Андрей Труфанов – Ледяной капкан (страница 20)

− Всё, идите, вашей помощи мне больше не потребуется, − сказала Зара. Ерёма и Нектарий пошли к выходу.

− Ну что, Зара, как он? − спросил Буслай.

− Пока трудно что-то сказать. Могу одно: крови он потерял очень много. Видишь, помимо стрелы, у него ещё рубленая рана плеча. Ты иди, Буслай, я сейчас всё обработаю и дам ему поддерживающие микстуры. Как только можно будет с ним поговорить, обязательно позову, − сказала женщина.

− Хорошо, − сказал воевода, взял стрелу и пошёл в большой дом.

В большом доме все уже собрались и ждали только Буслая. Помимо дружинников, пригласили и Архипа. Когда вошёл воевода, все посмотрели на него и с нетерпением стали ждать, что он скажет. Буслай прошёл к столу и сел на своё место.

− Вот такие дела у нас, − начал он.

− Как Спирька? − пробасил Годыня.

− Зара говорит, раны тяжёлые, крови много потерял. Хорошо ещё, что мороза нет, − ответил Буслай.

− Кто же это мог быть? − спросил отец Евлампий.

− Это узнаем, когда Спирька сможет говорить. Но я думаю, что это не лихие люди. Вот, посмотрите, − сказал Буслай и положил на стол стрелу, которую Зара вытащила из спины юноши. Пересвет взял стрелу и внимательно осмотрел.

− Наконечник лепестковый, сталь хорошая. Это не кустарная работа — стрелу делал хороший мастер. Ещё посмотрите на длину: наши стрелы короче. Похоже, стреляли из английского лука, − заключил Пересвет.

− И я о том же, − сказал Буслай.

− Что ты думаешь? − спросил отец Евлампий.

− Это работа крестоносцев. Не знаю, каким образом они там оказались, но уверен, что это они, − ответил Буслай.

− И, скорее всего, откуда-то пришли в эти места, потому что никаких следов ни в Сосновом лесу, ни у Скалы Кречета, ни у Чёрной Топи нет. У солончаков и у Белого озера их тоже нет — давеча туда Агапит с Елисеем на разведку ходили. Агапит — опытный следопыт, если бы он что-то увидел, сразу бы мне рассказал, − сказал Архип.

− Неясно, что случилось с остальными. Сейчас уже темнеет, поэтому поиски начнём утром. Завтра с рассветом со мной поедут Ягр, Пересвет и Тима. Не хотелось бы такого и думать, но кажется мне, что мы найдём там трупы. Поэтому, отец Евлампий, дай команду Поликарпу, чтобы завтра отправился с нами на санях, − попросил Буслай.

− Хорошо, Буслаюшка, попрошу, − ответил батюшка.

− Теперь отдыхайте. Будем ждать, когда заговорит Спирька. Нектарий, ты завтра на стену в охранение. Митрофан пусть отдыхает. Всё, я вас больше не держу, − сказал Буслай, встал и пошёл к выходу. Дружинники тоже начали вставать.

Пелагею и Настю во дворе успокаивали Степанида и Лукерья. Они расположились на лавочках недалеко от ворот.

− Ты-то чего ревёшь? Ещё ничего не известно о Даре, − пыталась успокоить Пелагею Лукерья.

− Я чувствую, что его убили. Почему Спирька приехал в острог один, хоть и раненый? − всхлипывая, спросила женщина.

− Подожди причитать. Вот Спирька придёт в себя — тогда всё узнаем, − сказала Лукерья.

− Думаю, Буслай завтра пойдёт дозором по дороге. Не оставит воевода этого, − сказала Степанида. Тут к ним подошли Софья и Даша.

− А с кем вы детей оставили? − всхлипывая, спросила Настя.

− Зорюшка смотрит за ними. Если проснутся — позовёт, − ответила Софья.

− У меня было плохое предчувствие, я Спиридону говорила о нём, а он отшутился, − сказала Настя.

