Андрей Величко – Хроники старого мага (страница 39)

Подойдя к тёте Вере, я спросил её, сможет ли она изготовить смесь из одного стакана кислого молока, одной ложки растительного масла, трети стакана свекольного сока и четверти ложки соли. Получил утвердительный ответ и попросил изготовить две порции такой смеси как можно скорее. Тётя Вера посмотрела на меня с удивлением, но пообещала выполнить просьбу немедленно. Она развернулась по-военному и ушла. У меня зародился коварный план, и я хотел его реализовать немедленно. Но пока готовилось зелье, нужно было начать принимать больных. Я расслабил мозг и включил второе видение. Обвёл глазами больных в комнате. Догадка была верной. Тяжёлых не было, только легко больные. При этом примерно десять из них просто получили лёгкие травмы, а остальные пришли с заболеваниями. Один был тяжёлым, но умирать не собирался. Значит, решение будет простым. Сначала излечим травмы, а после займёмся болезнями, которые можно лечить неспешно. Что-то в окружении меня настораживало. Я долго не мог понять что, пока не взглянул на Аликс. Она тоже была больна, но обычным глазом это было незаметно. Болезнь только начинала поражать её тело. Кто-то из больных её заразил. Я оглянулся. Да, подобный рисунок болезни виднелся на одном долговязом мужчине. Мужчина потихоньку кашлял в кулак. Он принес болезнь в крепость. Её следовало погасить, пока в крепости не вспыхнула эпидемия. Было решено начать лечение с него, как самого потенциально опасного больного. Я указал пальцем на него и поманил к себе.

— Аликс, где у нас скипидар? — обратился я к ней — Налей в склянку на донце.

При этом я указал на довольно крупную стеклянную посудину с плотно сидящей крышкой. Аликс принялась выполнять приказ, а я провёл больного к кушетке и усадил на неё. Рядом с ним поставил небольшой столик, а на него поставил стеклянную посудину с налитым на дне скипидаром. Крышку положил рядом. Теперь надо было выполнить излечение. Я сосредоточился на болезни. Снова включил второе видение. Изумительно. Болезнь предстала в моём видении как большая аморфная живая сущность, охватывающая собой всё тело больного мужчины. Тёмным комком она примостилась в его лёгких и медленно поедала его. Тонкие отростки этой болезни колебались под воздушными потоками со всего тела больного. Длинные щупальца сущности вытянулись изо рта больного человека, они колебались, удлиняясь или укорачиваясь вместе с его вдохами и выдохами. Теперь следовало изъять эту сущность из тела.

Я удерживал стеклянную ёмкость левой рукой. Пальцами правой руки я прикоснулся к внутренней поверхности склянки. Обряд начался. Я видел, как от стенки склянки и до моих пальцев протянулась светлая полоса энергии. Стараясь не совершать резких движений, я потянул эту полосу к сущности. Казалось, будто я размазываю пальцами белую краску по поверхности, вот только этой поверхности не было. Полоса тянулась по воздуху. Осторожно я коснулся сущности болезни и вдавил полосу немного вглубь её. Щупальца сущности попытались обвить мою руку. Я сделал усилие и мысленно потянул её из тела больного. Щупальца сразу соскользнули с моих пальцев и тут же прилипли к белой полосе. Я усилил тягу. Щупальца сущности вытянулись и проникли внутрь склянки. Болезнь стала перетекать из тела в стеклянную ёмкость. Я отчётливо видел все поврежденные ткани, и стал расслаивать тело, переводя болезнь в энергетическую оболочку из физической формы. Потеряв связь с физической оболочкой, она стала обильно вытягиваться из тела и по белой полосе перетекать на дно стеклянной емкости. Щупальца сущности стали вытягиваться из тела. Покинув тело, болезнь снова переходила в физическую составляющую. Вокруг стал распространяться сильный запах мокроты и крови. С каждым мгновением запах усиливался. Вслед за сущностью вперёд качнулся и сам больной. Вот для чего нужен был столик под стеклянную ёмкость. Отняв левую руку от склянки, я наложил левую ладонь на лоб пациента. Я усиливал тягу. Всё-таки сущность была очень большой. Лицо больного стало искривляться от боли и неприятных ощущений. Мои ощущения подсказали мне, что моё лицо тоже искривилось, но тягу я не ослабил.

По мере удаления сущности из тела больного, его аура менялась от синевато-серой до сине-красной с серыми участками. Он испытывал боль. И чем дальше, тем больше. Глаза приобретали обречённое, затравленное выражение, он издавал тихие хрипящие звуки. Когда красного цвета стало много, он стал отделяться от тела и пульсирующими каплями утекать в пространство. Человек терял энергию. Не ослабляя тяги, я создал ментальную сеть и набросил на него. Энергию следовало собрать и использовать. Мысленно я потянул к себе плавающие в ментальной сети капельки боли. Надо было скопить комок побольше.

