Андрей Волков – СOVERT NETHERTWORLD 3 Предверие бури (страница 31)

Кристина надела блейзер и проверила, хорошо ли спрятан меч под ним. Она решила, что комплект в морском стиле из свободных белых брюк и синего блейзера более подходит для вечера на яхте. Девушка выключила телевизор и вышла из комнаты. Пора было познакомиться с местной элитой.

Свет фонарей с вечно бурлящей площади проникал сквозь дыры в полуобрушившейся внешней стене здания парламента. Ксения Авалова стояла в двойных дверях зала заседаний, ну или того, что от него осталось. Уличные фонари добирались только до одного угла. Аварийные лампы открывали дальнейшую картину разрушений. Почти все сиденья были засыпаны обломками камней и осколками стекла. Пол погребён под завалами, разбор которых не начинали до конца расследования.

Кирсанова она оставила при Наоми Зибель. Пусть остудится, ему полезно. Ершистый характер молодого человека стал смягчаться, но всё же недостаточно быстро, и сейчас она не хотела, чтобы он приплясывал тут с множеством теорий и вопросов. Сюда она пришла, чтобы подумать и увидеть. Думала и видела она всегда одна. Так проще.

Ксения прошла и стала смотреть. Она умела это делать. В момент, когда она смотрела, она словно бы растворялась в преступлении. Пыталась услышать крики жертв, дыхание преступника. У каждого был свой дар, у Ксении Аваловой – чутьё.

Её беспокоили две вещи. Если Наташа права, и целью являлась Наоми, то почему её надо было взрывать в таком труднодоступном месте? Её можно было ликвидировать в аэропорту, на вокзале, наконец, просто в гостинице. Её ведь никто не охранял до этого момента. Что же касается Наташи, то хоть она и занимается громкими проектами, она никогда не позволяла себе переходить границу, после которой её посчитали бы опасной. Да и что тут опасного? Всего лишь голос, чуть громче остальных, который не согласен с большинством. Здоровая конкуренция для партий власти, показатель всестороннего рассмотрения принимаемых ими законов. Да и после истории с фильмом Школьникова и законом о цифровом распределителе, даже её противники открыто не высказывались против неё. Затаить обиду могли, но, опять-таки, не такую, чтобы взрывать бомбу в парламенте. К тому же все из её оппонентов были здесь во время теракта. Если бы они знали о взрыве, то нашли бы причину не участвовать в этом совещании. С другой стороны, совершенно ясно, что такой взрыв мог устроить только тот, кто имеет сюда доступ, а значит, следует сделать допущение, что это мог быть и депутат.

Что ещё настораживало, так это весьма странное обстоятельство, что эксперты не нашли никаких остатков бомбы, и вообще было не понятно, что именно здесь взорвалось. А взорвалось капитально.

Вертящийся вокруг неё Снорри понюхал воздух и чихнул, видимо от взвеси, царящей здесь.

– Ты совершенно прав, – сказала Ксения. – То ещё местечко.

Должно быть, если бы Снорри знал великорусский, он бы обязательно отметил, что «то ещё местечко» – это любимые локации Ксении. Вне зависимости от обстоятельств. Но Снорри решил не высказываться и, семеня лапами, побежал вперёд, перепрыгивая с обломка на обломок.

Ксения шла за ним более осторожно, всё-таки четыре лапы надёжнее, чем две ноги. Эта часть здания была нестабильна, как объяснили ей местные ремонтники, впустившие её. Ну, точнее не её, а некую Светлану Игоревну Морозову, майора из ГЛАВКа МВД, которая расследует взрыв. Почему расследовать нужно ночью, майор не объяснила.

Встав посреди зала, Ксения достала из кармана 3D очки и, надев их, подключилась с помощью планшета к записи видеокамер. Теперь она могла видеть то, что видели участники. Наташа открывает заседание, затем представляет Наоми. Она начинает выступать с речью… взрыв! Ксения поставила на паузу. Пространство прошлого вокруг неё остановилось. Девушка стала поворачивать голову из стороны в сторону. Вокруг неё забегали цифры и графики. Компьютер высчитывал траекторию взрыва. Результат был установлен через несколько секунд и превзошёл все ожидания.

– Как тебе это понравится, Снорри! – воскликнула Ксения. – Кривые взрыва указывают на эпицентр ударной волны, но это не то место, откуда выступала Наоми.

Кот недоверчиво мявкнул.

– Посмотри в той части, – кивнула Ксения. – Может, что-то найдёшь.

Кот тряхнул головой и прыгнул в груду обломков. Теперь Ксения была точно уверена, что это была лишь угроза, а не настоящее покушение. Но какая цель? Сорвать принятие налога? Ерунда, он и так бы не прошёл. Месть со стороны экологических экстремистов? У них нет таких возможностей. Выходило что-то совсем уж несусветное: кто-то сумел взорвать бомбу в парламенте и при этом без всякого результата.

