Андрей Ткачев – Князь Целитель 2 (страница 2)

– Ходить на рейды два дня подряд – это перебор. Тем более, после твоего ранения все равно нужна пауза, – покачал я головой. – Отдыхать тоже надо, зато у нас есть время со всем разобраться. Так что складывай всё в мешок и пошли забирать свои деньги.

– И купим в лавке по дороге копчёного гуся, – на полном серьёзе сказал Матвей, глядя на меня исподлобья и приготовившись выслушивать возражения.

– И купим гуся, – кивнул я.

– Серьёзно? – удивлённо спросил мой напарник и расплылся в улыбке. Такой серьёзный детина, а только о еде мечтает. С учетом, как он готовит, он думал, я откажусь от подобного, когда появились дополнительные деньги? Смешной. – Тогда пошли быстрее! Я уже чувствую этот аромат!

***

Когда я пришёл на работу в госпиталь в понедельник, там было на удивление тихо. Странно, обычно к утру начинают привозить раненых бойцов с ночных рейдов. Какими бы ни были крутыми ночные охотники, им тоже неплохо достаётся, так как ночью активируются более серьёзные монстры, за которыми они, собственно, и охотятся – добыча в случае удачи может окупить все расходы. Но чаще всего привозили военных, которые участвовали в зачистках или отражали атаки тварей на город ночью. А сейчас тихо.

Я вошёл в ординаторскую, а все целители отделения во главе с Герасимовым сидели за столом и пили чай.

– Привет, Вань! – бодро воскликнул Анатолий Фёдорович, остальные двое приветствовали кивком. – Иди садись, чаю попьём, пока тихо.

– А почему тихо? – спросил я, усаживаясь на свободный стул. – Даже непривычно как-то.

– Непривычно, – кивнул Герасимов.

– И тревожно, – сказал Василий Анатольевич, тот, что чуть старше из двух целителей в подчинении моего наставника. – То есть причину этого затишья ты не знаешь?

Я молча помотал головой и ждал разъяснений.

– Со вчерашнего дня ночные рейды временно запретили, Вань, – пояснил Герасимов. – Что-то они там пробудили не то или Аномалия резко активизировалась, сложно сказать. Некоторые отряды вовсе не вернулись, а из тех, что посильнее – лишь часть. Они-то и рассказали, что там происходит. Не обратил внимания, наверное, что все солдаты поставлены в ружьё, технику всю к воротам подогнали?

– Что-то не обратил внимания, – покачал я головой. – Единственное, что заметил, две патрульных машины встретил по пути в госпиталь вместо одной.

– Я думаю, это только начало, – сказал, жуя овсяное печенье, Василий Анатольевич. – Скорее всего, из гарнизона на юге ещё пригонят войска город защищать. И вертолёты военные курсируют вдоль границ Аномалии. Чувствую, будет нескучно в ближайшее время.

Как только он это сказал, где-то вдалеке прозвучали длинные пулемётные очереди и раздалось несколько взрывов. После короткой паузы стрельба и взрывы повторились, потом снова наступила тишина.

– Похоже, какие-то твари уже вышли погулять, – сухо констатировал Герасимов. – Скоро придётся жить в госпитале.

– Этого горе-пульмонолога надо спустить в приёмное, – предложил Василий Анатольевич. – Сидит там штаны протирает.

– Чтобы он загубил нам тут с десяток раненых? – ухмыльнулся Герасимов. – Нет уж, спасибо, сами как-нибудь. Лучше уж тогда Михаила Ивановича попрошу, от него толк будет.

– Так и от ученика вашего толк вроде есть, – сказал молчавший всё это время Олег Валерьевич и посмотрел на меня. – Не пустое место ведь уже.

– Ваня да, неплохо уже справляется, – улыбнулся Герасимов. – Достойный ученик попался. Ему бы ещё на четвёртый круг прорыв сделать, да Вань? Много ещё осталось?

– Думаю, на днях можно будет попробовать, – ответил я, просканировав сначала свои достижения.

Золотой третий круг маны уже был полон и пыхтел от натуги, а зелёный до полного не дотягивал совсем немного. Следовательно, и, правда, на этой неделе добью, не соврал. Такие темпы роста даже превышали прогнозируемые – вот что значит выходы в Аномалию и полная выкладка.

– Понятно, – сказал Герасимов, допивая чай. – Значит, буду нагружать тебя на полную катушку, чтобы добрал. Твой четвёртый круг в ближайшее время ой как понадобится. И нас заодно хоть немного разгрузит.

– Я только за, – улыбаясь, ответил я. – За этим сюда и приехал.

– Зря улыбаешься, – усмехнулся Анатолий Фёдорович. – Скоро опять будешь бледный у стеночки сидеть и медитировать.

Сначала я подумал, что он это просто так сказал, потом тоже услышал приближающийся вой сирен скорой помощи. От других я его уже легко отличал.

– Так, братцы, отдохнули и будет, – сказал Герасимов и резко поднялся со стула. – Все бегом в приёмное. Нам еще жизни спасать!

