Андрей Васильев – Огни над волнами (страница 10)
Я поймал взгляд Рози, которая сидела напротив меня. Ну да, что-то такое она мне говорила еще весной, когда мы с ней прощались перед тем, как разъехаться в разные стороны. Не дословно – но близко к тому. Кстати – я еще тогда задумался над тем, кем для нее буду, какое место она мне отвела в своих планах. Теперь у меня появилось название. Я – инструмент.
– Не вижу логики, – громко сказал Эль Гракх. – Вы же, разбудив нас, кричали: «Все на стены». То есть – к коллективным действиям призывали, не к индивидуальным.
– Само собой, – подтвердил Ворон. – Это мой замок, и мне нужны все, кто сможет его защитить. Но при этом свое место в бою каждый занял бы исходя из личных предпочтений. Вот ты или Монброн – были бы в первых рядах и, вероятнее всего, первыми же сложили голову. А вот фон Рут – какое бы место занял он, несмотря на то, что ему приказал Монброн? Фон Рут?
– Не знаю, – честно ответил я. – По ситуации. Не видя того, что творится под стенами, я вот так сразу не отвечу.
– Хороший ответ, – одобрил наставник. – Разумный. Но, заметим – ему даже в голову не пришло сказать: «Я бы следовал приказам лидера и встал туда, куда меня он направил». То есть – фон Рут все равно сам бы выбирал свое место в битве, исходя из каких-то личных резонов. Но, возможно, сделал бы вид, что кому-то подчиняется. Он непрост, наш фон Рут.
Несколько человек на меня посмотрели то ли с интересом, то ли с неприязнью.
– Наставник, – громко сказала Аманда. – А к чему все это нам сейчас говорится? В принципе? В чем конечный смысл? Если честно – я совсем уже запуталась.
– Повторю еще раз то, что я уже говорил вчера – мне надо, чтобы вы научились думать и действовать самостоятельно, – в тоне Ворона что-то поменялось, из него ушла ирония, он стал деловитым. – Без оглядки на того, кого вы выбрали своим лидером – явно или тайно. Совместная работа – она важна как инструмент, тем более во время обучения, но уже сейчас каждый из вас должен уметь принимать решения сам, делать это быстро и осознанно. И, что немаловажно – уметь нести ответственность за свои решения, даже если они будут катастрофичными.
– Ответственность перед кем? – уточнила Фриша.
– Там очень длинный список образуется со временем, – ответил наставник. – Причем как из живых, так и из мертвых. Но пока в нем значатся только я и те, кто сидит рядом с вами.
– Совсем запуталась, – вздохнула Магдалена. – Нам надо научиться принимать самостоятельные решения, которые, возможно, приведут к тому, что всем остальным станет плохо. При этом совместные решения мы должны отметать, даже если они разумные.
В голосе у нее было тщательно замаскированное ехидство, не сомневаюсь, что наставник его тоже заметил.
– Ну вот, уже определенный прогресс, – одобрительно произнес Ворон. – Ирония – это прекрасно. Заодно мы и определили ту группу, которая сегодня будет выступать в качестве подопытных кроликов.
– В смысле? – насторожился Мартин.
– Когда я сам был подмастерьем, наш наставник в течение всего срока обучения использовал соревновательный принцип – и это было действенно, – пояснил Ворон, доставая из кармана свою трубку. – У учеников был стимул, понимание того, что все делается на перспективу, все-таки приятно быть первыми среди равных. Опять же – это поощрялось всякими приятными мелочами. Что до наставника, то ему наблюдать таким образом за нами было удобнее, выделять наиболее талантливых. Если честно, я это только сейчас в полной мере осознал, когда сам стал наставником, в те времена мне не до того было. Так что я не собираюсь рушить уже сработавшиеся летом группы. Зачем? Вы худо-бедно сработались, узнали друг друга. Хотя я и оставлю за собой право на некоторые перестановки, временные или постоянные.
А вот это было неприятно. В один прекрасный момент он возьмет, да и запихнет меня под крылышко к Рози, чего мне не хотелось бы. И начнется привычное: «Эраст – ты дурак».
– Поскольку занятия у нас большей частью будут практические, то мне будут нужны подопытные кролики, – продолжал Ворон, набивая трубку. – И брать я их буду из состава той группы, которая накануне показала наибольшую леность, дерзость и дурость. Магдалена, у вас есть ко мне еще какие-то вопросы?
– Одного за глаза хватило, – мрачно ответила вместо Магдалены Миралинда. – И по поводу ответственности мы тоже уже все предельно поняли.
– Увы, пока не все, – невесело проговорил Ворон. – Это так, ерунда. Все поймете, когда первую смерть на душу примете, ту, которая по вашей вине произошла. Вот это наука – так наука, с другими не сравнить. В первый раз очень тяжело.
– А потом? – спросил кто-то.
