Андрей Тавров – Обратные композиции (страница 4)

я рассказал бы если б смог какой в нас лад живой пернатый летящий и продолговатый как им звучит свирель из сотни голосов ее собрали серебром наполнили но про смертельный выдох не напомнили она и так со мной в груди живет и плачется и бабочкой зовет           и я томлюсь между костей и мышц в лесу дыханья стоя красно-белом и старость как кремень владеет телом и длительная искра в кровь летит а эхо в лодке гулкого Эсхила двустворчатой скребется черепахой и нет таблицы чтобы нас вместила. Все восемь сфер зажглись над лесом. Что твоя длина звезде? и вес твой – небу? Что ты сам – лучу? Какая соль скрипит и злится на зубах? Не есть ли тело – свет в обратном беге, а вечность – бабочки культяпой глубина?

Безрукая ода

безрукий уходит в безрукую ночь немой стоит в тишине, дева одета в невинность как яблоко в шар или как в плоскости куб ангелы не неряшливы —                 не продолжены руками или крыльями но вся жизнь их – внутрь, как виноградина устремлена к косточке в центре,         а та, прорастая, – все к новой и новой, к жизни,                                                 к ее истоку к грозди и корню… вот так и ангел.                                 Черепаха подсказывает как быть лицу, не грим, но поиск внутренней косточки искорке ничто, заряженной тринитротолуолом                                 упругой как галоп жизни настоящий скакун обходится без ног а всадник без узды и без рук                 без самого себя но как слияние путешествует внутрь где конь и всадник лишь слово в горле бескрылой птицы                 могущей вылепить жизнь из смерти древо из девы эллипс                 как пещеру для новорожденного не вынь рыбу из озера но вложи не кричи в лицо друга но прислушайся вдыхай запах свежего предзимнего ветра твои руки со всех сторон протянуты —                                 к тебе, а бег твой тебя несет как гравитация планету,                 как зима первый снег, слово – вещь слово твое найдет тебя и вымолвит тебя от жизни                                                 до смерти миллион твоих рук держат тебя на весу когда ты отдашь их другим – для постройки дома, для дара подруге, для пера, цветка и лопаты войди всем собой в свой центр,                 как обратный костер в спичку безруким уходи в безрукую ночь поймешь то что ты понял прежде чем скажешь выпуклое дно лодки прибавит тебе силу взятую у колодца, глуби и ласточки – жителей                                                 мощного неба сестер мужицкого Христа                 с лишними руками ступнями разбитыми

Гойя