Андрей Васильев – Отдел 15-К. 2 книги. Компиляция (страница 93)
— А Вязьмин — это кто? — заинтересовалась чародейка.
— Кто, кто… Кто надо, — и не подумала отвечать тетя Паша, но все же ткнула пальцем в направлении потолка. — Человек, обеспечивший нам режим наибольшего благоприятствования. Если бы не он, труп бы давно в судебном морге мерз, а тут следаки крутились под ногами. Итак — предполагаемый мотив убийства есть, способ его осуществления известен, в логической цепочке не хватает всего одного звена.
— Кто? — предположила Вика. — В смысле — кто натравил Жужу на эту девицу?
— Почти, — кивнула тетя Паша. — Ты же знаешь, примучать призрак себе служить могут многие, особые познания или таланты для этого не нужны. Но вот выпустить его на свободу из ловушки д'Оливе под силу далеко не каждому. Что там выпустить — увидеть ее не любой сможет. Тут нужен колдун уровня… Ну, например приснопамятного Антона Ревзина. Хотя о чем я, вы про него наверняка и не слышали, дело в тридцатых было.
— Чего это? — немного обиделся Коля. — Читал я про этого Ревзина. Колдун-самоучка, к которому непонятно как попал личный дневник Ромуальда Шварца, средневекового чернокнижника, и он по нему выучился темным материям. Лил кровь налево и направо, практиковал некромантию, подчинял себе людей с корыстными целями, пытался открыть врата в другое измерение, за что и был убит сотрудниками отдела.
— Молодец, — похвалила его тетя Паша. — От себя добавлю, что талантлив этот парень был безмерно, такие раз в сто лет рождаются. Мы не хотели его убивать, тем более что Барченко нас об этом очень просил, у него к таким проявлениям темных искусств всегда интерес большой имелся, но в последний момент выбора не осталось. На Антона, как оказалось, «Аненербе» глаз положило, мало того, собиралось его к рукам прибрать, вот и пришлось мне этому мальчишке мозги вышибить. Немцы оказались больно хваткие, двоих наших сразу положили, еще троих подранили, да еще и Ревзин, похоже, ничего против сотрудничества с ними не имел, так что альтернативы не имелось. Запомни, Нифонтов — такие, как он, должны либо быть полностью подконтрольны отделу, либо мертвы, другие варианты недопустимы. Ладно, отвлеклась я. Так вот — еще ловушку смогла бы снять очень сильная ведьма, уровня главы Ковена. Та же Марфа, например, сдюжила бы эту работенку. Но сразу возникает вопрос — им-то это зачем? Уровень не тот, да и прибыль не та. Тем более что очень уж грязно сработано. Топорно.
— А не из людей кто на такое способен? — наконец присоединилась к беседе Виктория.
— Ага! — обрадовалась уборщица. — Теперь мы и подобрались к сути. Вот среди детей Ночи хватает тех, кто может ловушку и увидеть, и нейтрализовать. Они с такими вещами на одной волне находятся. Не все, конечно, гули-трупоеды или мавки в счет не идут, но высокоорганизованные виды нечисти с ней справятся. Не запросто, но тем не менее.
— Например, вурдалаки, — задумчиво произнесла Виктория. — Им вечно деньги нужны, и грязи они не боятся.
— Как раз их я со счетов сразу сбросила, — покачала головой тетя Паша. — Слишком сложный путь, они бы более примитивно сработали. Отправили бы сюда упыря, которого после нам не жалко отдать на расправу с извинениями, порвал бы он Алину на куски, кровью тут все залил, вот и все. Основная задача какая? Вынудить владельцев помещения его продать, так что чем хлеще — тем лучше. А тут все тонко придумано, можно сказать, эстетично. Так что нет, не вурдалаки. Здесь кто-то другой орудует. Эх, глянуть бы статистику по городу за последние года три-четыре, нет ли схожих случаев. Есть у меня ощущение, что это не первое подобное преступление, больно все толково сработано. Ладно, пошли обратно, а то Варвара, неровен час, домой засобирается. А ей дома делать нечего, она мне тут нужна. Она у нас теперь главная газетчица, как-никак. Зря я, что ли, столько времени потратила, приказ заставила написать. Жужу теперь точно ее придушить захочет, даже без всякого стороннего вмешательства.
— Павла Никитична, вы же не собираетесь… — Брови-ниточки Виктории изумленно вздернулись вверх, но уборщица ее даже дослушивать не стала. — Вот так всегда! Никому мое мнение не интересно.
— Мне интересно, — застенчиво поведал ей Коля. — Правда-правда. Пошли уже в помещение.
— Значит так, моя хорошая, — заявила тетя Паша с порога журналистке, затравленно смотрящей на нее. — Придется тебе тут немного задержаться. Я пообщалась с твоим непосредственным руководством, оно вечерком собиралось сюда наведаться. Такой шанс, Варварушка, как ты понимаешь, упускать нельзя.
— Как? — удивилась та и показала сотрудникам отдела смартфон. — Мне только что звонили, сказали завтра с утра явиться к Николаю Олеговичу для разговора. Он, насколько я поняла, собирается отказаться от финансирования журнала.
