Андрей Царев – Круги на воде (страница 10)

– Давай, пошел! – прохрипел отец, и я, спотыкаясь, забрался на подоконник и высунул голову в открытое окно.

Второй этаж, высоко, а я такой маленький, наверное, сейчас ноги переломаю. Там внизу трава, и метров через пятнадцать высокий забор. Через забор мне точно не перелезть, а калитка закрыта. Эти бандиты, что вломились к нам в дом ночью, перелезли через забор и убили Борза, нашего пса. Вон Борз у забора лежит, даже не гавкнул. Мне стало очень жаль своего питомца. Про отца, мать и сестер я старался не думать. Наверняка они будут живы и все будет хорошо.

– Ну же, прыгай! – собрав остатки сил, прохрипел отец, и я с размаху полетел вниз.

Земля больно ударила меня по босым ногам, а автомат ударил по губе. Во рту четко почувствовался привкус крови, но я собрал все свои силы, и когда на втором этаже, в окне, откуда я только что прыгнул, грохнул взрыв, я уже лежал за поленницей и держал входную дверь на прицеле. Голоса в доме стихли, и в дверном проеме показались два темных силуэта. Тут же я дернул спуск. Отец всегда меня учил, что спуск нужно плавно давить, но я был на взводе, руки дрожали, все тело затекло, сдали нервы. Расстояние было всего метров восемь, не больше. Промахнутся тут сложнее, чем попасть. Грохот падающих тел и снова крики. Я поменял позицию и как раз вовремя. В то место, где я только что лежал, начали стучать пули, выбивая щепки из дров.

Прошла уже целая вечность, и я услышал шорох на втором этаже, в том самом окне, откуда я прыгнул. Как же не удобно целиться вверх… Я привстал на колено и чуть высунулся из за качелей, за которыми я сейчас лежал. Автомат тянул меня вниз, и я просто поставил цевье на качели, так удобнее. Луч фонаря скользнул по траве, приближаясь ко мне. И как только оставалось мгновение до того, как меня ослепят этим светом. Я плавно вдавил спусковой крючок. Снова удар в плечо, на этот раз уже я подготовился и сжался в комок, потом еще раз и еще нажимая спуск. Грохот упавшего, как мешок с картошкой, тела, и громкий крик в доме. Я снова попал! Теперь меняю позицию и держу вход. Я побежал к сараю и тут заметил силуэт справа от дома. Кто-то из бандитов вылез в окно с противоположной стороны, и сейчас крадется ко мне. Выстрелил я первым, сразу на вскидку. И снова человек взмахнул руками и упал на землю. Я потом еще долго лежал и смотрел во все стороны, периодически меня позицию, перебегая от качелей к сараю, от сарая к дровам, но скоро рассвело, и громкий голос, отдающий команды за нашим забором, голос на русском языке, заставил меня расплакаться.

– Макс, ты чего? Все хорошо, отпусти руку! Это я, дядя Леша, помнишь меня? – друг отца дядя Леша пытался разжать мои пальцы, но я крепко держал автомат и ревел.

– Мак, ты чего? Отпусти руку, Макс, мне больно!

Я открыл глаза и вскочил. Я лежал рядом с Ольгой, тихо тикали часы, два часа ночи. Снова эти кошмары из прошлого…

– Извини, Оль, все нормально, – я встал и босыми ногами прошлепал на кухню. В квартире соседки все было незнакомо, но я нашел графин, стакан на столе, налил воды и жадно напился. Все таки затащила меня в постель моя новая соседка. Нет, ну а что? Девушка она красивая, только, по моему, себе на уме, странная немного, и смотрит странно. Вернулся в спальню. Квартира у Ольги такая же, как и у меня, двухкомнатная, небольшая и уютная. Только окна этой комнаты во двор выходят, и Волгу из них не видно. Кухонное окно выходит на реку, но на нем плотные шторы. А мне так хотелось сейчас посмотреть на огни за окном.

– Оль, ты извини, мне завтра работать, я домой пойду, – пробормотал я, нашаривая рукой одежду.

– Курсант Вахитов! – громко звучит команда.

– Я! – это мой ответ, я курсант, стою в строю таких же пацанов, как и я.

– Выйти из строя!

– Есть! – делаю два шага вперед и разворот кругом.

– Вам сегодня увольнительная, курсант Вахитов, к вам приехали. Бегом к начальнику училища, – уже мягким голосом говорит курсовой, высокий и худощавый майор со шрамом на лице.

Я бегу через плац, потом вбегаю в ворота училища, мимо дежурного и поднявшись по лестнице, уже перейдя на шаг на четвертом этаже, вон там, в конце коридора, кабинет начальника училища, генерал-майора Шлепова. Я был у него несколько раз. Первый раз, когда меня из детдома привезли. Дядя Леша тогда и привез, или Алексей Юрьевич Савельев, как его полное имя. Подполковник Федеральной Службы Безопасности. Сколько лет уже прошло? В Суворовском училище я всего год, и мне уже пятнадцать лет. Пятнадцать лет, а на кителе – «Орден Мужества». Мне завидуют почти все однокурсники. Только вот у них есть отец с матерью, а у меня нет. Меня прятали ото всех, переводили из одного детдома в другой, и вот я, наконец, год назад, зачислен сюда. И это хорошо, потому что мне нужно отомстить. Отомстить этим гадам за отца, мать и сестер. Я теперь один остался. Только дядя Леша – моя родня.

– Разрешите! – постучавшись, я вошел в кабинет генерал-майора Шлепова.

