Андрей Труфанов – Ледяной капкан (страница 22)

− Вы хорошо поработали и заслужили отличный ужин, − сказал Гедемин.

− Нам тоже повезло — есть кое-какие трофеи. Они везли мясо кабанчика, солёное сало и медовуху воеводе Евпатию, − сказал Манфред.

− Это будет очень кстати к нашему столу. Давайте, приводите себя в порядок и приходите — я буду вас с нетерпением ждать, − сказал Гедемин.

Воины пошли приводить себя в порядок. Люди Нильса сидели особняком у своего костра. Олаф, увидев проходившего мимо Стива, подозвал его к себе. Стив подошёл к костру и поздоровался.

− Что там произошло-то? Поведай мне по старой дружбе, − улыбнувшись, спросил Олаф. Улыбка на его изуродованном лице выглядела страшной гримасой.

− Небольшой княжеский обоз на Северной дороге разбили. Семерых дружинников положили и, по всей видимости, троих жителей, − ответил Стив.

− А потери есть? − спросил Нильс.

− Два кнехта и один человек Манфреда, − ответил Стив.

− Ну, трое к десяти — это хороший результат, − улыбнувшись, сказал Нильс.

− Гедемин так не считает. Ладно, скоро ужин, пойду приведу себя в порядок, − сказал Стив и пошёл к своей палатке.

Марк Мальтиец зашёл в свой шатёр. Луиза бросилась к нему на шею.

− Я переживала за тебя, милый, − сказала она.

− Всё в порядке, я жив, здоров, и эта прогулка пошла мне только на пользу, − сказал Марк.

− Я, когда увидела, что ты в лагерь вернулся, воды тебе вот погрела. Пойдём, выйдем из шатра, я тебе полью, − предложила она. Марк вышел с ней.

Через час все рыцари собрались в шатре Гедемина и пригласили туда Амоса. За столом купец вёл себя осторожно и решил не злоупотреблять вином, чтобы не сказать чего-нибудь лишнего.

− Вот теперь можно и поговорить, − улыбнувшись, сказал Гедемин.

− Я смотрю, ты сегодня расщедрился, − сказал Манфред и показал ладонью на стол. Гедемин взял с собой в поход монаха, который лично готовил ему еду ещё в Дерпте.

− Это всё готовил Курт. Я привёз его с собой из Дерпта. Сейчас вам удастся оценить его кулинарные способности, − сказал рыцарь.

− Я распорядился, чтобы нам принесли мёд из трофейного бочонка, − сказал Манфред, и в этот момент зашёл один из его слуг, принёс два кувшина, наполненных медовухой.

− Ну как, ты доволен работой, Амос? Вот видишь, ради тебя тремя воинами пожертвовали, − поинтересовался Гедемин.

− Да, спасибо, всё было великолепно, − ответил он.

− Но и нам в радость. Однако, несмотря на эту небольшую победу, месть этим дружинникам будет ужасной. Я сожгу этот острог, чего бы мне это ни стоило, − сжав зубы, процедил Гедемин.

− Давай выпьем за удачу, − предложил Мальтиец.

− Да, за удачу, − поддержал фон Борк.

− Когда собираешься в Ладогу? − спросил Амоса Гедемин.

− Завтра с самого утра и поедем с Меченым, − ответил Амос.

− Хорошо. Передашь от меня дьяку послание. Нет, лучше поступим следующим образом. Скажи мне: в городе можно достать какие-либо продукты? − спросил Гедемин.

− Если постараться — то всё можно. А если вы дадите мне своё покровительство, то тогда я смогу договориться по нормальным ценам, − ответил Амос.

− Вот, ты-то мне и нужен. Благодаря случаю, Марк раздобыл хорошие русские сани. Я пошлю с тобой четырёх своих воинов и пару монахов. Сможешь провезти их в город, чтобы это не вызвало подозрений? − поинтересовался Гедемин.

− Конечно, смогу — меня там все знают. Скажу, что это мои слуги, − ответил Амос.

− Нагрузишь полные сани продуктами. Вальтер скажет, что нужно. А потом вывезешь их из города, а там мои люди уже доделают дело, − сказал Гедемин.

− Хорошо, я помогу, − сказал Амос.

− Вот и ладненько. А теперь давайте ужинать, − сказал Гедемин и принялся за дичь.

Северный острог

Когда дружинники вернулись с Северной дороги, уже начало темнеть. Жители острога с нетерпением ждали их возвращения. Нектарий вытащил большой засов и распахнул ворота. Дружинники въехали первыми, за ними въехал на санях Поликарп. Буслай спрыгнул с коня и оглядел людей, стоявших в остроге. Его глаза встретились с глазами Пелагеи. По его красноречивому взгляду женщина сразу всё поняла. Она подбежала к саням; соскочивший с коня Ягр перекрыл ей дорогу.

− Я знаю, он там! − вскрикнула Пелагея. Ягр уступил.

− Сними покрывало, − сказал Ягр Тимофею. Тот сдёрнул покрывало. В этот момент Пересвет подошёл к Алене.

