.

Ритуал призыва чётко срабатывает с призраками-убийцами. А вот призрака, не унёсшего и не планирующего уносить человеческие жизни, поймать куда сложнее. Можно вызвать его на настоящее имя, но мы понятия не имеем, как зовут эту старушку.

— Так, сходство машин точно отпадает, — рассуждает Лисс. — Даже если автобус был совпадением, то тут у нас серая «субару». А у отца Кира чёрная «хонда».

— А по времени сходство есть? — уточняю я.

— Нет, — качает головой приятель. — Кир говорил, что тогда пасмурно было: стемнело рано, так что его отец с призраком столкнулся около восьми вечера.

— Кстати, а нельзя попросить этого самого отца? — озадачивает нас Дина. — Пусть Кир спросит у него, не хочет ли папа помочь поймать призрака. Или поучаствовать в съёмке ролика. В зависимости от того, какой там папа.

— Я предложу, — соглашается Лисс. — Но ответ будет только завтра: родители думают, что Кир уже давно спит.

На всякий случай мы остаёмся на остановке ещё на пару часов и даже проводим ритуал со свечами и зеркальцем из Дининой пудреницы, но на машины призрак больше не кидается. В зеркальце сестра успевает рассмотреть встревоженную старушку в старомодном пальто, наброшенном на халат. У старушки на ногах тапочки, в руках трость — больше никаких деталей Дина не заметила.

Я снимаю пустую улицу, Лисс записывает очередной кружок, Дина вызывает такси.

Мы возвращаемся в хостел, ужинаем, и я наконец ложусь спать, вытянувшись на неудобном матрасе. Успеваю заметить, что Лисс тоже лёг, а Дина всё ещё сидит на кровати, уткнувшись в телефон. А потом засыпаю.

…Типовое утро номер два, хотя должно быть номер три. Номер один — это утро дома. Номер два — в дешёвой гостинице. Номер четыре — в дороге. Номер пять — самый редкий вариант из типовых — в дорогом отеле. Два-три раза мы ночевали у тех, кто нас приглашал, но это исключение, а не правило.

А номер три — это хостел. Обычно это теснота, многолюдье и чужие будильники. Но сегодня меня будит музыка Лисса, как во втором варианте. На этот раз «Людмила» ДДТ. Приятель негромко подпевает и наверняка пританцовывает.

Открываю глаза, но Лисс сидит на своей временной кровати и радостно улыбается.

— Соседи ушли ещё в семь. С Киром я списался. Он предлагает нам самим подъехать и пообщаться с его отцом. Мы с Диной решили, что приедем в полдень: если согласится, то отлично, до вечера потаскаемся по городу. Если нет, то будет время что-нибудь ещё придумать. Дина заняла душ и велела не беспокоить.

Достаю телефон, смотрю на время: почти десять. Что ж, можно не торопиться.

Следующие полтора часа мы тратим на скучную повседневность.

А к полудню подъезжаем к знакомой остановке.