— Ты с кем говорила? — насмешливо осведомилась у нее Павла Никитична. — С секретарем небось? Ну то-то и оно, много ли она знает? А мы с ним самим только что беседу имели, понимаешь? Он обещал сам заскочить, но — попозже. Дела у него какие-то. Бизнес. Так что сидим, ждем. Да, и вот еще что — если кто из твоих коллег позвонит, спросит, что и как, скажи, что ты сегодня тут долго будешь, мол, в бумагах разбираюсь. Ну да, страшно одной, но куда деваться?
Нельзя сказать, чтобы Коле сильно нравилось происходящее. Ладно если кто-то из них стал бы «подсадной уткой», они сотрудники органов, такая уж работа. Но вот так подставлять под удар обычного человека… Неправильно это.
Но, с другой стороны, — раз уж так сложилась ситуация, то надо работать с тем, что есть. В конце-то концов, они не для себя стараются, для людей. Да и нет больше никаких вариантов, потому что Жужу нужен тот, кто связан с печатным словом.
Время шло, за окнами стемнело, Виктория, расположившаяся в уголке, клевала носом, Варвара все чаще начала поглядывать на дверь.
— Может, зря ждем? — в какой-то момент спросил Коля у Павлы Никитичны. — Может, не придет никто?
— Придет, — заверила его та. — Раз звонок был, точно придет.
— Да Николай Олегович про нас и думать забыл, — устало произнесла Варвара, которой в голову даже и прийти не могло, что речь идет об одном из ее коллег, который час назад позвонил и поинтересовался, как у нее дела и где она находится. Она, разумеется, сразу подумала про акционера. — Он крупный бизнесмен, наш журнал ему как шел, так и ехал, он его ради Алины держал. Нет ее — и мы не нужны. Я вот посидела, подумала, и мне кажется довольно странным все то, что вы мне…
Закончить фразу она не успела, поскольку в центре комнаты из ниоткуда вдруг возникло голубоватое свечение, секундой позже принявшее вид очень симпатичной девушки, одетой по моде начала двадцатого века. С учетом того, что тетя Паша запретила включать верхний свет и в редакции царил полумрак, разгоняемый лишь парой настольных ламп, смотрелось это довольно-таки жутковато.
— Ой! — опешила Варвара. — Вы кто?
Призрак ткнул себя пальцем в грудь, как бы спрашивая: «Ты со мной разговариваешь?»
— Ну да, — покивала журналистка. — Так вы кто?
— Я та, кого погубили такие, как ты, — мелодично прозвенел голос привидения. — Вы, газетчики, ради своей выгоды пойдете на все, для вас важны лишь деньги. Ну а чьи-то жизни, чья-то любовь — это лишь мусор под вашими ногами. Ненавижу!
В синеве сияния, окружавшего давно умершую француженку, появились кроваво-красные нотки, а шею Варвары обвил невесть откуда взявшийся белый дамский чулок, на котором посверкивали в электрическом свете золотые прожилки.
Девушка захрипела, вцепившись в скользкую ткань, все сильнее давившую на горло, Коля одним прыжком подскочил к ней, поняв, что без помощи бедняжке не обойтись.
— Все шалишь, Жужу? — тетя Паша шагнула к призраку из темного угла, в котором сидела все это время. — Нехорошо!
— Я тебя знаю! — оскалилась бывшая модистка. — Помню! Это же ты меня тогда в ловушку заманила! Правда, время тебя состарило и обезобразило.
— Верно, это я, — дружелюбно подтвердила уборщица. — 4 И мне очень не нравится, что ты снова убиваешь, вместо того чтобы вечно дремать в ловушке.
— Я убиваю тех, кто этого заслуживает. Вот она повинна смерти за ложь, положенную на бумагу. И ты тоже, потому что мешаешь вершить правый суд!
Призрак метнулся к тете Паше, та неожиданно ловко скользнула в сторону, а после запрыгнула на стул, чего точно никто не ожидал. В любой другой ситуации это выглядело бы довольно забавно, но сейчас всем было не до смеха.
Жужу последовала за ней, и вдруг довольно громко завизжала, настолько, что у Коли аж уши заложило. Мало того — следом за этим она задергалась, осознав, что не в состоянии двинуться с места.
— Призраки очень опасны, но при этом в большинстве своем невероятно предсказуемы — устало заметила тетя Паша, за мгновение до этого спрыгнувшая со стула — Никакой фантазии, одно и то же раз за разом. Все, побегали и хватит. Исчезни, нечего тебе гулять по белому свету.
Жужу еще раз дернулась, ее лицо страдальчески скривилось, она погрозила Павле Никитичне тонким пальчиком, а после растаяла в воздухе.
— Печать! — восхитилась Вика. — Такая же, как в прошлый раз? Теть Паша, когда ты успела ее сотворить?
— Когда успела — тогда успела. Стул этот с собой потом заберем, — сказала уборщица. — Давай-ка, Нифонтов, вон там у дверей встань, так, чтобы тебя видно не было, и дальше действуй по ситуации. А ты, Варвара, дыши полной грудью, все почти закончилось.