Андрей Третьяк – Правду пишет победитель (страница 12)

– Ты? – ответила она удивлённым голосом. – Но я думала, что ты не знаешь об этом.

– Я знал, что феи дают связь как усилитель, но я не знал, что такие как вы существуете, и чтобы связать душу, нужна душа, которая становится этой нитью. Мы с отцом долго вели свои изучения, которые мне пригодились во время войны. Мы назвали его контракт.

– Контракт? – повторила она. – Я, то есть мы все не знали об этом, значит, это вы его создали?

– Не мы, – ответил он. – Я создал его, отец не догадывался об этой силе, но я смог ему доказать, что это правда. Я тогда боготворил отца и заключил контракт с феей и исчерпал все силы, чуть не умер, что мне надо было дать сделать. Я жадно воспользовался силами, возобновив себя богом, не понимая, что за силу надо платить, и, как теперь узнал, погубил отца и винил его за свои грехи, вот именно тогда отец дал мне это проклятие. Он доработал мою теорию и узнал про вас. Всё, что знал отец, знаю и я или могу узнать.

– Значит, – перебила она, – ты можешь воссоздать рецепт?

– Да, могу, – ответил он, – но это нельзя допустить, если рецепт попадет вне те руки, будет хаос и даже война, отец знал это и поэтому никогда бы не допустил этого, поэтому рецепт он унёс с собой в могилу, оставив только одного наследника тайн и этот браслет. – Он показал ей браслет, в котором торчали круглые головки игл разных цветов, и продолжил: – Здесь я храню иглы, это наше с ним изобретение, питьевые эликсиры в прошлом, иглы вот будущее, их жало – это застывшие эликсиры, втыкая их в тело, ты получишь мгновенный эффект. – Он убрал обратно браслет под рукав и обернул свой взгляд в сторону города.

– Что ты скрываешь? – с подозрением привлекла она его внимание, и, повернувшись снова к ней, он ответил:

– Во время войны я узнал, что алхимия – это худшее, к чему я стремился, – тяжело вздохнув, он продолжил: – Если бы я был смертен, я бы тоже не смог так далеко зайти в её изучение, и лучше, чтобы я оставил эти секреты при себе, особенно когда эти секреты касаются об обмане самой смерти.

– Я думаю, что ты вернёшься обратно, – настороженно спросила она.

– Мне надо кое-что доделать, – начал он. – Я должен найти этого алхимика и камень знаний моего отца. – Посмотрев на него, она широко улыбнулась и подлетела к нему: – Может, ты надеешься увидеть Анжелику?

– Это не она, – ответил он резким голосом.

– Не она, – начала фея, – но душа-то её, и, как мне говорила мама, мы разносим души не первым попавшим. – Услышав её, он резко повернулся, но она растворилась в воздухе как дым со словами: – Надеюсь, мы ещё встретимся, через пару тысяч лет. Георгий лишь улыбнулся её словам и, достав из браслета иглу с белым цветом головки, направив его на солнце, и она засветилась ярко белым цветом.

– Отец, – проговорил он, внимательно рассматривая иглу, продолжив расстроенным голосом, – что же ты, нет, мы наделали?

Час до рассвета, участок стражей.

Летиция молча сидела за столом, не зная, чем себя занять. Она качалась на стуле, рассматривая потолок здания стражей, ожидая, когда закончится допрос Альфреда в соседней комнате. Она сама уже всё рассказала и ожидала, когда их уже посадят вместе, ведь её историю никто не воспринимал всерьёз. Вдруг дверь её комнаты открылась, от скрипа которой она чуть не кувырнулась вместе со стулом, успев как-то удержать равновесие, и в комнату завели девушку с окровавленным лицом, которую Летиция сразу узнала.

– Садись, Русана, – показав на стул рядом с Летицией, сказала женщина-страж.

– Мне обещали дать помыть лицо, – растерянно спросила Русана. Страж строго посмотрела на неё, прошипев:

– Позже, – и подчинившись, она зашла в комнату, став в угол, будто ребёнок, который был наказан за шалость, опустив свой взгляд. Летиция села, скрестив ноги и поставив локти рук на стол, молча рассматривая её и вспоминая эпизоды их знакомства. Она прокручивала эпизод отрубленных рук и пыталась всё сопоставить, но голова была забита очень большим объёмом информации, не давая многим вопросам объяснения, которые ей могла дать Русана. И наконец Летиция решила нарушить тишину, но её опередил скрип открывающейся двери в комнату допроса, через которую зашёл мужчина-страж. На вид ему было за тридцать, человеческой расы, крепкого телосложения, с коротко стрижеными волосами каштанового цвета, в идеально сидящем костюме, подшитом на заказ, давая понять, что он заботится о своём внешнем виде. Он внимательно посмотрел в сторону Летиции, и та смогла разглядеть его лицо, которое было приятного вида: у него были глубоко посаженные глаза карего цвета, среднего размера, с ухоженными бровями, которые прекрасно подчёркивали их строгий взгляд, который был для Летиции даже в какой-то степени завораживающим, давая ей понять, что этот взгляд приманивал противоположный пол, который сходил с ума, когда он пронзал своих жертв. Длинная переносица с небольшим кругловатым носом, длинные средние губы с мощным кругловатым подбородком, который подчёркивал мужественность. Осмотрев Летицию, она поняла, что он оценил её внешние данные. Она стала подозревать, что он пришёл, чтобы попытаться склонить её к непристойным услугам, но её успокоил его громкий, чёткий и в какой-то степени привлекательный для женских ушей голос:

– Русана, – привлёк он внимание девушки, и та, повернувшись, дала ему причину продолжить, смотря на него с растерянным видом. – Куда ты влезла? Почему ты не можешь обходиться без неприятностей?

