Андрей Васильев – Место под солнцем (страница 35)

– Рассветет – поглядишь, – пообещал я. – Ладно, люди, хорошо посидели, но пора баиньки. Караульные – Галка, за ней Владек, под утро Ювелир, смены по три часа. Вопросы есть?

– Никаких, – ответил за всех Ювелир, и в его глазах снова отразилось пламя костра.

Глава 12

Вот ведь какое дело. В том мире спать я ложился сильно не рано и все равно вертелся, как уж на сковородке, прежде чем засыпал, а наутро у меня трещала голова, даже если с вечера не пил, и это я еще не упоминаю о невероятно разбитом состоянии. Первое, что отправлялось в мой желудок после подъема, была таблетка легкого тонизирующего обезболивающего, это была суровая необходимость – без нее к полудню голова гудела бы, как пустой котел после того, как по нему палкой ударишь, и в сон тянуло бы невероятно. Двадцать третий век – время царствования фармакологии, по-другому не скажешь.

А тут я отключился, как автоматическая система охлаждения после срабатывания таймера, – моментально. И когда я проснулся на рассвете, разбуженный окриком Ювелира и воплями Трифона, ничего у меня не болело, и мне как будто снова было шестнадцать. Тело было налито бодростью, голова была ясная, и еще… Надо же, удивил меня один из моих органов, удивил, в том мире у меня такого по утрам давненько не бывало! Ну а что? Фармакология, чтоб ее…

А уж как меня удивила картина, которую я увидел! Впрочем, кому я вру? Ничегошеньки она меня не удивила, все случилось именно так, как я и предполагал. Только вот любопытно – закончится все так, как мне хотелось бы, или нет?

Трифон стоял чуть поодаль от места нашей ночевки – народ, сытый, усталый и довольный, вчера залег спать прямо вокруг костра, где кого сморило. И в руках у него было одно из двух ружей.

Жадный, жадный Трифон. Все-таки ты соблазнился, все-таки решил уйти не с пустыми руками. Ну извини, теперь сам виноват. Нет, жалко, конечно, тех двух уровней, что я тебе вчера от щедрот подарил, жалко… Но это было нужно, чтобы никто не сказал, что я его сам спровоцировал на такие действия ущемлением прав.

– Ружье отдай! – гаркнул Ювелир, и от этого второго окрика зашевелились все, кто еще не проснулся. – По-хорошему отдай.

Он крутанул дубинку, стекла в ней сверкнули в лучах восходящего солнца.

– Не подходи. – Трифон наставил ружье на Ювелира, стоящего довольно неблизко от него, при этом еще и пятясь назад. – Я стрельну.

– А ты хоть знаешь, как это делается? – поинтересовался я у него, не вставая. Впрочем, для удобства я оперся на локоть, подперев подбородок ладонью. – Ружьишко-то не новое, а ну как не разберешься? Ты же тяжелее мини-дисков и компакт-гаджетов ничего в руках не держал, поди?

– Разберусь, – зло сказал Трифон. – А вот ты давай-ка, руки подними, так, чтобы я их видел. И вот еще что – раз уж так вышло, то мне, пожалуй, и твой пистолет пригодится.

– Ишь ты! – поразился я его наглости. – А может, еще и пару девушек покрасивее с собой заберешь, чтобы не скучно было?

– Я подумаю. – Трифон осклабился. – Пистолет на песок брось, поближе ко мне.

– Вот ты урод! – выпалила Галка и ойкнула, когда ствол ружья посмотрел на нее.

– Да ты сама-то! – Трифон сплюнул. – Только и думаешь, как бы вон под этого имбецила лечь, чтобы поближе к власти быть. Да все вы тут…

В самом деле у Галки такие планы? Вот уж не задумывался и даже не замечал. Греет самолюбие, чего скрывать.

– Перебор. – Ювелир неторопливо двинулся к Трифону, помахивая дубинкой. – Заболтался ты, приятель, перегнул палку. За такие слова и дела теперь отвечать придется.

– Стой! – Трифон нажал на курок, но тот даже не подумал как-то на это действие отреагировать. – Стой, сволочь такая, не приближайся ко мне!

– Это ружье не новое, – сообщил ему я. – Оно хоть и многозарядное, но требует неких механических действий для выстрела. В данном случае – передернуть затвор, тот, что под прикладом, тогда и курок взведется, куда ему нужно.

Трифон начал дергать низ ружья, пытаясь понять, что я имел в виду, но ничего не выходило. Он даже еще несколько раз попытался нажать курок, направив ствол на Ювелира, очень неторопливо приближавшегося к нему, но увы – снова безрезультатно.

– Что, крысеныш, попался! – не без удовольствия крикнула Галка, которая, похоже, здорово испугалась, когда на нее глянула черная дырка ствола. – Вот тебе сейчас карачун и наступит!

– Дурак ты, братец, – почти дружелюбно сказал я и покачал головой. – Дурак.

Трифон взвизгнул и припустил бегом по песку берега, причем ружье он не бросил, что меня немного обеспокоило. А ну как убежит, ноги-то у него длинные теперь? Да и вообще он окончательно трансформировался в эдакого молодого бога – бицепсы, трицепсы… Жаль, что как был сутягой, так им и остался.

