Андрей Царев – Круги на воде (страница 11)

– А вы сами где сейчас служите?

– С чего это вы решили, что я служу? – усмехнулся я.

– Я тут не первый год работаю, сразу вижу, откуда клиенты приходят. Вы явно из тех парней, что не любят о себе много рассказывать, но очень нуждаются в различных мелочах, – философски заметил бородатый.

А что же, пожалуй, он прав. Я не люблю о себе рассказывать, но чертовски нуждаюсь во многом. А если быть точным, мне нечего о себе рассказать. Мне бы самому кто обо мне рассказал.

Кстати, а вот эта сумочка? Это же сумка – кобура, как раз для меня нужная вещь.

– Под ПМ подойдет? – показал я на сумку-кобуру, висевшую на стене. В спортивном стиле, с красными вставками, из кордуры, не бросается в глаза и в то же время модная. Внутри два отделения, одно под пистолет, второе под свои личные вещи и документы. Открывается быстро, стоит всего две тысячи восемьсот рублей.

– Под любой подойдет, – заверил меня продавец, и я расстался еще с тремя тысячными купюрами.

Михаил вышел из мастерской, неся в руках мое изделие.

– Вот, готово, – сдувая стружку, положил он на витрину нож.

Я схватил его в руки, повертел. А что, вполне себе похоже, вот и руны на месте, почти как на оригинале. Только этот нож никаких эмоций не вызывает. В нем нет той силы, которая содержится в музейном экспонате. Осталось только пройтись баллончиком с краской и подождать, пока краска высохнет. Для этого я лично прошел в мастерскую и взял баллончик. Вот тут, вроде, нужно немного черного добавить, и на рукоятки. А в середине и у гарды он серебряный, тут можно не так обильно красить.

В это время в мастерскую, напоминавшую отдельный торговый зал, с таким же оформлением, только немного грязный, вошел высокий широкоплечий мужчина, примерно одного со мной возраста, может, чуть постарше. Одет он был в свободного покроя куртку, джинсы и почти такие же ботинки, что на мне. Только у меня совсем новые, а у него явно той же фирмы, что и с витрины этого магазина, но потасканные изрядно, да и другая модель. В руках он нёс большой оружейный чехол.

– Миш, здорово, – вынул мужчина из чехла… Да, да, «Печенег» он вынул, и покосился на меня, – вот тут бы планку подточить, не встает прицел.

Я продолжил красить нож, а парень с Мишей занялись пулеметом. Когда я закончил, то поставил изделие на полку, подул и посмотрел на часы. Наверное, минут десять нужно подождать. Краска, конечно же, не сразу засохнет, но хотя бы нести в пакете нож можно будет, не боясь, что облезет.

– Я в зале подожду, – бросил я Михаилу, увлеченному новой работой, и вышел из мастерской.

Бородатый сидел за компьютером и что-то печатал. Не став его отвлекать, я в очередной раз принялся изучать висевшие на креплении перчатки. Взять или нет? Дороговато, но ведь понадобятся?

– Извините, – окликнул меня вышедший из подсобки мужчина, который принес пулемет, – а вы увлекаетесь этой старославянской культурой или так?

– Так, просто коллекционер, – улыбнулся я, – это у вас в РОСНе увлекающиеся есть, а я просто так…

– Ну да, руны на шевронах кое-кто и носит, – согласился мужчина, – скажите, я вас в московском управлении не мог видеть несколько месяцев назад?

– Меня нет, – не смутился я, – а вот однокурсника моего да. Вместе в военном училище учились когда то, а сейчас он пропал. На контакты не отзывается. Он на меня похож сильно, Вахитов Максим. Если узнаете, что с ним, буду благодарен.

А что, а вдруг? Наглость второе счастье. Мой собеседник кивнул головой и принялся посылать сообщения с телефона. Через некоторое время он изменился в лице и посмотрел на меня.

– Плохие новости, дружище. Погиб Максим Вахитов месяц назад. Говорят, к Герою России представили.

– Понятно, – отвел в сторону глаза я. Все равно, мое лицо этот парень рассмотрел хорошо, скоро опознает во мне того самого погибшего Вахитова. Ну и что? И ничего. Пока ничего.

Попрощавшись, я забрал свой нож, завернул его в пакет и сунул в карман. Чехол, купленный вчера, остался дома. Ничего, еще успею его взять.

– Вот так дела, боярин. Повесили тебя… Хотя, того то как звали? Гришка разбойник. А я наоборот, Жорж… – тихо повторил я про себя знакомый монолог из одного известного фильма. Вот так вот, погиб я, оказывается. Но я же вот он, стою тут? Может, мне просто плюнуть на все и прийти в местное Управление ФСБ? И меня там радостно, с объятьями встретят? Думаю, пока рановато. Сначала мне нужно вспомнить все, а уж потом…

Я механически прыгнул в трамвай, вынул из кармана куртки и сунул кондуктору сторублёвую купюру, получил сдачу, высыпал мелочь обратно в карман, и плюхнулся на свободное место. Это что же получается? Я не погиб, а просто попал в прошлое? Возможно ли такое? Наверняка, это проводился эксперимент военного значения. Возможно, не вполне удачный. Или я использовал какое-то оборудование и оно дало сбой и я потерял память? Но почему и кто хотел меня убить? А самое главное, за что? И почему этот кто-то связан с полицией? Соперничество спецслужб? Да нет, бред. С этими мыслями я проехал четыре остановки. За окном проносились мимо двухэтажные старинные дома, потом церковь, памятники, наконец, я выскочил около поворота, рядом с квартирой, которую снимал, и прошелся пешком чуть больше полукилометра. Нужно забежать к себе домой, перекусить остатками еды в холодильнике, и бежать на встречу с Мишей. А потом с Серегой, если он, конечно, не напился. Вот только, брать ли с собой пистолет из тайника?

