Андрей Васильев – Отдел 15-К. 2 книги. Компиляция (страница 96)

Впрочем, злость на него, на себя и весь мир моментально прошла, как только он вышел на полянку, где увидел Людмилу, сидящую на березовом бревнышке, и именно его поджидающую.

— Неправильно все это, — недовольно скривился Коля. — Архаика, блин…

— Коли с ведьмой связался, так будь готов к тому, что легко не будет, — невесело улыбнулась девушка. — Зато каждая встреча у нас как солнечный денек в конце дождливой осени — праздником кажется и запоминается надолго. Опять же — ссор между нами нет. Поди плохо?

— Плохо, — буркнул молодой человек. — Не то, что ссор нет, ясный пень, а то, что все вот так. Я там, ты тут… А мне хочется тебя каждый день видеть. Домой спешить, зная, что ты там меня ждешь.

— Ну со службы своей каждый день ты домой приходишь вряд ли, — резонно возразила ему Людмила. — Да и говорила я тебе уже — начальство твое вряд ли одобрит мое появление в твоей жизни.

— Начальство знает, куда и зачем я поехал, — возразил ей Коля. — И ничего против не имеет.

— Но и не помогает, — парировала его слова ведьма. — А ведь чего проще? Слово вашего главного веское, убедительное, многие из детей Ночи были бы рады ему угодить. И среди этих многих наверняка есть Верховные ведьмы больших московских ковенов. Чего проще — он молвил то слово, кто-то из владетельных ведьм переговорил с моей хозяйкой, — и вот я уже на воле. Теперь вопрос — в чем же дело?

— Потому что служба, — не стал тянуть с ответом Коля. — Они же не так просто ему помогут, не за красивые глаза, потом платить придется, и кто знает чем. Я бы на его месте так же поступил.

— Вот потому пока ты там, а я здесь, — улыбнулась Людмила. — Не из-за твоего начальника, не хмурься. Мы с тобой сами хотим свою свободу добыть, чтобы долгов ни перед кем не осталось. А для этого нужно время, упорство и счастливая случайность. Первого у нас много, второго тоже не занимать, а третью ждать надо.

Если честно, Коля так до конца и не понимал, что именно держит девушку здесь, и для чего ему необходимо упорство. Нет, так-то вроде все ясно, но все равно — дикость средневековая.

Если его что и останавливало, так только осознание того, что Людмиле ее нынешние товарки и в самом деле могут сильно насолить, если та начнет самовольничать. Ведьмы есть ведьмы, коли они зададутся целью свести кого-то со света, то сделают это. А такой вариант его не устраивал.

— Ничего, — тем временем успокаивающим тоном произнесла Людмила. — Если ты меня дождешься, то мы обязательно будем вместе. Мне видение было на купальскую ночь, а они всегда сбываются, если все условия соблюдены.

— Надеюсь, к тому времени мы старенькими старичками не станем, — немного коряво пошутил Коля.

Над головой глухо ухнула какая-то птица, лицо Людмилы омрачилось.

— Мне пора, — вздохнув, сообщила молодому человеку она. — Время.

— Да елки-палки, — совсем уж опечалился Нифонтов.

Девичьи руки оплели его шею, мягкие губы коснулись щеки.

— Все у нас будет, — следом за этим прошептала Людмила ему на ухо. — Ты, главное, жди меня, а я уж как-нибудь вывернусь.

— Куда я денусь. — Коля шмыгнул носом. — Надо ждать — буду ждать.

— Чуть не забыла, — теперь он еле разбирал слова возлюбленной. — Тут к Марьяне, нашей Верховной, товарка из столицы приезжала, Марфой ее зовут. Очень влиятельная ведьма. Так вот Марфа ей рассказала, что дела в столице не ахти какие, что объявился там злыдень, который крови не боится и льет ее не задумываясь. За спиной его мрак и тьма, а если он добьется того, чего желает, все еще хуже станет.

Ковен ее в стороне отстояться думает, тем более что сами они ничего ему сделать и не в состоянии, но зла людям он много принести может. Наверняка ведь вы с ним схлестнетесь, так что ты уж особо вперед не лезь, поостерегись.

— А он кто? — насторожился оперативник. — Этот злыдень?

— Не знаю я, — потупилась ведьма. — Так, обрывки разговора слышала, не более. Но, полагаю, не вурдалак какой-нибудь, а кто-то куда серьезней. И еще он, наверное, старый, там сказано было, что прошлое его отпустило, вот он в Москву и заявился. Марфа просто так не встревожится, она ведьма природная, вековая, сила ей дана большая. Очень тебя прошу, Коленька, — не лезь ты на рожон. Друзья твои поопытней, знают, что делать. А ты им спину прикрывай. Это тоже очень важно, когда спина надежно прикрыта. Обещай, что меня послушаешь!

— Постараюсь, — уклончиво ответил Коля. — Озадачила ты меня!

— Марфа одну свою ведьму убила за то, что она с этим кем-то свои дела вертела, — снова еле слышно шепнула Людмила, оглядевшись. — Собственноручно. Она Марьяне так и сказала: «Все простить могу, но то, что она с этим выродком спуталась, — нет. Дело даже не в Поконе, она наши традиции предала».