– Я не при чём, Анджело, – тихо, растерянно проговорила она, продолжив: – Я просто хотела помочь, как говорила…

Не дав ей договаривать, Анджело тяжело вздохнул и, посмотрев в сторону Летиции, недоверчиво продолжил:

– Вы все говорите про некоего бессмертного. Вы сами понимаете, что это чушь? – договаривая, Анджело перевёл свой взгляд в сторону Русаны и развёл руками, продолжив: – Никто в это не поверит. Да имея ту связь с Виджилом и Марком, ты вообще не в почёте.

– Это здесь ни при чём, – громко перебила его Русана, продолжив: – При чём тут Марк?

– Потому что он пропал, – резко перебил её Анджело, продолжив: – А в его комнате нашли заготовки подделки стёкол личности и деньги. А значит, он замешан в преступлениях. А ты была в той комнате, в его кровати, и утверждаешь, что он не поступил бы так, и не дала толком никаких показаний.

– Он твой друг, – перебила его громко Русана, – и ты просто так поверил в эти улики?

– Я верю глазам, Русана, и фактам, – опять громко перебил её Анджело, продолжив: – И факты говорят, что он предатель, а ты шлюха и та, кто с ним спала. – услышав его, у Русаны налились глаза кровью, и, не став сдерживать свой гнев, она накинулась на стража, громко, истерично закричав: – Пошёл ты! – Анджело будто ожидал такой реакции и, схватив её за обе руки, которые были направлены ему в горло, громко продолжил говорить, смотря ей в глаза: – Пойми, пока ты не признаешь это, я не смогу помочь ни тебе, ни тем, кто в рабстве. – договаривая, он её резко толкнул в сторону угла, стараясь не причинить ей вреда, и, посмотрев в сторону Летиции, громко выговорил: – Забудьте про бессмертного! – и, повернувшись в сторону угла, где Русана стояла к нему спиной, продолжил: – И про любовь, посмотрев в реальность. – закончив, Анджело покинул комнату с недовольным видом, оставив их наедине, чем безусловно обрадовав Летицию, ведь, посмотрев в сторону Русаны, она прекрасно увидела по её состоянию, что она подавлена и может пойти с ней на диалог, поэтому, собравшись с мыслями, она начала:

– Привет, подруга, – на эти слова Русана подняла свой растерянный взгляд в её сторону, и Летиция продолжила: – Вот опять мы с тобой встретились.

Русана не подала никаких звуков и молча стояла в углу, но Летиция опять продолжила:

– Может, присядешь? Ведь как-никак мы в одной лодке с этого дня, – девушка по-прежнему молчала, не подавая никакого внимания.

– Да, – опять продолжила разговор Летиция, – с отрезанными руками, не в одежде, ты была разговорчивее.

И наконец Русана не выдержала и, подняв свой взгляд, быстро сказала:

– Я не хочу это вспоминать.

Летиция увидела страх Русаны, и, сжавшись в угол, она пыталась найти там успокоение, но не могла.

– Русана, – назвав её по имени, начала Летиция, – тебе этого не забыть, ведь самое страшное в нашей жизни остаётся с нами вместе с самыми счастливыми моментами, ты можешь заглушить их ненадолго и только.

Летиция сделала паузу, и Русана заметила, как по её щеке скатилась маленькая слеза, но, взяв быстро себя в руки, она продолжила:

– Меня зовут Летиция. Сказав, что мы с тобой в одной лодке, я имела в виду, что мы только пассажиры, тот, кто нас в неё посадил – бессмертный, что был в том месте, и надо быть глупцом, чтобы не понять, что он тебя защитил от того, кто остался без рук, трое были убиты, двое сбежали с полными штанами, и на их месте я бы не высовывалась. Я не собираюсь на тебя давить и узнавать, почему ты оказалась в том месте, но я хочу узнать тех, кто были там, включая бессмертного.

Дослушав Летицию, Русана подошла и села напротив неё на место, где страж допрашивал Летицию, и тихим, еле слышимым голосом начала говорить:

– Я не могу рассказать про Георгия.

– Про Георгия? – перебила она.

– Да, – ответила Русана, – именно так представился тот бессмертный, и я не знаю, почему он спас меня, но я знаю, что моё спасение ненадолго, стражи доложили, что я здесь, и за мной придут, – она тяжело вздохнула и тут же спросила: – Если я тебе быстро всё расскажу, ты мне поможешь?