Андрей Ведяев – Разведка и шпионаж. Вехи тайной войны (страница 89)
Газета «Бизнес Online» со ссылкой на Telegram-канал «Незыгарь» пишет 8 декабря 2019 года: «Американские спецслужбы находились в активном контакте с высокопоставленными сотрудниками ПГУ; активно в налаживании контактов с окружением самого Ельцина им помогало американское посольство. Вероятно, что об этих контактах знал и председатель КГБ Крючков, сам выходец из ПГУ. Интересно, что в самом ПГУ и в центральном аппарате КГБ произошёл раскол на западников и восточников. Первые были ориентированы на Запад и контакт с Америкой; вторые — на Пекин и на страны Ближнего Востока. <…> Считается, что основным инициатором и разработчиком проекта 19 августа был глава КГБ Крючков. Мало кто из членов ГКЧП понимали смысл проекта. Позднее всю суть провокации осознали министр обороны Язов (который срочно отозвал войска из Москвы) и министр внутренних дел Пуго (он застрелился). Возможно, что точкой начала операции стало 17 июня 1991 года, когда Крючков провёл элементарную операцию прикрытия (заявив о сети агентов влияния) и потребовал особых сверхполномочий для КГБ. С этого момента создавалась вся инфраструктура провокации 19 августа, направленная на слом СССР. При этом Крючков, группа Питовранова-ПГУ явно опасались своих оппонентов из контрразведки и ГРУ. Контрразведка и ГРУ активно пыталась вычищать сторонников переформатирования СССР. Но последние занимали практически основные места в коллегии КГБ СССР. В январе 91‑го произошла чистка сотрудников Бобкова, а самого его отправили в отставку. <…> Контроль за событиями в Москве перехватывали партнеры из ПГУ. Ельцина толкали во власть, хотя он был совершенно не готов для такой миссии».
В 2009 году в программе «В гостях у Дмитрия Гордона» первый мэр Москвы Гавриил Попов рассказал об «интригах консерваторов вокруг Ельцина». По его словам, «Крючков Владимир Александрович хотел, чтобы Ельцин стал президентом». — «Крючков? Хотел заменить Горбачёва на Ельцина?» — «Да, совершенно верно. И это был самый правильный ход, который они могли придумать». — «Так это был план КГБ?» — «Да. Они же Ельцина не тронули, вы же заметили». — «Конечно». — «А почему не тронули? Потому что они должны были его ввести в игру, если у них бы начало не получаться. Но тут под нашим нажимом Ельцин принял решение совершенно, на мой взгляд, блестящее и дальновидное. Он объявил, что он будет бороться за возвращение Горбачёва». — «Коржаков знал, что у Крючкова такой план?» — «Я думаю, да. Я не могу точно сказать конкретно, знал ли лично Коржаков. Но что Борис Николаевич знал — это несомненно. При мне было два разговора». — «С Крючковым?» — «Даже в бункере. Борис Николаевич снял трубку и набрал телефон Владимира Александровича: “Вы нас скоро уничтожите?” А тот сказал: “Что за чушь. Штурма не будет”». — «И после этого Крючкова посадили в тюрьму. Где логика?» — «Какая логика? Его оставили в живых. Всё нормально».
В 2010 году Гордон в той же программе спросил уже самого Горбачёва: «Недавно Гавриил Попов сказал мне, что Крючков намечал Ельцина вместо Вас. И Ельцин об этом знал. Но в последний момент он всё-таки сыграл — и Вы подтверждали это — решающую роль в разгроме ГКЧП. Вероятно ли такое, что Крючков хотел, чтобы Ельцин занял пост Президента Советского Союза?» — «Когда дело дошло до того, что программа есть, Договор уже на подписание 20 августа поставлен, основные направления как бы проработаны и страна движется в этом направлении, на путях демократизации — то в партии самые тогда и разыгрались страсти… Были несколько пленумов, где выдвигали вопрос о том, что Горбачёв должен уйти… Но ничего у них в открытой политической борьбе не получилось. Правда-то была на чьей стороне?» — «Михаил Сергеевич, мог Крючков выставить Ельцина на пост Президента Советского Союза?» — «Он пытался. Логически это: когда с Горбачёвым не получается и реальным лицом, действующим, имеющим власть большую в руках, был Ельцин — то к нему подбрасывали эту идею». — «Это была спецоперация?» — «Слишком это высокое название»…
Но тем не менее совпадение интересов Горбачёва и Крючкова вырисовывается с достаточной очевидностью. Рядовые коммунисты, в том числе сотрудники КГБ, знать об этом, конечно, ничего не могли. Их, как говорил Штирлиц, держали за болванов в старом польском преферансе. При этом для самого Крючкова ситуация вышла из-под контроля, и он нежданно-негаданно оказался в «Матросской тишине» по статье 64 УК РСФСР «Измена Родине». Правда, в отличие от всех предыдущих арестованных руководителей советских органов госбезопасности, Крючкова не расстреляли. В январе 1993 года он был освобожден под подписку о невыезде, а в феврале 1994 года амнистирован. Решили, видимо, что в сравнении с Берией или Абакумовым не та фигура. По словам Маркса, «Гегель где-то отмечает, что все великие всемирно исторические события и личности появляются, так сказать, дважды. Он забыл прибавить: первый раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса».
