Андрей Сульдин – Битва за Москву. Хроника 203 дней и ночей боев за столицу (страница 2)

Началась Вяземская оборонительная операция Западного (И. С. Конев, с 10 октября Г. К. Жуков) и Резервного (С. М. Буденный) фронтов (2–13 октября). Закончилась крупным поражением Красной Армии. В плен попали около 688 000 советских бойцов и командиров, из окружения удалось вырваться лишь примерно 85 000. Значительно превосходящим силам противника (основные силы группы армий «Центр») удалось прорвать оборону советских войск и окружить западнее Вязьмы 4 армии. Окруженные советские войска в первые дни сковали 28 фашистских дивизий, 14 из них не смогли высвободиться для дальнейшего наступления до середины октября. Это позволило советскому командованию принять экстренные меры по укреплению Можайской линии обороны и восстановлению нарушенного фронта обороны.

Усилились налеты на Москву. Они, правда, уже не были такими массированными, как 22 и 23 июля. Встретив отпор авиации и зениток ПВО Москвы, потеряв тогда большое количество бомбардировщиков, немцы изменили тактику и перешли к бомбардировке столичных объектов мелкими группами и даже одиночными самолетами, но теперь налеты следовали один за другим почти непрерывно.

Редакция «Красной звезды», располагавшаяся в здании без бомбоубежища и даже без глубокого подвала, решила переехать в другое помещение. Выбор пал на здание Театра Красной Армии, труппа которого уже была эвакуирована. Но через несколько дней главному редактору «Звездочки» Давиду Ортенбергу позвонил командующий ПВО генерал Михаил Громадин и строго спросил, знает ли редакция, что здание – одно из самых уязвимых для бомбежки, и прислал с нарочным пакет, где был сделанный с самолета снимок театра. Он четко вырисовывался среди прочих зданий как пятиконечная звезда с расходящимися лучами.

Совнарком и ЦК ВКП(б) приняли постановление о том, чтобы половина собранного в прифронтовых районах урожая сдавалась государству, а другую половину получали участники уборки. Ни лошадей, ни техники уже не было; убирали практически вручную, но это зерно и овощи помогли жителям прифронтовых областей, которые вскоре были оккупированы, продержаться до следующего года.

Газета «Правда» публикует «Коммюнике об окончании работы конференции представителей СССР, Великобритании и США»:

Конференция представителей трех великих держав – СССР, Великобритании и Соединенных Штатов Америки, открывшаяся в Москве 29 сентября, закончила свою работу 1 октября. Конференция состоялась на основе совместного послания президента США Рузвельта и премьер-министра Великобритании Черчилля на имя Председателя Совета Народных Комиссаров Сталина и в соответствии с выраженным им согласием и имела своей целью, как говорится в означенном послании, решить вопрос «как наилучшим образом помочь Советскому Союзу в том великолепном отпоре, который он оказывает фашистскому нападению», а также вопрос «о распределении общих ресурсов» и «о наилучшем использовании этих ресурсов в целях оказания наибольшей услуги их общим усилиям».

3 октября

После ожесточенных боев Красная Армия оставила Орел, который, как будет сказано в шеститомной «Истории Великой Отечественной войны», «к обороне готов не был» (сообщение о сдаче Орла появится в сводке Совинформбюро только 8 октября). Командующий Брянским фронтом Андрей Еременко не имел связи с подчиненными ему армиями и не смог правильно использовать резервы, располагавшиеся под Брянском. Немцы устремились вдоль шоссе Орел – Тула.

Адольф Гитлер в своем выступлении признался: «Мы только сейчас осознали, как хорошо русские были подготовлены к войне», но уверенно заявил о полной победе над СССР: «Знаю точно: этот наш противник сломлен и никогда больше не поднимется… Позади наших войск территория, в 2 раза превышающая размеры германского рейха к моменту моего прихода к власти в 1933 году».

Газета «Правда» писала:

На западном направлении части тов. Еременко отбили за последнюю неделю десятки населенных пунктов.

Бюро МК и МГК ВКП(б) одобрило инициативу рабочих и работниц, инженеров, техников и служащих 1-го Государственного подшипникового завода об организации предоктябрьского социалистического соревнования на досрочное выполнение и перевыполнение установленных планов.

4 октября

Советские войска оставили Спас-Деменск и Киров.

По указанию Ставки для непосредственной обороны Тулы создан Тульский боевой участок в составе военно-технического училища, рабочего полка и 14-й запасной стрелковой бригады.

Звено самолетов младшего лейтенанта Петра Марютина за шесть боевых вылетов уничтожило 17 немецких бронемашин, 11 танков, 4 автомашины и 9 орудий зенитной артиллерии.

