Андрей Татур – Фантасмагории. Поэзия (страница 2)

ветер, завывающий в груди, где моя рябиновая осень и грибные чуткие дожди? Где калейдоскопы в листопадах, инеем покрытая трава?.. Мне не просто надо – очень надо ну хотя б немного волшебства.

Ночная гостья

              Ночь. На улице темно,               и как будто бы случайно               постучит в моё окно               то ли птица, то ли тайна…               Растревожив чуткий сон,               скорбно ветер завывает,               лезут думы о былом               и тревожат, и смущают.               Всё запуталось в клубок,               эпизоды потускнели…               Встал. Прошёлся. Вновь прилёг               в лапы выстывшей постели…               но уснуть не суждено,               сон – зазнавшийся невежда.               Кто-то просится в окно…               Встал. Открыл.               Впустил надежду.

Безнадёжность

Сломаны ветром остатки ветвей, зловеще нахмурились тучи, в самый не лучший из пройденных дней бреду, уповая на случай. Может подаст кто-то слов для души, с улыбкой протянет руку, в дом отведёт… но никто не спешит — вокруг тишина, ни звука. Сквозь бурелом, по скелетам ветвей, чащобой безмолвной, дремучей, в самый не лучший из пройденных дней бреду, без надежды на случай.

Пережитое

            Разложены мысли по нотам,             погас недоигранный день,             снимаемся с автопилота             затем, чтоб укрыться в тень.             Мазки голубой акварели             ещё кое-где видны,             но парки, дворы опустели             и в сумерках заключены.             Доверчиво крыши мокнут,             (не зря целый день пекло)             а глупые птицы, окнам             поверив, лишь бьются в стекло.             Мне врезалось что-то в память,             и ногти пронзили ладонь,             и мысли рванулись толчками             по венам пустых городов,             и скрипнула твердь под ногами             фальцетом подтаявших льдов.

Беглец

Не сообщала нам метеосводка, однако дождь отметился местами и на карнизах отбивал чечётку под хлёсткие аплодисменты ставен.