– Потом, – Ворон раскурил трубку, которую так и вертел в руках. – Потом привыкнете. Или умрете, тут вам решать. Ладно, разговоры оставим на потом, время дорого. Начнем с начала – анатомия, строение человеческого тела.
– Чего? – многоголосо отозвались мы.
– Анатомия человека, – повторил Ворон. – Что тут неясного? Что именно? Зачем вам это надо? Как вы собираетесь исцелять, если не будете знать, как именно устроено человеческое тело? Не только где у него причинное место находится, а из чего это тело состоит по сути своей, что у него внутри. Да и убивать так будет куда проще. Сейчас-то вы своими железками тыкаете, не разбираясь в сути вопроса, наугад. Опять же – некоторые из внутренних органов человека в ряде разделов практической магии выступают как компоненты ритуалов. Да, это запрещенная магия – но она же есть? Жизнь разнообразна, надо иметь представление обо всем.
– Мне как-то страшно стало, – пробормотала себе под нос Магдалена. – Что он там про кроликов говорил?
– Испугались, – злорадно произнес Ворон, глядя на группу Мартина. – То-то же. Вот какую силу имеет не ко времени и не к месту произнесенное слово. Осознаете?
– Не то слово, – подтвердил собственно Мартин. – Прониклись. Очень страшно.
– Это хорошо – одобрил его фразу Ворон – Ладно, не дрожите, вы у меня, если что, запасными образцами будете, а пока есть кого препарировать. Давай-ка, прихвати пару ребят покрепче и иди в ледник, принеси сюда вашего приятеля, который там уже год как прохлаждается. Пока мы теорию будем проходить, он как раз немного оттает.
Мартин непонимающе заморгал, потом что-то смекнул и помрачнел. При этом недовольства не показал, хлопнул по плечам двух своих приятелей и направился к выходу.
– Де Фюрьи, а вам особое поручение, – Ворон посмотрел на Рози. – У вас легкая рука и внешность женщины, подарок от которой особенно приятен.
Я неплохо изучил Рози, и мог поклясться, что она немного смутилась, что для нее вообще не очень-то свойственно. Тем не менее она выдала белозубую улыбку, уставившись на наставника.
– Вон там, у стены, лежат пока что пустые книжицы, – продолжил тот, попыхивая трубкой. – Это – суровая необходимость, причем недешево мне обошедшаяся. Н-да. Но что делать, пришлось раскошеливаться. Памяти-то у вас нет, в этом я убедился, выслушивая истории о том, как вы летом странствовали. Сколько я вам всего рассказывал, скольким вещам учил – все впустую, все как сквозь пальцы песок. Так что будете записывать, раз по-другому не выходит, тем более что вы все тут грамотные, на вашу удачу. Так вот, де Фюрьи – раздайте каждому по одному экземпляру. Нет-нет, не кому какой попадется, там, на обложках, написаны имена. Фальк, помогите де Фюрьи, книжицы все-таки увесистые.
А не поскупился наставник. Через пару минут Рози, по-хозяйски взъерошив мне одной рукой волосы, другой протянула увесистый томик в кожаном мягком переплете.
Был он толстенький, страниц, наверное, на триста, на светлой коже обложки виднелась вытесненная и позолоченная надпись:
К книге прилагался карандашик, тяжеленький, свинцовый, притороченный к ней кожаным шнурочком.
– Что надо сказать? – недовольно проворчал Ворон, когда Рози завершила раздачу книгу.
– Спасибо, наставник, – ответили мы.
– Ну что такое? – расстроился тот. – Где слаженность, где единый порыв? Кто в лес, кто по дрова… А ну-ка – все вместе!
– Спасибо, наставник! – грянули мы.
– Милый, – в наступившей тишине добавила от себя Гелла и покраснела.
– Хорошо сказано, – Ворон приподнялся в кресле. – А вот и наглядное пособие пожаловало.
В дверях показался Мартин со товарищи, они, сопя, втащили в залу покрытый инеем, совершенно окоченелый труп.
Это был Матиуш, которого год назад во дворе замка, как свинью, разделал Гарольд.
Ну да, тогда Ворон что-то еще сказал, вроде: «Он нам еще пригодится». Правда, еще некромантия упоминалась в этой связи. Вот ведь – мы-то тогда подумали, что он шутит. Не шутил, и впрямь приберёг тело для дела.
– Вон туда, к стенке его кладите, – распоряжался Ворон. – На лавку. Вот. И пускай себе оттаивает. Нет, я бы мог его разморозить при помощи магии, но в этом случае у него могут пострадать внутренние органы. То есть для занятий по некромантии ваш приятель будет более чем пригоден, а вот в анатомическом смысле, увы, подпортится. Тем более что мы никуда не спешим.
– Это уж точно, – Луиза посмотрела на труп и сглотнула слюну. – Не спешим.
– Итак, открыли свои книги, взяли карандаши в руки и записали первую тему. Дату нынешнюю не забудьте указать, – голос Ворона взлетел к потолку, он встал с кресла. – Итак – «Устройство человеческого тела».