Дядя Леша сидел на стуле рядом с начальником училища и о чем-то спорил.

– Заходи, курсант Вахитов, присаживайся, – не вставая, показал мне генерал на стул рядом с собой и дальше уткнулся в мое личное дело, лежавшее перед ним.

Я подошел к столу, посмотрел на портрет президента на стене, на знамя в углу, присел и молча ждал, когда генерал прочитает что-то в деле. Наверное, мою характеристику.

– Вот что, курсант Вахитов, – оторвался, наконец, грузный человек от документов на столе и внимательно посмотрел на меня, – ты парень сообразительный. Подтянут, в учебе прилежен, поэтому мы даем тебе отпуск на месяц. Отдохни от учебы, потом наверстаешь. Приказ я подпишу, иди, собирай вещи, и вот, – показав на дядю Лешу, – товарищ тебя заберет с собой.

– Нохчо ву? – неожиданно спросил меня дядя Леша, когда мы вышли за ворота КПП.

– Ву, – автоматически ответил я, – только, больше понимаю, слова, как говорить, забывать начал, хотя, у нас тут паренек с Грозного учится, Ваха, с ним говорил, вроде, вспоминать начал, – поспешил добавить я.

На улице жара под тридцать, и пот из-под форменной фуражки стал стекать мне по вискам и на лоб. У КПП нас ждал микроавтобус «Форд» белого цвета, и распахивая дверь в салон, дядя Леша снова повернулся ко мне.

– Ничего, Макс, вспомнишь, время есть, – и чуть запнувшись, добавил, – ты же отомстить должен, не забыл?

Я сдержал навернувшуюся слезу, и молча покачал головой. Я не забыл, я помню.

– Вот как раз и появилась такая возможность. Ты здорово на местного похож, язык и обычаи знаешь. Сейчас в управление, потом отдохнем немного, в кино сходим, а вечером вылетаем.

Утро было как обычно. Те же серые тучи на небе за окном, тот же вкус кофе, та же квартира. Но что-то поменялось в этой моей новой жизни. Я узнал свою настоящую фамилию. Странное это дело, когда не знаешь, кто ты, и пытаешься гадать. Гадать на кофейной гуще это не дело, а вот во сне мне приходят эти картинки из прошлого, и по ним я складываю мозаику, как в детстве давно пытался складывать пазлы. Потянувшись, я встал и пошел на кухню, включил чайник и высыпал остатки кофе в стакан. Нужно еще кофе купить, а то хозяйский закончился. Да, я вот так бессовестно нашел упаковку кофе в шкафу и пил его, посыпая хозяйским же песком. А что, сумму заплатил не малую, имею право. На часах у нас десять утра, нужно пить кофе, проводить тренировку и… И ничего.

Вместо этого я начал искать в своем «Хуавее» Максим Вахитов. Но ничего интересного не находилось. Два Вахитова в Нальчике, один в Назрани, и в Гудермесе три Вахитовых, но те не Максимы. Нет, так не пойдет. Если я представитель спецслужбы, то точно в интернете меня не найдешь. Надо бы по знакомым спросить. Сколько у меня знакомых? Только Миша, да эти, в «Рубеже пятьдесят два» парни. Ольга не в счет, она точно ничего не найдет. Хотя… ладно, сегодня много дел. Нужно забрать готовую копию того клинка и передать охраннику Серёге. Деньги от Миши получаю завтра вечером, и завтра же мы едем на … Впрочем. Я не знал, куда мы едем. В голове только вертелась песня «Ехай на…» и пошлое слово. Ну так то да, вот туда и поедем, наверное.

А сегодня мне не терпелось посмотреть на мой нож. Нет, не тот, что мне изготовят в мастерской, а тот, что в музее. Но для того, что бы получить первый, мне необходим второй, просто позарез необходим. Погуляв по улицам и пообедав в небольшой кафешке, с гордым названием «Пельменная», я направился прямиком в мастерскую «Рубеж 52». Хорошая пельменная, только изжога после нее. Не иначе, из копыт и хвостов пельмени делают.

На улице уже начало темнеть, хоть время было едва ли три часа дня, как я заметил на своих тактических часах. Наверное, потому, что пасмурно и дождь вот-вот пойдет. Потоптавшись возле входа, я плюнул и стал спускаться в подвал.

– Приветствую, это снова я, – протянул я руку бородатому продавцу в магазине, – нож не готов еще?

– Сейчас уточню, – кивнул тот головой, пожав мою руку, и направился к подсобке.

– Миш, ну что там? За изделием к тебе пришли, – крикнул он громко своему коллеги. Тот что-то пробурчал в ответ, и через несколько секунд бородатый вышел из подсобки и обратился ко мне.

– Говорит, скоро доделает. Можете подождать тут.

Ничего другого мне и не оставалось, и я принялся ходить и рассматривать товар. Вот плитники, вот тактические пояса, или «Варбелты», как их называют еще. А вот перчатки. А перчатки, кстати, мне нужны. В это время в подвал зашло сразу человек десять парней в разной форме. И в черной, и в мультикаме, а двое в гражданке. И пришли они явно не за мной, а за снаряжением. Бородатый не успевал отвечать на вопросы, и меня, стоявшего у витрины, тоже приняли за консультанта. А что, я могу и проконсультировать. Посоветовав двоим модель плитника и перчатки, я отправил их на кассу оплачивать покупки, а сам присел на тумбочку для примерки обуви. Когда покупатели разошлись, бородатый спросил у меня.