Немного подумав, я решил, что документы у меня проверяли всего один раз, даже не досмотрев при этом, а вот убить хотели два раза. Поэтому, перекусив бутербродами и чаем, сунул пистолет за пояс. Нет, так не удобно, да и не практично. Я взял купленную сумку – кобуру и положил оружие в нее. Потренировался перед зеркалом в извлечении. А нормально так выходит, и что характерно, одежда не мешает, и носить удобно. И в случае чего – сбросил сумку, и точка.

Ну вот, пора уже. И тут же запиликал телефон, Миша интересуется, где я. Отписался ему, что через полчаса на Минина. От музея туда две минуты ходьбы. Быстро собрал шмотки, выскочил из квартиры, и только стал запирать на ключ дверь, как по лестнице поднялась Ольга.

– О, привет! Куда это ты так резво на ночь глядя?

– Привет Оль, – чмокнул ее в щеку, – по делам уезжаю. На пару дней.

– Ну катись, катись, – обиженно надула губки моя новая знакомая и отвернулась.

Я развернулся и пошел вниз по лестнице. Кто она мне? Да никто, мы вообще знакомы пару дней. И какого хрена мне тут претензии предъявляет? Типа обиделась. Да мне все равно, пусть дальше обижается! Я в сердцах толкнул ногой входную дверь, и остановился. Может, пойти, успокоить, поговорить? Я же не такой черствый и бездушный? В итоге плюнул на мокрый асфальт и зашагал в сторону площади Минина. Да нет, именно такой, не охота мне сопли распускать сейчас, да, нравиться девушка, но я её совсем не знаю. Мне еще с Сергеем встречаться.

Не смотря на мои опасения, Королёв появился у «Ракушки» в условленное время. До смены ему оставалось еще чуть меньше часа, но по глазам я понял, что Королев еле сдерживался, что бы не заглянуть в кабак и не накатить.

– Серег, вот, смотри, похож? – и я развернул пакет с ножом.

– Вроде да, тут темно еще, – повертел он в руках изделие, – да и в музее на него никто внимания не обращает. Отключу сигналку, вырублю на минуту камеры и заменю, делов-то. Давай завтра в это же время…

– Нет, Серег, сегодня нужно. Завтра я уеду. Через пару часов сможешь? – перебил я охранника.

– Блин, вот у тебя спешка, – отвернулся Королёв и полез в карман за сигаретами. Судорожно чуть трясущимися руками достал из пачки одну сигаретку и стал хлопать по карманам в поисках зажигалки.

– У тебя огоньку не будет? – посмотрел он на меня.

Я покачал головой.

– Не курю.

– Вот ведь, одни спортсмены вокруг херовы, – заворчал охранник и таки вытащил из кармана брюк зажигалку.

– Бабки покажи, – затянувшись, строго спросил он меня.

– Через час привезут вот сюда, – и я показал направление в сторону памятника Чкалову.

– Точно привезут? Не кинешь старого солдата? – с опаской, пуская дым, переспросил Королёв.

– Серёг, а смысл мне тебя кидать? Я же сказал, заплачу. Мне этот нож нужен, тебе деньги. Устроим взаимовыгодный обмен через пару часов, годится? – сунув руки в карманы, уставился я на охранника.

– Ну хорошо, уговорил, – пряча мое изделие в карман, решился наконец Королёв, – там черный ход со двора дома, вот к помойке подходи через два часа. Только один приходи, и что бы бабки принес сразу, лады? – выбросил недокуренную сигарету в сторону охранник и протянул мне руку.

– Лады, – хлопнул я его по руке и пошел в сторону площади.

На встречу мне светили фарами автомобили, шли редкие прохожие, а я целеустремленно, разрезая пространство, шел к своей цели. Подходя к площади, заметил мигающий аварийкой черный «Лексус» прямо у знака «остановка запрещена». И номера знакомые, три семерки. Миша приехал по мою душу.

– Здорово, бандиты! – плюхнулся я на заднее сидение и протянул руку Мише и сидящим в машине молотобойцам.

– Держи, пересчитывай, и погнали! – коротко бросил Михаил, сидевший за рулем, и протянул мне пачку пятитысячных.

Одет он был все в ту же спортивную курточку, только на голове сейчас красовалась черная флисовая шапочка. Молотобойцы сидели молча, один на переднем сиденье, второй рядом со мной сзади.