Нарком обороны СССР Иосиф Сталин отдал приказ «О фактах подмены воспитательной работы репрессиями»:

«За последнее время наблюдаются частые случаи незаконных репрессий и грубейшего превышения власти со стороны отдельных командиров и комиссаров по отношению к своим подчиненным… Подобные нетерпимые в Красной Армии факты извращения дисциплинарной практики, превышения предоставленных прав и власти, самосудов и рукоприкладства объясняются тем, что:.. б). повседневная воспитательная работа в частях в ряде случаев подменяется руганью, репрессиями и рукоприкладством;… г). отдельные командиры и политработники в сложных условиях боя теряются, впадают в панику и собственную растерянность прикрывают применением оружия без всяких на то оснований; д). забыта истина, что применение репрессий является крайней мерой, допустимой лишь в случаях прямого неповиновения и открытого сопротивления в условиях боевой обстановки или в случаях злостного нарушения дисциплины и порядка лицами, сознательно идущими на срыв приказов командования… Приказываю: 1. Восстановить в правах воспитательную работу, широко использовать метод убеждения… 4. Самым решительным образом, вплоть до предания виновных суду военного трибунала, бороться со всеми явлениями незаконных репрессий, рукоприкладства и самосудов».

Историки А. Н. Мерцалов и Л. А. Мерцалова назовут этот приказ лицемерным: командиры строго выполняли его же, Сталина, приказ № 270. А на очереди был приказ еще страшнее – № 227.

Командующий Западным фронтом Иван Конев попросил у Иосифа Сталина разрешения отвести ослабленные войска на один из тыловых рубежей и услышал нечто неожиданное. В истерическом тоне, избегая ответа по существу, тот произнес о себе как о третьем лице: «Товарищ Сталин не предатель, товарищ Сталин честный человек, вся его ошибка в том, что он слишком доверился кавалеристам…» Как известно, из пяти первых Маршалов Советского Союза не были расстреляны только двое: Буденный и Ворошилов, оба выходцы из Первой Конной армии, на всю жизнь оставшиеся уверенными, что кавалерия – главный род войск.

5 октября

Южное крыло немецких армий группы «Центр», заняв 4 октября Киров, форсировало Оку и захватило Юхнов, Мосальск и Жиздру. Дорога на Москву через Малоярославец была открыта. Командующий Резервным фронтом Буденный утром докладывал Сталину:

«Положение на левом фланге Резервного фронта создалось чрезвычайно серьезное. Образовавшийся прорыв вдоль Московского шоссе закрыть нечем». А в это время немецкий танковый клин повернул на север (через 2 дня он достиг Вязьмы). Связь по телефону с Западным, Резервным и Брянским фронтами была прервана окончательно. Чтобы выяснить положение дел, Сталин приказал послать за Малоярославец летчиков-разведчиков, которые, вернувшись, доложили, что в 12:00 по шоссе со стороны Спас-Деменска на Юхнов двигалась колонна танков и мотопехоты противника длиной до 25 километров, наших же войск не было видно нигде. Сталин не мог поверить, что немцы с начала наступления 30 сентября прорвались уже на 100–120 км (танки Гудериана шли со средней скоростью 60 километров в сутки). Летчиков отправили во второй и в третий раз, и только тогда, когда они доложили, что Юхнов уже занят немцами, Сталин приказал привести в полную боевую готовность Московский оборонительный район, занять всеми имеющимися войсками позиции под Можайском и «во что бы то ни стало задержать прорвавшегося противника перед можайским рубежом на 5–7 дней, пока не подойдут резервы Ставки».

Сталин позвонил в Ленинград Георгию Жукову и приказал незамедлительно выехать в Москву: «Ввиду осложнения обстановки на левом крыле Резервного фронта в районе Юхнова Ставка хотела бы с вами посоветоваться». Жуков доложил, что может прилететь только 7 октября. Сталин спросил, что происходит на Ленинградском фронте. Жуков ответил, что немцы ослабили натиск, а по данным разведки противник перебрасывает мотомеханизированные и танковые части из-под Ленинграда на юг, то есть на московское направление.

Газета «Новое Слово», Берлин, публикует статью «Развал Красной Армии»:

Целый ряд захваченных германскими частями в советских штабах секретных и «боевых» приказов дает наглядную картину полного развала на красном фронте, а также растерянности и паники среди командиров и политкомиссаров. Разложение советских войск, начиная от маршала и кончая рядовым бойцом, находится уже в той стадии развития, когда никакие приказы и никакие «меры наказаний» вплоть до самой высшей – не могут его остановить.

6 октября

Красная Армия оставила Брянск и Карачев. Войска противника вышли в район восточнее Брянска и в район города Сухиничи и начали охватывать 50-ю армию Брянского фронта с севера. К исходу дня войска Брянского фронта оказались расчлененными на 3 части, а противник вышел на рубеж Карачев – Мценск и перерезал пути отхода основных сил Брянского фронта. Ставка одобрила решение командующего фронтом Еременко повернуть фронт и прорываться на восток. Немцы продвинулись к Можайскому рубежу, проходившему в 85 километрах западнее Москвы. Сообщение Совинформбюро о сдаче Брянска последует 12 октября.