Мы высыпали на крыльцо, встречая машины скорой помощи и следующие за ними несколько броневиков, на которых тоже часто подвозили раненых. Санитары выгружали носилки с тяжело раненными солдатами, некоторых сослуживцы несли на руках, остальные кое-как топали ко входу в приёмное сами. Охотников не было ни одного, только солдаты и офицеры.

Я подхватил под руку одного сильно хромающего военного и помог ему сесть на пока ещё незанятую лавочку возле регистратуры. В считаные минуты просторный холл приёмного отделения был заполнен ранеными до отказа. Один из внесённых на носилках уже не подавал признаков жизни. К нему сразу метнулся Герасимов, остальные застыли в ожидании указаний, оценивая тем временем вновь прибывших.

– Этот готов, – сухо констатировал Анатолий Фёдорович. – Совсем чуть-чуть не дотянул, уносите.

Наши санитары подхватили носилки с ещё не остывшим телом и утащили прочь. А дальше и, правда, было нескучно. Герасимов раздавал указания, и мы начали носиться между ранеными, оказывая помощь самым тяжелым и самым крикливым.

Мне достался боец, лежавший на носилках на животе. На его спине наискосок пролегали три длинных глубоких раны, похоже, от чьих-то когтей, возможно, Синего Саблезуба. Увидел я это, когда убрал привязанную к спине бинтами промокшую кровью чью-то тельняшку. Раны довольно интенсивно кровоточили, и первым делом я остановил кровотечение. Солдат глухо монотонно стонал.

Сканирование я провёл дважды. С первого раза сам себе не поверил, что могут быть столь выраженные изменения в подлежащих тканях при относительно свежей ране. Концентрация отрицательной энергии здесь была такой, что должна была превратить его в подобие мутанта, патологическое перерождение я нашёл даже в рёбрах, лопатках и позвонках, до которых огромные когти даже не достали. Сначала я подумал, что это та самая ведьмина гангрена, но там всё равно всё выглядело как-то по-другому, не настолько выражено при такой свежей ране. Может быть, это она и есть, просто в более ярком проявлении? Всё может быть.

На очистку организма от негативной энергии Аномалии ушёл практически весь мой запас энергии и перед тем, как начать заживление ран, мне пришлось медитировать.

– Вань, ну ты чего там резину тянешь? – раздражённо окликнул меня Герасимов, увидев, что я сижу и ничего не делаю. – Ты не заметил, сколько у нас раненых? Давай быстрее!

– Стараюсь! – ответил я и приступил к заживлению ран.

– Да угомонись ты, чёрт подери! – услышал я позади гневный окрик Олега Валерьевича. – Я же тебе помочь хочу, дурень! Кровью истечёшь, если и дальше будешь так дергаться!

Я как раз закончил заживление ран на спине и резко обернулся. Целитель схватился за культю правой голени бойца, из которой хлестала кровь, и пытался остановить кровотечение, а боец дрыгал этой ногой и долбил его кровавым кулаком по спине, оставляя пятна крови на уже не совсем белом халате. Я навалился на солдата, прижав его руку к полу, а тот пытался вырваться и орал мне прямо в ухо благим матом.

Прошло секунд десять или чуть больше, как боец перестал орать и дёргаться, лишь часто дышал и постанывал. Я перестал удерживать его руку и отступил назад. Олег Валерьевич продолжил заживлять культю голени в более спокойной обстановке, а я перешёл к следующему, на которого мне указал чуть раньше Герасимов.

У бойца была рваная рана на предплечье. Выяснил я это, когда снял пропитанную кровью массивную повязку. Видать, знатно кровоточило. Сейчас кровотечение прекратилось, есть признаки наложения магической гемостатической мази.

Если я правильно понял, анализируя то, что вижу в приёмном, целители в отрядах бывают далеко не всегда, значит, производство подобных мазей очень даже актуально. Надо узнать рецепт и добыть ресурсы. Если я собираюсь продолжать ходить в Аномалию в составе отряда и он напорется на неприятности, моих навыков может не хватить, и тогда такая мазь может понадобиться. Заодно было бы неплохо, чтобы и у остальных членов отряда были подобные средства, ведь я один могу справиться далеко не со всем.

– Спасибо, студент, – похлопал меня по плечу Олег Валерьевич и направился к следующему пострадавшему от монстра Аномалии.

Сканирование раны предплечья, кроме повреждения мышц и сухожилий сгибателей и ротаторов, показало такое же экстремальное загрязнение негативной энергией, как и у предыдущего моего пациента. Значит, это какая-то общая закономерность? Вполне возможно, что это связано с той самой активизацией Аномалии. Я обернулся в поисках Герасимова, он как раз проходил позади меня.

– Анатолий Фёдорович! – окликнул я наставника. – Вы должны это увидеть.

– Думаешь меня чем-то удивить? – усмехнулся он, но тут же изменил направление движения в мою сторону, значит, заинтересовался. – И что тут у нас?