Андрей Васильев – А. Смолин, ведьмак. Книги 1-5 (страница 263)

— Деньги? — уточнил он. — На представительские расходы?

— Больше никогда мне ничего подобного не предлагайте, — попросил его я. — И не надо иллюзий, я у вас не служу. Это разовая акция, не более того. И если вы сейчас про себя произнесли что-то вроде скептического «да-да-да», то хочу вам сообщить интересную новость. Я не знаю, как врачевать ту дрянь, что добивает господина Арвена, но зато могу узнать, как ее на кого-то напустить. Ломать не строить, Петр Францевич, первое всегда проще второго. Я доступно изложил свои мысли?

Деньги я люблю, а вот кабалу — нет. От этих самых расходов до цепочки на шее два шага. Сегодня предложил это, завтра трудовой договор, а послезавтра? Мне одной Ряжской хватит за глаза. Ну да, недавно я ее «причесал», вот только для нее это ничего не значит. Эта женщина умеет ставить перед собой цели и добиваться их любой ценой.

— Предельно, — ответил Вагнер. — Машина в вашем распоряжении.

Ну да, конечно, поеду я на ней прямо до места встречи, как же. Наверняка водитель тут же «стукнет», где я высадился и куда зашел. Вагнер не шпион, но лишнего ему знать не надо. С него станется внезапно нагрянуть за наш столик и тем самым все испортить.

Потому я вылез из машины рядом с метро «Тургеневская» и сразу нырнул в «подземку», решив, что лучше проеду пару остановок ей. Так спокойней будет.

Кафе и правда оказалось по-домашнему уютным, а Виктория не заставила себя долго ждать.

Сначала все было очень мило, она сделала заказ, а после любезно разрешила мне не ждать ее, когда официантка принесла отбивную с гарниром. От вина, правда, отказалась, сообщив, что на службе.

— Так что у вас за вопрос? Давайте сразу его проговорим, чтобы не обмениваться пустыми репликами, — предложила девушка, с улыбкой глядя на то, как я кромсаю мясо ножом. — И можете говорить с набитым ртом, я к этому привыкла. Мои коллеги только так и поступают, особенно Мезенцева.

— Есть один человек, его крепко прокляли, — все же прожевав кусок, сообщил ей я. — Ну или порчу навели. В жизни такой жути не видел.

— Вы много чего не видели, — резонно заметила Виктория. — И всякий раз будет казаться, что хуже быть не может. Это не так. Будьте любезны, переходите к конкретике.

— Не к столу рассказ, — предупредил я ее.

— Меня ничем не смутишь, — заверила меня Виктория. — Считайте, что я патологоанатом, тем более что где-то так оно и есть.

— Мужик весь в гное, — поморщился я. — Это жуть какая-то. Даже не знаю, как этого Руслана описать правильно…

— Руслана? — напряглась Вика. — Его зовут Руслан?

Глава третья

— Ну да, Руслан, — подтвердил я, окунув кусочек отбивной в томатный соус. — Арвен. Серьезный дядька, владелец мощного банка, который в рейтингах… Виктория, что-то не так?

Девушка смотрела на меня очень странно, а ее лицо скривилось так, что было совершенно не ясно — то ли она заплакать собирается, то ли засмеяться.

— Не так, — наконец произнесла она. — Или, наоборот, так.

— Такое дело, Виктория… — Я положил вилку с нанизанным на нее кусочком отбивной на тарелку. — Дураком надо быть, чтобы не допереть до простой вещи, а именно до того, что вам это имя знакомо, причем неплохо.

— Знакомо, — повторила, как заводная игрушка, девушка. — И неплохо. Так вы говорите, Саша, что он совсем плох?

— Шмат мяса, сочащийся гноем, — осторожно подтвердил я, пытаясь по лицу собеседницы понять, печалят ее эти новости или радуют. — И боли неслабые испытывает, ему их наркотой какой-то медицинской купируют.

— Жаль, — еле слышно прошелестела Виктория. — Снисхождения он не заслужил.

Ну хоть ясность появилась. Если так, то особой любви у нее к Арвену нет. И шансов на то, чтобы выжить, у этого господина тоже больше не имеется. Что до меня — я ему помогать в любом случае теперь не стану, поскольку данная ситуация из числа тех, когда ты точно должен для себя решить, с какой стороны баррикад оставаться. Тут мне думать особо не о чем.

— Как скажете, — нейтрально произнес я, снова берясь за вилку и нож.

— Саша, а вы теперь наемник? — вдруг спросила девушка своим обычным голосом. — Да?

— С чего вы взяли? — удивился я.

— Просто вы уже второй раз прибегаете к моей помощи ради решения проблем других людей. На филантропа вы, уж извините, не похожи, к тому же людей, пострадавших в обоих случаях, проживающими за чертой бедности не назовешь.

Я рассмеялся, вызвав у собеседницы удивление.

— И правда, всё именно так выглядит. Но это не более чем случайность. Нет, Виктория, я не ступил на скользкий путь оказания сомнительных услуг. Просто так получилось, так расположились звезды.