Над головами молодых людей снова ухнула птица, причем в голосе ее слышалось то ли раздражение, то ли даже приказ.

— Пошла я, — вскочила девушка. — Ты не грусти, скоро увидимся.

— Хоть в этом году? — невесело осведомился у нее Нифонтов, тоже поднимаясь на ноги.

Ничего на это не ответила ему Людмила, только поцеловала крепко в губы, сунула в руки невесть откуда взявшийся узелок, из которого невероятно аппетитно пахло, да и убежала в лес по дорожке, от которой через мгновение и следа не осталось.

Что до Коли — он направился по другой тропинке, той, что с обратной стороны поляны появилась, и которая, по его разумению, должна была вывести его прямиком к железнодорожной станции.

Должна была — но не вывела. Потому что минут через пять оперативник оказался на другой поляне, поменьше, но чем-то неуловимо похожей на ту, предыдущую. Тут и бревнышко для сидения имелось, и даже дама, которая его ждала. Только дама та была куда старше Людмилы, хотя, ради правды, выглядела не хуже. Впрочем, кого-кого, а Нифонтова эти прелести обмануть не могли, он отлично помнил, как эта красотка выглядела при их первой встрече, какой седой, сморщенной и ссутуленной она была. И притворно расцвела она только после того, как Коля и Герман ей помогли, убив соперницу по ведьминским делам.

В общем, на бревнышке сидела Верховная ведьма местного ковена, и встречу с ней вряд ли можно было считать случайностью.

— Здравствуй, сыскной дьяк, — поприветствовала Нифонтова Марьяна (может, это было ее имя, может — нет, но Людмила всегда называла ее именно так). — Вот и встретились снова! Рад поди?

— Не то слово. — Коля подошел к бревнышку, присел на него и достал сигареты. — Затем сюда и ехал.

— За тем, за тем, — покивала женщина. — Самому не смешно? И вообще — зря ты к нам сюда мотаешься. Неужто не понимаешь, что толку в этом нет?

— Понять и принять — разные вещи, — чиркнул зажигалкой оперативник. — Пока сила на твоей стороне. Вон даже до деревни ты мне дойти не даешь, а о том, чтобы ты Людмиле вольную дала, вообще речь не идет. Но это ничего не значит. Я упорный.

— Или глупый, — добавила ведьма.

— Возможно, — не стал с ней спорить Нифонтов. — Иначе чего я в драку не лезу? Ведь ежу понятно, что ты еще и поглумиться надо мной задумала, верно? Потому тут и поджидала.

— С чего бы? — вроде как обиделась Марьяна. — И ты, и приятель твой мне добра много сделали, волю вольную подарили, а мы, ведьмы, добро помним. Другу твоему, что прежде времени голову сложил, я должок даже выплатила, хоть могла этого и не делать. Ну а ты как думал? Смерть все счета обнуляет.

— Ты про генерала? — уточнил Нифонтов. — Мы так и решили, что это твоя работа.

После схватки в лесу, когда Марьяна вновь обрела силу и молодость, она обещала оперативникам, что выполнит по одной их просьбе. Коля про это, само собой, не забыл, и хотел использовать свое желание вполне понятным образом, а именно — забрать Людмилу в Москву, но та сразу сказала, что это пустое. Была обещана помощь, а ей тут и не пахнет, потому пошлет Марьяна его куда подальше, и останется в своем праве.

— Решили они! — серебристо рассмеялась ведьма. — Людка рассказала. Ну-ну, не хмурься, не стала я ее за это ругать. Работа хорошая, сделана красиво — чего не похвастаться.

— Скажи, почему ты ее ко мне не хочешь отпустить? — плюнув на все, спросил у нее Коля. — Из принципа, или какая другая причина есть?

— Может, и есть. — Марьяна вытянула длинные стройные ноги, обутые в плетеные сандалии, и с удовольствием на них посмотрела. — Может, и нет. То мое дело, а не твое. Но если я тут, значит, что-то в этой ситуации возможно изменить.

— Внимательно слушаю, — Нифонтов выпустил облачко дыма.

— Послужи мне, судный дьяк, — лукаво прищурила круглый зеленый глаз ведьма. — Пять служб моих выполнишь — и Людмила твоя. Ровно пять, не больше, клянусь Луной!

И она для убедительности выставила перед собой пятерню с растопыренными пальцами, на одном из которых красовался массивный старый перстень с красным камнем, скорее всего, рубином.

Клятва Луной означала, что Марьяна на самом деле выполнит обещанное, вот только…

— Нет, — помотал головой Нифонтов. — Не пойдет.

Он очень хотел бы сказать «да», вот только правила отдела на данный счет были просты и понятны — никаких «слепых» сделок с детьми Ночи, ни при каких условиях, даже под страхом смерти. И без специальной санкции на то руководителя отдела.

— Не любишь ты ее, — печально подытожила Марьяна. — Иначе бы согласился. Знать, служба государева тебе дороже, чем девичье сердечко.