Андрей Третьяк – Связанные не судьбой (страница 33)

– Или! – воскликнул мужчина угрожающе.

– Или я убью тебя первым, – посмотрел решительныи взглядом Георгий.

– Стойте, стойте! – прервала их эльфийка громким голосом, обратив на себя внимание всех. – Давайте просто оставим его в покое, – с опасением предложила она. – Просто всё решим без драки, и мы спокойно уйдём, оставим всё как было.

– Айда, ты что несёшь? – страшно удивился мужчина, указав на детей. – , маленькие кентавры мужского пола и кобыла – этот шанс выпадает очень редко.

– Как и шанс сейчас сдохнуть, – громко продолжила она, улыбнувшись и распустив пальцы рук, сразу почувствовав, как хватка ослабла, и, не став испытывать удачу, она быстро отступила от того, кто у неё вызывал опасения.

– Линс, – подошла и привлекла она внимание мужчины, стиснув губы, посмотрев в сторону Георгия: – Я не знаю почему, но он меня пугает, поверь мне как носителю, нам лучше свалить.

– Тебя что-то встревожило? – с интересом посмотрел на неё Линс.

– Да ещё как, – прошептала она. – Просто валим, я не хочу сдохнуть здесь.

Дослушав её, Линс посмотрел в сторону Георгия, затем снова перевёл свой взгляд на эльфийку, что держала его руку. – Парни! – крикнул он, махнув рукой. – Уходим!-

И Тут же все с настороженным видом неохотно потихоньку разошлись, а мальчишки со всех ног рванули, пробежав мимо Георгия, как тучи, оставив его наедине с девочкой, которая не могла от страха встать на свои четыре, в ужасе вспоминая, как она также чуть было не оказалась в руках таких же людей, что зарабатывали деньги на таких, как она.

– Ты в порядке? – пригнувшись и скинув с её шеи верёвку, выговорил Георгий, вытерев ей пальцем слёзы. – Всё в порядке, всё в прошлом, они ушли, – закончил он, услышав дикий топот с криками: – Таболи! Таболи!

– Мама, папа, – выговаривала она, и Георгий молча решил оставить девочку, чтобы избежать проблемы, которую могли на него переложить два перепуганных родителя, не разобравшись, но хватка детской руки за рукав остановила его. Посмотрев, как, прижав уши, девочка намертво вцепилась в его руку, а через несколько секунд его окружили два вставших на дыбы кентавра.

– Таболи! – откликнула девочку мать, не сводя взгляда с Георгия. – Ты в порядке?

– Да, мама, – кивнула она головой.

– Тогда иди сюда, – протянула она ей руку, но девочка крепко прижалась к руке Георгия под встревоженный взгляд родителей.

– Таболи, иди ко мне, – строго повторила она, держа руку на весу

– Таболи, – решил вмешаться Георгий, опустив взгляд. – Иди к маме, она переживает, – и девочка неохотно отпустила его рукав, медленно подойдя к матери, и та тут же крепко её прижала.

– Слава богам, ты в порядке, – проговаривала она, переглянувшись с мужем, сразу посмотрев дочери в лицо и заметив сменившее цвет и уменьшенное клеймо на её щеке, тут же посмотрев в сторону незнакомца.

– Значит, сначала вы забрали старшую дочь, – громко угрожающе зарычал кентавр. – Наградили клеймом младшую, теперь чуть не решили судьбу троих моих детей, а вам всё мало, сколько вы получили бы денег за такой ценный живой товар, а ловчий браконьер, – продолжил он медленно, достав длинный двуручный меч из ножен, висевших на лямке, обхватывающей его левое плечо. – Попробуй сразись со мной один на один, победишь – тогда никто не будет стоять больше на твоём пути при следующей встрече моих детей. Выбирай оружие, – добавил он, направив лезвие в его сторону.

– Рад снова увидеть воинственный дух кентавров, – восхитился Георгий, приложив две руки к груди и поклонившись три раза, чем застал врасплох кентавра, продолжив: – Я отказываюсь от этого вызова, ибо не считаю тебя врагом, как и я тебе не враг.

– Ты знаешь традиции дуэли рода наших предков? – удивился кентавр.

– Не только эти, – ответил он, посмотрев в сторону матери с девочкой. – Как и то, что женщина не может остановить мужа, если он решил бросить вызов, но, как я говорил, я тебе не враг, – с уверенным тоном продолжил он. – Прошу тебя, прими свой ясный родовой голос и дай голос той, что заслужила благословения своей верностью и молитвами дать тебе детей.

– И с чего мне слушать человека? – возмутился кентавр, с отвращением плюнув в его сторону.

– Папа, он… – воскликнула девочка, но рука матери не дала ей высказаться, и Георгий посмотрел гордо на кентавра, указав рукой на фонтан.

– Человека, значит, – спокойно выговорил он. – Так взгляни, кентавр, на человека, что спасла вас от исчезновения с этой земли, дав вам зелья от чумного сглаза, убивавшего ваших детей в утробе, тем самым нажив врагов среди других рас, но получив ранение от Минотавра, она спасла ему жизнь. Взгляни на Елену Маркуз Прииз, кентавр, – добавил он, воскликнув имя, и кентавр тут же от удивления опешил, опустив свой меч.