− Крепись, девочка, − сказал он и обнял девушку.

− Батюшка! − вскрикнула она и разразилась громким рыданием. Пересвет ещё крепче обнял её.

Пелагея подошла к саням и остолбенела. У неё не было сил ни кричать, ни рыдать — только одинокая слеза скатилась по щеке. Буслай подошёл к женщине.

− Как это случилось? − отрешённо спросила она.

− Спирька придёт в себя — всё узнаем. Могу сказать тебе одно: твой муж дрался геройски и пал в числе последних воинов. Это видно по множественным ранам на его теле, − ответил Буслай.

− Я его дитя под сердцем ношу, − тихо сказала женщина. Буслай кивком подозвал Дашу. Девушка быстро подбежала к нему.

− С кем Акинфей? − спросил он.

− За детьми Зорюшка присматривает — если проснутся, позовёт, − ответила Даша.

− Побудь с Пелагеей, − попросил он и пошёл к Алене и Пересвету.

− Как же так? Почему Бог так наказал его? − захлёбываясь рыданиями, спросила девушка.

− Мы узнаем и обязательно отомстим за него. Пересвет, ты побудь с ней — ей это необходимо. И идите в избу. А я распоряжусь, чтобы их сгрузили с саней. Завтра похороним, − сказал он и пошёл давать указания мужикам.

Отец Евлампий и Митрич стояли и молились. Бабка Авдотья, Лукерья и молодые девушки рыдали. Агрепина всячески пыталась успокоить бабку Авдотью. Мужики стояли с обнажёнными головами. Даже Калаш с больной ногой приковылял, опираясь на палку. Он стоял у самих саней, низко опустив голову.

− Я должен был ехать вместо Зозули. Выходит, жизнь свою за мою отдал он, − сказал Калаш, и по его щеке потекла слеза.

− Успокойся, Калаш, ты тут ни в чём не виноват. Так распорядилась судьба. Выходит, Лопух оказался твоим ангелом-хранителем, − сказал стоявший рядом дед Митрич.

− Да-да, Митрич, Господь так распорядился, − сказал Калаш.

− Пойдём, я тебя до избы провожу, − сказал Митрич и взял мужика под руку. Они не спеша пошли к избе, в которой жил Калаш.

− Отец Евлампий, разгоняй народ по домам — а то и так тошно, а бабы рыдают, сил нет на это смотреть, − попросил его Буслай. Батюшка стал уговаривать всех разойтись.

− Поликарп, скажи своим мужикам, чтобы помогли сложить трупы в сторонке и накрыть, − сказал Ягр. Мужик побежал звать сыновей.

Кое-как отцу Евлампию удалось разогнать людей от телеги. Но жители не хотели расходиться — всем хотелось обсудить случившееся на дороге событие, поэтому люди стали подтягиваться от ворот к костру. Поликарп с сыновьями, Агапит, Мирон и Шемяка перенесли покойников к углу острога и накрыли большим покрывалом из мешковины. Шемяка несколько раз перекрестился и что-то пробормотал себе под нос. Даша увела Пелагею в свою избу, Алёна пошла вместе с Пересветом, а воевода подумал, что разгонять народ от костра не имеет смысла, поэтому сел на лавку перевести дух после тяжёлого дня. Он сидел и думал о своём и не заметил, как из-под земли перед ним вырос Митрич.

− Митрич, ты? Испугал. Как чёрт из-под земли выскочил, − сказал Буслай.

− Никакой я не чёрт, Буслай, просто решил к тебе подкрасться, так сказать. Смотрю — один сидишь, скучаешь, думаю: дай подойду. А почему подкрался, сейчас расскажу. Вот подошёл я к тебе незаметно, и ты ничего не почувствовал. И вот я думаю: к убиенным дружинникам да мужикам ворог так же незаметно подкрался. Не ожидали они его, − рассудил дед Митрич.

− Сеча там произошла жуткая. Доблестно дрались ратники, да видно враг сильнее оказался. Вон, на теле Дара вообще много ран — видно, последний пал, на него всем кагалом наскочили. Но и наши дружинники троих крестоносцев на тот свет отправили, − сказал Буслай.

− Так это крестоносцы были? − удивился дед.

− Они. Отомстим мы им за наших товарищей, обязательно отомстим. Нужно к Евпатию ехать и сообща что-то решать. А то во всей округе никакого житья от них нет, − ответил воевода.

− Нужно наподдать им как следует. Ты уж, Буслаюшка, постарайся, милый. И за меня, старого, приложи им, − сказал Митрич и гневно потряс кулаком в воздухе.

− Приложу, Митрич, − пообещал воевода.

− А ты чего тут один сидишь? Вон, все у костра собрались. Пойдём, может, к ним? − предложил Митрич.

− Нет, Митрич, там вопросов задавать будут много, а я устал, отдохнуть хочу. Вот ты иди и расскажи то, что я тебе сказал. Скажи, что геройски дрались и погибли как настоящие воины, − сказал Буслай.