— А Арвен? — глаза девушки нехорошо сузились. — Получается, вы помогаете ему не из-за денег? Он что, ваш приятель?

Ай-яй, как смотрит. Сдается мне, теперь я знаю, кто именно напустил на Руслана такую жуткую хворь. Или, как минимум, тому поспособствовал.

— Нет, не приятель, — миролюбиво ответил я. — Мне сегодня впервые в жизни его увидеть довелось. Просто один человек замолвил за этого товарища слово. Полезный человек, замечу особо. Виктория, да не смотрите вы так грозно! Для меня с некоторых пор авторитетов нет, мне что бомж, что депутат — все едино, потому как теперь я точно знаю, что там, за чертой жизни, все люди одинаковы и мечтают об одном и том же. Права народная мудрость, на том свете карманов нет, и туда ничего не унесешь — ни золото, ни власть, ни приватный счет в Швейцарии.

Кстати. Неплохо было бы узнать пару-тройку кодовых слов к подобным счетам. Чем хорош данный способ хранения денег — истинную личность владельца там, в Швейцарии, никто не знает, в том и смысл анонимности. Да и не нужна она там никому, их частенько через фирмы-посредники открывают. Главное — знать кодовое слово и владеть уникальным ключом-флешкой, именно они откроют тебе доступ к деньгам. Казалось бы — в чем отличие этого швейцарского счета от нашего обычного? Да в том, что их, такие счета, как правило, держат отдельно. Отдельно от любимой семьи и верных друзей. И иногда случается так, что информация про подобные счета уходит в могилу с тем, кто был его владельцем.

Но в моем случае чужая смерть — это только начало чьего-то пути.

— Так зачем же вы помогаете Арвену? Если вам плевать на авторитеты?

— Помощью это и не назовешь, если честно. Так, приехал, глянул… Но вообще — ради выгоды, разумеется. Нет, деньги деньгами, это уж само собой, меня бы просто не поняли, не потребуй я их, сами знаете, в каком мире мы живем. Но главное, повторюсь, не это. Дело в том, что проситель является довольно весомой фигурой в фармакологии. Сеть аптек, собственное производство лекарств, клиника, короче — полный набор, и вот это мне очень и очень интересно. Вы же знаете мой профиль — зелья, порошки, снадобья. Есть ингредиенты, которые так запросто не купишь, есть такие, которые вовсе не добудешь, просто в силу того, что не растут они в Средней полосе России. Я же не полечу в Бразилию ради одного корешка или травинки, верно? И вот тут…

— Я поняла, — оборвала мой рассказ Виктория. — Извините, Саша, я подумала о вас плохо.

— Да ничего. — Кусочек мяса наконец-то отправился в рот. — И правильно сделали. Человек я так себе. Дрянь человек, скажем прямо. Но это не помешает мне доесть вот эту отбивную, а после позвонить тому, кто просил о помощи, и сообщить, что я ничем ему и господину Арвену помочь не могу.

— Вы хотите удружить мне? — уточнила Виктория со слабой улыбкой. — Это мило. Я оценила. Нет, серьезно. Но, ради правды, у вас все равно ничего не получилось бы, Арвена уже не спасти. Что-то можно было предпринять в течение первых трех дней после того, как он был проклят, а после — всё. Знаете, что лежит в основе заговора? Гнилая вода из центра Шатурских болот, взятая в апрельское полнолуние из чарусьи, недавно поглотившей детскую душу, да еще и зачерпнутая тем, кто эти места охранять поставлен. Осечки быть не может. Арвена пожирает не болезнь, его разъедает природная злоба гнилой воды. Вы никогда с ней не имели дела?

— Нет, — помотал головой я, а после осторожно спросил: — Виктория, я понимаю, что мы знакомы не первый день, но при этом не настолько, чтобы вы вводили меня в курс данного деяния. Я не совсем дурак, уже сообразил, что вы приложили руку к недугу, поразившему господина Арвена, но все равно это не очень правильно. Подобное лучше оставить при себе. Просто в силу того, что ваши же коллеги могут не очень адекватно воспринять ваши действия. От меня информация не уйдет, даю слово, но если вы и дальше будете так откровенничать, то кто знает, чем это кончится?

— Они в курсе, — огорошила меня Виктория. — Я сама на болота и не сунулась бы, побоялась. Пал Палыч воду добывал, тамошний болотник его давний должник. Саша, вы же знакомы с Пал Палычем?

— Само собой, — подтвердил я. — Он ко мне в Лозовку приезжал. Так, получается, этот Арвен по вашему ведомству проходил? Тогда понятно. То-то его банк ЦБ не прихлопнул. Правда, я всегда был уверен в том, что ни с цбшниками, ни с налоговиками ни одно чародейство не справится, поскольку у них на это иммунитет, но, как видно, ошибся.

— Нет, — покачала головой девушка. — Арвен обычный человек, он никак не связан с миром Ночи. Вернее, когда-то он очень хотел заглянуть за окоём обыденности, причем настолько, что перешел грань дозволенного, за что в результате и поплатился.