Магия разведки
Однажды мы шли с отцом по деревянным тротуарам Тюмени, и он мне рассказывал о чекистах. Стояла золотая осень 1965 года, Тюмень как всегда в это время года была раскрашена яркими осенними красками, под ногами шуршала опавшая жёлтая листва, временами накрапывал мелкий моросящий дождичек. Что может быть романтичнее в такую погоду заросших тропинок и покрытых мхом надгробий старого городского кладбища? Дождь здесь тоже всегда какой-то особенный, совсем бесшумный, будто смывает все следы, сколько бы их сюда ни вело. Кладбищенская тишина кажется временами мистически зловещей, временами доброй, успокаивающей. Да и сам ход времени здесь тоже меняется, минуты становятся столетиями. В центре Тюмени тоже есть такое кладбище, оно называется Текутьевским по имени Андрея Ивановича Текутьева, купца первой гильдии и городского головы Тюмени, вымостившего тюменские улицы деревянными тротуарами и построившего больницу, в которой в 1914 году лечился наш земляк Григорий Ефимовович Распутин, раненый ножом Хионией Гусевой. Здесь на Текутьевском кладбище похоронены мои предки по линии мамы, потомственные дворяне. Здесь же находится могила уездного воинского начальника Тюмени полковника Владимира Яковлевича Куйбышева, отца Валериана Владимировича Куйбышева, знаменитого русского революционера, соратника Феликса Эдмундовича Дзержинского и председателя ВСНХ СССР в 1926–1930 годах.
Свернув с нашей Профсоюзной улицы в сторону Текутьевского кладбища, мы прошли мимо завода «Механик» и вышли на улицу Мельникайте, которая пересекает центральную улицу Республики и ограничивает Текутьевское кладбище с восточной стороны. Я уже тогда знал, что Мария Мельникайте была удостоена звания Героя Советского Союза, и мне очень хотелось услышать рассказ о её подвигах.
Оказалось, что Мария Мельникайте (
Корни завода восходят к литейной мастерской купца Андрея Григорьевича Заколяпина, открытой в 1899 году и купленной у него в том же году купцом Николаем Дмитриевичем Машаровым. В начале XX века завод Николая Машарова становится крупнейшим в Тюмени промышленным предприятием. В нём были слесарно-механический, эмалировочный, кузнечный, токарно-слесарный цеха и машинное отделение. После установления советской власти завод Николая Машарова был национализирован и получил название «Механик». В 1920‑е годы завод выпускал маслобойки, лесопильные рамы, шпалорезные станки и другое оборудование. В годы индустриализации на заводе освоили выпуск импортных станков: шведского двухпильного обрезного станка «Болиндер», английской ленточной пилы «Гейхарт» и австрийского рейсмусового строгального станка «Россер» при полном сохранении качества выпускаемой продукции. С начала производства отечественных станков в 1928 году заводу удалось сэкономить до 4 млн золотых рублей, тратившихся ранее на закупку импортного оборудования. В годы Великой Отечественной войны завод начал выпуск миномётов, мин калибров 82 мм и 120 мм, реактивных боеголовок для гвардейских миномётов «Катюша» и корпусов снарядов для гаубиц. Рабочих-мужчин, ушедших на фронт, у станков сменяли женщины и подростки. В декабре 1944 года завод начал выполнять и в январе 1945 года выполнил задание особой важности: в рамках Атомного проекта изготовил для НКВД СССР два фуговальных станка, предназначенных для Лаборатории № 2, которой руководил Игорь Васильевич Курчатов. 12 мая 1966 года завод «Механик» переименовали в Тюменский станкостроительный завод, а улицу, на которой он расположен — в улицу Станкостроителей. Началось переселение работников завода в благоустроенные квартиры на улице, которая получила название улицы 50‑летия Октября.