Андрей Васильев – Дороги судеб (страница 54)

– Не по вашей, – подтвердил я. – Он по нашей части, и вот здесь вам лучше не спорить со мной. И так от сердца отрываю.

– Так я и не спорю. – Лев Антонович посмотрел на Эмиссара, тот снова молча кивнул. – Что спорить? Незнакомый город, много разных людей, и такой крепкий парень нам точно пригодится. Опять же, дорога туда долгая, мало ли что.

Может, им еще и Перстня придать, до кучи? Будет уже три ствола, а это аргумент при любом столкновении.

– Мы выходим послезавтра с утра, – огорошил меня Оружейник. – Это мы уже с Джорджем обговорили, как, собственно, и гонорар за его услуги. Так что нам непременно сегодня же надо обсудить, что мы берем с собой, мы не можем прийти туда с пустыми руками, на чем поплывем…

– Завтра, – оборвал его я. – Сегодня не успеем. Завтра придете ко мне со списком вы, придет Голд, и мы все обсудим. Но это будет завтра.

– Это бизнес! – всплеснул руками Оружейник. – В нем нет слова «завтра». В нем есть слово «сейчас»!

– Значит, будет в нем такое слово, – пожал плечами я. – Сейчас мне надо пойти к нашим людям и поприветствовать их. А это все – завтра. У нас же есть еще один день?

Про вылазку я ему говорить не стал, этого он точно не поймет.

И, оставив Льва Антоновича в недоумении на утесе, я зашагал к площади, откуда раздавался многоголосый шум.

Глава 4

Мне было приятно видеть, как радуются жители Сватбурга возвратившимся соплеменникам: и тем, кто уходил ненадолго к бункеру, и тем, кто был со мной в дальнем походе. Царила сутолока, все суетились, то и дело кто-то кричал: «До-о-орогу!» – затаскивая в пролом очередной тючок с нашим новым имуществом.

С удовольствием я отметил и легкую зависть на лицах людей из нашего пополнения, они стояли наособицу, кучкой и переглядывались друг с другом, как бы говоря: «Однако, живут они. Стены, дома. Ишь ты!» Но это была правильная зависть, это было подтверждением тому, что они не ошиблись в своем выборе.

Я уверен, что почти каждый из них, кроме, может, Китти, всю дорогу прикидывал: а не погорячился ли он? А не сделал ли ошибки, согласившись пойти с нами и не оставшись на поляне, простой и привычной? Да и пропажа бывших соратников покойного Ромула не стала каким-то откровением, несмотря на то, что это событие не обсуждалось, все прекрасно поняли, куда они пропали и почему. Опять же, встреча с кочевниками людей впечатлила, каждый из них прекрасно понимал: ловцы именно в этих местах шныряют, а до их старого дома, может, и не добрался бы никто.

То, что были у них сомнения, это, к слову, совершенно нормально. Но сейчас, слава богу, их сомнения вроде как совсем растворились.

– Дети! – радостно всплеснула руками Валентина, заметив пятерых малышей, жавшихся к Лиане. – Господи, чумазые какие, замурзанные! Так, мыться, мыться пулей! Мила, Светка, воду ставьте в котле кипятить!

Дети испуганно посмотрели на коренастую Валентину, которая присела перед ними на корточки.

– Ну, что насторожились? – весело спросила у них Валя и глянула на Лиану снизу-вверх. – Вы их мамка или просто за ними приглядываете?

– Приглядываю, – настороженно ответила Лиана и руками прижала скуксившихся малышей к себе, не зная, чего ожидать от незнакомой девицы. – По мере сил.

– Чего же тогда их так запустили? – попеняла ей Валентина. – Волосы свалялись, грязные они у вас все. Добро еще, если не завшивели, эта-то зараза здесь тоже есть, я так думаю.

О как. А это – плохая новость. Я сам про подобную живность только читал, в наше время это был нонсенс. Но, насколько я помню, вши были разносчиками заболеваний.

– Какие вы ужасы рассказываете, девушка. – Лиана нахмурилась. – Какие вши? Ну, измазались дети, так на то они и дети.

– А вы их воспитатель. – Валентина нажала на нос-кнопку одного из мальчишек и подмигнула ему. – Они-то дети, но вы куда смотрели?

– Так, все вновь прибывшие подходят ко мне, – раздался голос Жеки. – Ничего страшного с вами делать не будут, штатная процедура – перепись и собеседование, потом мыться и есть. Софья, никого не пропусти, всех перепиши!

– Жека, дети идут со мной, – завопила Валентина. – Они маленькие, какой с них спрос?

– Да бога ради, – ответил тот зычно. – Остальные – ко мне. Насть, потом Софья тебе информацию по ним отдаст.

– Хорошо, – ответила Настя, как раз подходя ко мне. – Да, Жек, Проф тут не нужен, я уже все, что по его профилю, собрала. Каламбур, кстати: по профилю Профа.

– И хорошо бы не затягивать с передачей оной информации, что по моему профилю, – откуда-то из-за людских спин подал голос собственно сам Проф. – Настенька, я могу рассчитывать?

– Само собой. – Настя как-то отточенно-дежурно обняла меня за шею, и ее прохладные губы коснулись моей щеки. – Привет.