Бум! Дубинка Ювелира ударила Трифона в спину, от этого он покатился кубарем, взметнув прибрежный песок. Но не помер, хоть удар и был – будь здоров.

– Страйк! – удовлетворенно отметила Валентина.

– Прибить поганца! – неожиданно сказала Милена. – В своих стрелять нельзя!

Она сузила глаза и вытянула вперед руку. Вскочивший на ноги Трифон внезапно поднес руки к шее, было видно, что он задыхается.

Вот теперь я и в самом деле удивился – не ожидал я от нее такого. Нет, все-таки, я не душевед, как ни крути. Кто бы мог подумать?

– Прибить, говоришь? – Ювелир подобрал свое грозное оружие. – Разумно. Крыс надо давить.

– Это верно, – подтвердил я. – Иначе они могут сильно навредить дому.

– Нет! – закричал Трифон, горло которого уже освободилось, и инстинктивно вскинул руки вверх, но запоздал – дубина уже падала на его голову.

Удар – и фигура юриста истаяла в воздухе. Он, я так думаю, и после первого тычка здорово поистратился на жизненную энергию, а тут еще такой удар…

Ну-с, с почином. Вчера мы потеряли двоих в экстремальных обстоятельствах, а сегодня пришибли первого во внутренних разборках. Все идет по законам драматургии.

– Однако ты не Ювелир, – сообщил я угрюмому мужчине, вставая на ноги. – Ты Хирург.

– А какие еще были варианты? – Ювелир пожал плечами. – Стрелять в него? Патронов мало. Четвертовать? Топора нету, коней – тоже. Отпустить? Потом ловить замучаемся.

– На кол можно было посадить. – Настя зевнула, прикрыв ладошкой рот. – Я про такое в книжках читала.

– А я рада, что мы от него избавились, – поддержала беседу Валентина. – Он вообще такой был… Сволочь он был.

– Н-да, неприятный субъект, – вставил свое слово и Проф, Герман закивал, соглашаясь с ним. – Был.

– То есть в защиту покинувшего нас Трифона никто ничего говорить не будет? – уточнил я. – Ну, мало ли, может, есть несогласные с таким поворотом событий?

– Хотелось бы узнать непосредственно твою точку зрения, – внезапно сказала одна из женщин, если не ошибаюсь, Виктория, редактор сетевого журнала.

– Исключительно положительная, – сообщил я ей. – Более того, Ювелир сделал то, что нужно было сделать. Жить бы покойничек с нами после этого не смог, а отпускать его было опасно и неразумно. Трифон слишком много знал, уж простите за банальность фразы, и сдал бы нас первому попавшемуся окунеподобному громиле, встреченному на пути.

– А если бы Ювелир его не стал… Ну, в общем-то, что он сделал? – пытливо спросила Виктория, уставившись на меня своими круглыми голубыми глазами. – Что тогда?

– Тогда это сделал бы я. – А какой смысл скрывать подобную правду? Так и было бы. – Это вопрос безопасности не одного человека, это вопрос безопасности группы. Заметим, я еще молчу о том, что человек похитил вещь, относящуюся к самому ценному имуществу группы.

– За одно это его следовало прибить, – заявила Настя. – И, если ты не заметила, Вика, то он был готов пустить ружье в ход. А если бы оно заряжено было?

– Так я его и не защищаю, – всполошилась Виктория. – Это профессиональное любопытство.

– Излишнее любопытство есть грех. – Генриетта назидательно ткнула указательным пальцем руки в воздух. – Это есть был плохой человек, теперь его нет. Это хорошо.

– Что ж, закончим обсуждение этого события, – подытожил я. – Я считаю, что здесь больше говорить не о чем. Тем более есть масса других тем, более животрепещущих и необходимых. А именно – план работ на сегодня и распределение людей на них. Да, народ, надо трудиться, ничего не поделаешь.

Рэнди немедленно поднял руку и что-то сказал – судя по всему, Елена всю дорогу ему синхронно все переводила.

– Я понял, амиго, – отмахнулся я. – Ты дальше драконишь монитор. Святое дело, нет вопросов.

– Эмм, – поднял руку Герман, переглянулся с Профом и начал говорить: – У нас все-таки есть мысль о том, как можно было бы сделать нечто вроде подъемника, пусть и примитивного, но действующего. Среди вещей с монитора мы вчера приметили несколько деталей, которые могут пригодиться, плюс, может, что-то мы найдем на борту. Ну и веревка нам еще необходима, та, что ты у Окуня взял.

Подумав немного, я дал добро на эти работы, но решил для себя: если за сегодня они ничего путного не смастерят, то завтра погоню их в лес за дровами. Подъемник – вещь нужная, полезная, но знаю я этих умников-ученых. Сначала будут полгода чертить, потом – столько же спорить, и только после появится кривой и косой опытный образец. Мне такого не надо, мне нужен запас еды и дров. То есть подъемник необходим, бесспорно, но если у них не выйдет, то сами виноваты. Инициатива – дело такое… Она всегда тюкает инициативного.