С другого конца зала раздалось протяжное мяуканье. Снорри что-то нашёл. Ксения подошла ближе. Кот лапами пытался сдвинуть рухнувшую металлическую балку. Авалова кивнула ему и, нагнувшись, приподняла метал и отпихнула в сторону. Кот принялся колотить по полу лапой. Ксения включила фонарь и в его свете увидела, что Снорри указывает на оторванную человеческую руку. Она хорошо изучила списки раненых. Руки и ноги у всех были целы, а это значит, что здесь лежал некто, который не был зафиксирован в протоколе.

Упаковав страшную и одновременно таинственную находку в криминалистический пакет, Авалова покинула здание парламента. Вопросов было чересчур много.

Часть из них она надеялась решить в лаборатории оперативно-технического управления, куда отправилась прямиком после осмотра места взрыва.

Ничего подобного! Эксперты только подкинули ещё больше неизвестного в уже известном. Серафим Иванович Багиров, начальник ОТУ, был лично вызван из постели, когда его сотрудники исследовали останки неизвестного. У них был такой вид, как будто они увидели марсианина. А видели эти люди много. Ксения ещё больше напряглась.

– Его звали Павел Митрохин, – сообщил Серафим Иванович, пригласивший Ксению в лабораторию. – Майор государственной службы охраны. Судя по всему, это он взорвал бомбу.

– Интригующий поворот событий, – заметила Ксения, приподняв брови. – Однако странно, что он так близко был к месту взрыва бомбы.

Серафим Иванович только тяжело вздохнул.

– Нет, я, должно быть, плохо объяснил, – сказал он. – Он и был бомбой.

– Смертник? – спросила Ксения.

Серафим Иванович покачал головой.

– Я же сказал, он был бомбой, – повторил он. – Живой бомбой.

Мужчина подошёл к цинковому столу и навёл на обрубок руки прибор.

– В его крови обнаружен взрывчатый порошок, – сказал Серафим Иванович. – Порошок, который попал в кровь через его кожу. Проще говоря, его им пометили. Как только порошок смешался с кровью, произошёл взрыв.

Ксения округлила глаза.

– Такой мощности? – шокировано спросила она. – Что же это за вещество?

Серафим Иванович пожал плечами.

– Неизвестно, – сказал он. – Такого вещества нет ни в одной базе данных. Данное вещество не было разработано ни в одной известной лаборатории. Единственно, что о нём можно сказать, оно имеет большую летучесть и при контакте с кислородом делится на микроэлементы, которые начинают выделять энергию большого масштаба.

– И происходит взрыв?

– В общих чертах, да, – ответил Серафим Иванович. – Я буду рекомендовать собрать специальную комиссию по изучению этого вещества. Не знаю, чьё оно, но эта штука потенциально опаснее атомной бомбы.

Ксения внимательно сдвинула брови.

– А что известно о самом Митрохине? – спросила девушка. – На него есть досье?

Ассистент начальника ОТУ стал щёлкать клавишами. Пространство вокруг лаборатории заполнилось голографическими картинками.

– Павел Митрохин, – сказал он. – 38 лет, не женат, детей нет. Родился в Сибири. Воевал на Кавказе и в Сирии. В ГСО служит два года. Награждён орденом мужества.

Ксения пожевала губу. И такой человек взорвал бомбу в парламенте? Впрочем, политических идеалистов всегда много, и предателем можно стать случайно. Но чем ему помешала Наоми Зибель?

– Ещё что-то? – внимательно спросила Ксения.

– По службе характеризуется положительно, – продолжил читать эксперт. – В связях с экстремистскими группировками замечен не был. К рассматриваемому вопросу в момент взрыва тоже не имел никакого касательства.

«Компьютеры, – пробурчала про себя Ксения, – всегда они выдают только сухую информацию и голые факты, неживую. Должна быть причина, по которой Митрохин сделал это».

Если компьютер не в курсе, то в курсе человек. Ксения вернулась в парламент, предварительно скомандовав Снорри отправляться в гостиницу. За эти годы они научились понимать друг друга. Она надеялась, что и с Кирсановым будет тоже однажды.

Девушка вошла в здание. Офицеров из государственной службы охраны, естественно, допросили поверхностно. Нахождение никого из них не предполагалось в зале заседаний. Она никогда не допрашивала поверхностно, никогда не теряла старых привычек.

Двое ГСОшников стояли возле рамки металлодетектора и оживлённо о чём-то переговаривались. Спортивного вида девушка с большими глазами вызвала у них живой интерес. Что же прекрасно, с этих и начнём.

– Привет, мальчики, – Ксения широко улыбнулась. – Какие планы на вечер?

Офицеры переглянулись. Лейтенанты. Один был тонкий и молоденький, наверное, только из академии. Другой постарше, мускулистый и крепкий.

– А у тебя красотка есть что нам предложить? – осведомился тот, что помладше.