– С прибытием, – ответил ей я. Ее действия меня не смутили и из седла не выбили, хочет делать так – пусть делает. Оно даже приятно. – Нормально дошли?

– Абсолютно. – Настя протянула ладошку Голду. – И тебе привет.

Тот пожал ее руку и даже потом приподнял кепи за козырек, пытаясь скрыть немного ехидную улыбку.

– Проф, там среди прибившихся к нам есть такой Викентий, – громко сказал я. – Он по вашей с Германом части.

– Востоковед? – удивленно спросил немедленно вынырнувший откуда-то Проф.

– Нет, из ученой братии вообще, – пояснил я. – Еще и маг. Так что пообщайтесь с ним, если поймете, что он из вашей стаи, скажи мне, к вам на постой его определим. Но документами из Свода не делиться, ясно? Это приказ. И там еще одна магичка есть, вы ее тоже пока к себе заберите.

– Викентий? – уточнил Проф, зафиксировал мой кивок и шустро убежал.

– Ювелир, – крикнул я. – Ты где есть?

– Он на холме еще, – послышался голос Кина от проема. – Позвать?

– Пусть потом ко мне зайдет, – попросил я. – Как освободится.

– В поиск за ребятами хочешь его отправить? – понимающе спросила Настя. – Не знаю, стоит ли? Столько дней прошло. Нет, политически верно, но по жизни…

– Да сам это понимаю, – признал я. – Как минимум три человека будут шариться по лесам и долам без особой надежды. Но, Насть…

– Да-да-да, – немного понизила голос она. – Это верный политический шаг, Сват своих не бросает. Это я слышала и полностью согласна.

Вообще-то основным было то, что это просто мои люди, но я решил с ней не спорить. Считает так – и пусть.

– Ладно, я к себе за записями загляну и потом к тебе сразу. – Настя устало вздохнула. – А после – к реке. У меня такое ощущение, что я вся провоняла потом и дымом. Ужасное ощущение, если честно. И, что самое паршивое, оправданное.

– Так, граждане прибывшие, – раздался дребезжащий голосок Оружейника. – Те, которые что-то получали у меня на складе, давайте сдавайте это обратно. И все оружие с боеприпасами, которое добыли, несите туда же. Да вообще все несите туда, я разберусь, что мое, что нет. Петечка, не стой, не стой, дружочек, эти люди до сих пор думают, что тут анархия, так что бери их за локоток и на склад веди. Берта, ты тоже не зевай, подключайся, подключайся уже. А я похожу посмотрю, что у нас тут прибыло.

Судя по всему, мне тут делать больше нечего. Впрочем, еще одно дело осталось. Хорошо бы его отложить до вечера, да вот только не выйдет, когда зажгут костер и люди сядут вокруг него, мы уже будем на реке. Так что…

– Слушаем меня, – заорал я, заставив отиравшуюся около меня Аллочку подпрыгнуть от неожиданности. – Народ!

Гвалт стих, я тем временем подошел к валуну около пролома и забрался до него.

– Я рад, что наш первый поход, первый дальний поход, завершился удачно. – По чести, я такие речи произносить не умею, да и не люблю. Но тут надо. – Увы, но мы понесли некоторые потери…

– А кого? – зашушукались люди. – Кто?

– Милена, Дергач, Флай остались там. – Я махнул рукой в сторону леса. – Но это не значит, что мы их больше не увидим. Уже завтра поисковая группа отправится к месту их возрождения, и, я надеюсь, скоро они снова будут с нами. Но кроме потерь у нас есть и приобретения, вон группа граждан к нам присоединилась. Уверен, что они уже совсем скоро вольются в наш коллектив, да так, что всем будет казаться, будто они всегда были с нами.

– Герр Сват, – басовито сказала Генриетта. – Может, имеет смысл эту речь перенести на вечер? Я готовить праздничный ужин, я готовить огромный осетр, его вчера поймать Владек. Нет, я хотела его есть закоптить, но такой повод…

– Увы, фрау главный повар, – развел руками я. – У меня на вечер есть дело, и, как ты понимаешь, если я предпочитаю его своей семье, то это очень серьезное дело.

Если честно, в этот момент я немного пожалел, что назначил поиск на сегодня. Но переигрывать назначенное я не люблю.

– Это есть так, – покивала Генриетта. – Я понимай. Heute ist besser als zehn Morgen[11].

– Итак, – продолжил я. – Я благодарю всех вас: тех, кто был в этом рейде, и тех, кто ждал нас тут. Нам улыбнулась удача, но она и любит таких людей, которые не отсиживаются в кустах с открытым ртом, ожидая, пока в него с небес плюшки нападают. И сразу предложение – сегодня все моются, чистятся, отсыпаются, а завтра осетра кушаем. Кто против? Никто? Ну и ладушки! Собственно, все, я закончил. Рэнди, можно тебя?

Я махнул рукой испанцу и спрыгнул с камня. Причем под аплодисменты, народ достаточно эмоционально отреагировал на мои слова. Впрочем, оно и понятно. Людям приятно чувствовать себя частью общества, а если все они еще и причастны к некоей победе, так это ох как сплачивает. А мне того и надо, самоуважение – великая вещь. Но тут очень важно, чтобы оно не перешло в самолюбование или, того хуже, в самоуверенность. И это не только их касается, но и меня лично.