− Но, по крайней мере, он здесь, хоть и раненый. Ты же знаешь, какие чудеса наша Зара делает. Вспомни воеводу Евпатия — два раза она его с того света вытаскивала, а Спирьку тем более на ноги поставит, − приобняв Настю, сказала Даша.

− Господи, помоги ему, − хлюпая носом, сказала Настя.

− Сейчас отец Евлампий закончит совещаться, сходим к нему и помолимся, − сказала Даша.

− И ты не реви. Правильно Даша говорит: молиться надо идти — может, Бог услышит наши молитвы, − сказала Степанида.

− Да, конечно, помолимся, − сказала Пелагея и прильнула к груди Степаниды.

− Ну-ну, успокойся, милая, − сказала Степанида.

Лопух вошёл в горницу, в которой лежал Калаш. Нога у него опухла, он еле мог передвигаться, и то с помощью палки. Зара, конечно, оказала ему помощь, но сказала, что растяжение будет беспокоить его около двух недель.

− Что там за шум? − поинтересовался Калаш.

− Господи, раненого Спирьку Ветер привёз. Видел я стрелу у него в спине, − ответил Лопух.

− А остальные где? − возбуждённым голосом спросил Калаш.

− Не было больше никого с ним. Один он прибыл, − ответил мальчишка.

− Что же с ними могло случиться? − спросил сам себя Калаш.

− Наверно, напали на них. Сейчас дружинники его к Заре понесли, а Буслай совет созвать велел, − сказал Лопух.

− Иди на двор, покрутись там. Может, чего узнаешь. Потом придёшь и расскажешь, − велел ему Калаш. Лопух снова пошёл на двор, но, кроме Митрича и сидевших на скамейках девушек, никого больше не увидел. Тогда он стряхнул снег со ступеньки и уселся. К нему не спеша подошёл дед.

− Что, Калаш за новостями послал? − спросил Митрич.

− Угу, − буркнул Лопух.

− Ты прямо как Фомка угукаешь, − сказал дед.

− Хочу и угукаю, − недовольным тоном ответил Лопух. Тут на звук своего имени из-за угла избы появился Фомка.

− А, вот и святая душа к нам пожаловала. Что, Фомка, расскажешь? − спросил дед.

− У-у-у-у, − Фомка изобразил коня и похлопал себя по плечу.

− Да, Фомка, Спирька раненый прискакал, − сказал Митрич. Блаженный закивал в знак согласия.

− Кто это сделать мог? Вот весь вопрос, − сказал Митрич.

− У-у, − промычал Фомка и пальцем нарисовал на снегу крест.

− Крестоносцы, думаешь? − удивился дед.

− У-у-у-у, − замычал юродивый.

− Не знаю, но может, и они, черти окаянные, − сказал дед и погрозил кулаком в воздух. Фомка повторил его жест.

− Может, баб спросить? − спросил Лопух.

− Да что бабы тебе расскажут? Они только выть могут. Вон Пелагея-то как завывает, а ещё ничего не известно. Может, Дар-то жив, − ответил дед Митрич.

− У-у-у, − промычал Фомка и замотал головой.

− Ты хочешь сказать, что убили его? − спросил дед.

− У-у-у, − закивал блаженный.

− Сплюнь, дурак, скажешь тоже, − пробурчал дед. Но в голове у него пронеслась другая мысль: «Недаром Авдотья храпела — не к добру. Может, и прав блаженный».

Аленушка с тревогой в душе сидела в горнице у окошка и ждала, когда закончится совещание в большом доме. Когда дружинники стали выходить, она накинула тулуп и вышла во двор. Пересвет, увидев девушку, поспешил к ней.

− Ну что? − с нетерпением спросила она.

− Ничего не ясно пока. Узнаем, когда Спирька придёт в сознание, − ответил дружинник.

− Господи, чувствует моё сердце, что произошло что-то плохое, − сказала девушка.

− Не заводи себя раньше времени. Завтра утром мы пойдём рейдом по дороге — может, что-нибудь обнаружим, − сказал Пересвет.

− Теперь я всю ночь спать не буду, − сказала Алёна.

− Успокойся, милая, я с тобой, − сказал дружинник.