Постепенно склянка наполнялась жидкостью с плавающими в ней каплями темной крови, которая не стремилась растворяться в жидкости. Я испытал облегчение, когда последние нити щупалец сущности покинули плоть больного и упали в емкость. Полоса втянулась туда же. Теперь можно было убрать склянку подальше от этого места. Я закрыл склянку крышкой. Сквозь прозрачные стенки сосуда было видно, что он заполнен на две трети этой мутной жидкостью. С меня каплями стекал пот. Пациент выглядел не лучше меня. Он был обильно покрыт каплями пота и дышал тяжело, словно рыба, вброшенная на берег. Сам я стоял перед ним, пошатываясь. Подобная процедура для меня была пока тяжеловата.

Но это был ещё не конец. Хотя тело мужчины было достаточно сильно разрушено болезнью, но я за него не волновался. Теперь, когда болезнь была удалена из тела, оно восстановится само. Теперь меня волновала Аликс. У неё была та же болезнь, но в самом начальном этапе. Нужно было удалить эту болезнь, пока она не принесла ей сильных повреждений. Я отодвинул столик от кушетки, и показал знаком ладони мужчине в сторону выхода. Он встал и медленно поплёлся в сторону двери. Я провожал его взглядом. Включил второе видение, чтобы проверить свою работу. Мужчина кашлянул и прикрыл ладонью рот. Да, он был уже не молод, сказывались возрастные изменения организма. В его движениях угадывались старые травмы. Но болезнь он больше не распространял. Я был вполне доволен проведённой работой.

Вернулась тётя Вера и принесла две больших чашки с напитком. Я улыбнулся.

— Так, теперь вы двое. — Сказал я, ткнув пальцем в обоих уклонистов по очереди. — У вас одинаковая болезнь. Это лекарство вам поможет.

Я показал ладонью в сторону тёти Веры, держащей чаши в руках. Они медленно приблизились. В их глазах металось беспокойство, но они продолжали изображать больных. Понукаемые мною и тётей Верой, они выпили содержимое чаш. Я попросил их посидеть отдельно на скамейке, подождать пока лекарство подействует. Теперь надо было заняться Аликс. Окликнув по имени и манящим жестом руки, я подозвал её. Попросил вновь наполнить новую склянку скипидаром на донце. Я наблюдал, как она наливает в склянку порцию скипидара на донце и закрывает склянку крышкой. При этом я пытался немного отдохнуть, чтобы собраться с силами.

— Может, отдохнёшь? — раздался рядом голос тёти Веры.

Я повернул голову и посмотрел её в глаза.

— Нет. Сначала излечим заразных, а потом отдохну.

Она кивнула головой, соглашаясь со мной. Но в её глазах я прочёл беспокойство. Наконец Аликс выполнила поручение и принесла мне склянку. Я глянул ей в глаза и произнёс.

— Садись. Твоя очередь.

В глазах Аликс заметалось беспокойство, смешанное с растерянностью.

— Я? — слабо выдавила она.

— Ты осматривала его, похоже, в отсутствие тёти Веры. Видела, что он кашляет? — я дождался от неё кивка. — Ты была без повязки на лице, а после не помыла руки и лицо. Так?

В её лице беспокойство стало быстро перерастать в панику. Рядом я услышал гневно-возмущенное бормотание тёти Веры. Аликс опять кивнула.

— Ты заражена его болезнью. Садись — я указал на кушетку — нужно излечить тебя, пока не стало хуже.

Ошарашенная, Аликс подчинилась мне. Сразу же после того, как она присела, я пододвинул к ней небольшой столик, уже использованный мною для этой цели, и поставил на него склянку. Аликс затравленно смотрела на склянку, как я снимаю с неё крышку. Пора. Я приступил к обряду.

Когда последние нити щупалец втянулись в склянку, емкость была заполнена едва на треть. Аликс была покрыта каплями пота. Мир вокруг меня ощутимо плавал. В глазах темнело. Требовалось сделать последнее усилие. Продолжая смотреть на мир вторым видением, я оглядел помещение. Мелкие сгустки болезни еще плавали в палате лазарета, оставленные мужчиной. Я вновь коснулся внутренней поверхности склянки и очертил круг у себя над головой. Я мысленно вдохнул силу в круг и стал его раздувать вширь. Сначала круг силы обратился в прозрачный белесый шар, привязанный тонкой нитью к внутренней поверхности склянки. Это было похоже на праздничный надувной шарик, которым пользуются на праздниках горожане. Я продолжал накачивать шарик силой, и он стал раздуваться. Я продолжал надувать его до тех пор, пока он не заполнил весь объем комнаты. К этому моменту я находился на грани своих возможностей. Пора. Я потянул на себя, и шарик стал сначала сжиматься. Потом по верхней части шарика пошла трещина, и силовая ткань шара стала стягиваться в склянку. Я усилил тягу. Движение силового полотна усилилось. Не ослабляя усилий, я наблюдал, как ткань полностью втянулась в склянку, втянув вместе с собой болезненное начало. Вполне уверенно я закрыл крышкой склянку. А вот распрямиться с достоинством мне уже не удалось. В глазах стало сильно темнеть, а пол под ногами стал шататься и ходить волнами. Я потерял опору и стал оседать на пол. При этом я пытался ухватиться хоть за что-нибудь. Послышался гомон голосов множества людей. Раздались встревоженные возгласы Аликс и тёти Веры. К этому моменту я различал людей в виде цветных пятен. Кто-то схватил меня за руку и помог плавно опуститься на пол. Ощутив под собой крепкую опору, я успокоился.