– Но об этом знаем только мы, никто из других рас, – шёпотом выговорил кентавр, подняв взгляд. – Мы даже имя дали ей другое, чтобы уберечь её, но в итоге это имя осталось навечно с нами, и только его мы можем называть.

– Аласу, спасительница рода, – перебил его Георгий, заставив его вытаращить свои чёрные глаза.

– Ну как… – не выдержав, начал заикаться кентавр. – Как вы можете это знать? Никто из нашей расы не поведал бы вам, мы об этом узнаём только после брака, когда даём клятву, что не даёт нам ни сказать это имя, ни назвать.

– Я узнал это от неё лично, – ответил Георгий, и кентавр убрал свой меч, склонив голову. – Прошу простить меня, великий, что не знает смерти, меня зовут Бирог, это моя жена Ирида, простите меня, если смог вас разгневать.

– Нет, не смог, – ответил Георгий, тоже склонив голову. – Меня зовут Георгий Лучезар Алхимирий, – представился он. – Давайте говорить как друзья, – предложил Георгий, и кентавр поднял голову. – Я буду рад иметь друга среди таких, как вы.

– Как и я, – подтвердил он, и кентавр вложил меч в ножны, дав жене вздохнуть свободней.

– Значит, всё, Бирог? – обратилась Ирида к мужу, увидев его спокойный взгляд. – Теперь, когда дуэль завершена перемирием, я могу сказать слово, – договаривала она, увидев, как муж улыбнулся, сразу продолжив: – Я ведь тебе сколько раз говорила: прежде чем что-то решать силой, надо сначала поговорить, – продолжила она, посмотрев на дочь. – Ты мог убить невиновного или сам пасть, а я, как женщина, по нашему обычаю, не имею права голоса против вызова, брошенного мужем. Посмотри на лицо дочери, – указала она на клеймо, затем посмотрев на Георгия: – Он не только помог избежать нашим детям рабства, но и приложил руку к помощи Климу, – закончила она и с благодарностью кивнула Георгию.

– Ирида, не забывай, что перед тобой Незнающий Смерти, – возмутился кентавр, строго посмотрев на спокойное лицо жены. – Но ты права, – продолжил он, приклонив голову перед Георгием. – Спасибо, что нашли время защитить наших детей, Незнающий Смерти.

– Я не мог пройти мимо, – приклонил голову в ответ Георгий.

– Мама, кто такие "Незнающие Смерти"? – с любопытством спросила Таболи.

– Это те, кто не знают о смерти и старости, – посмотрела свысока Ирида на дочь, погладив её по голове.

– Да, это наше проклятие, – услышали они, посмотрев на Георгия. – Но это не делает меня особенным, – продолжил он, посмотрев в их сторону. – Я закрепил на кофте вашей дочери иглу, – указал он, увидев, как с любопытством Ирида взялась за место, где была закреплена игла. – Проводите ей по шраму семь дней, и он исчезнет. Это всё, чем я могу помочь.

– Всё? – воскликнула Ирида растерянно, переглянувшись с мужем, который также потерял дар речи. – Мы только к кому не обращались, чтоб убрать этот позор, – продолжила она, уронив слезу и с благодарностью посмотрев на Георгия: – Вы не только спасли детей, но и дали надежду Таболи на будущее, спасибо вам, – добавила она, приклонив голову под растерянным взглядом дочери, которая пыталась её успокоить, крепко прижавшись к ней.

– Спасибо вам, Георгий, – пришёл в себя Бирог, также склонив голову, и Георгий подошёл поближе.

– Никто не властен над чужими жизнями, друг, – услышал он Георгия, подняв своё гордое лицо, и Георгий продолжил: – Даже бессмертные.

– Да, если бы все так думали, – повесил голову Бирог. – Мы боимся пасть жертвой жадности ловчих, как они себя называют, что отлавливают детей и продают их ради прибыли, а клеймо – это знак позора. Мы пытались найти хороших целителей, но дар этот слишком редок, а сильнейшие находят своё место рядом с кланами, а те, кто есть, запросили очень большую цену, которую мы не сразу нашли, и рана стала шрамом, заклеймившим дочь, и она не смогла бы выйти замуж, но вы вернули нам надежду увидеть её счастливое лицо на свадьбе.

– Почему вас отлавливают? – спросил Георгий, увидев, как взрослые кентавры переглянулись

– Всё из-за нашего разума, – привлекла его внимание Ирида. – Мы хорошо зарекомендовали себя в качестве воинов и вьючных животных, которые могут носить припасы в местах, куда не пройти на четырёх колёсах, на войне без участия возниц, а в случае опасности сами защищать себя, и наш волос, что может сдерживать жар огненных фей, стал просто ценным ресурсом.

– Да, это многое объясняет, – задумался Георгий. – Я сам лично видел вас в бою, особенно когда вы несёте на себе всадника с печатью, а вашу шкуру, покрытую волосами, не пробить оружием и магией, кроме верхней части. Но как же табун? – с удивлением продолжил Георгий. – Это ведь могучая сила, с которой считались и боялись бросить вызов, особенно когда ваши воины облачены в доспехи, даже кланы вас уважали.