Андрей Стрелок – Альфа-особь (страница 72)

Дружок стоял рядом, он не кидался в общую свалку, хотя инстинкт требовал присоединиться к трапезе.

— Альфа… — его голос звучал тихо, почти шепотом. — Я мог бы быть таким же. Кровожадным дебилом, не способным и двух слов связать. Просто зверем, который только рычит и жрет всех, кто попадется на пути. А ты… ты меня нашел. Ты помог мне. Я научился говорить, я научился думать, почувствовал, что я нужен.

Вадим посмотрел на него, положил руку на хитиновый гребень.

— И ты действительно нужен. Без тебя все это было бы гораздо труднее. Ты — часть команды, Дружок. Не скотина, не раб, а соратник.

Суперпрыгун дрогнул всем телом. В его дыхании слышалось облегчение, смешанное с гордостью. Они уходили из парка домой, а далеко позади орда продолжала пир,

— Запомни, брат, Хронофаг делает зверей. А мы с тобой делаем людей...

Выполнившие задачу росгвардейцы и ульевые воины вновь стали заметными. Вадим поспешил похвалить подчиненных:

+Замечательная работа, народ! Убрали гада быстро и эффективно. Я проставляюсь сегодня.+

С запозданием в эфире появился голос Исаева:

+Мне нужен образец тканей вожака наших гостей!+

Вадим мысленно отмахнулся.

+Раньше надо было говорить, его уже наверняка схарчили вместе с говном.+

— В этот раз нам просто повезло, — произнес Вадим, упираясь ладонями в столешницу. — Этот урод оказался тупым, действовал как территориальный зверь. Но что, если в следующий раз придет другой? С мозгами и опытом?

Игнат дернул плечом:

— Тогда будет не так просто свалить его из пулеметов и ''Шмелей''.

— Вот именно, — рявкнул Вадим. — Мы не можем каждый раз полагаться на удачу и тупость противника. Сегодня отмахнулись пулеметами и крупняком, а завтра получим альфу, который догадается действовать иначе.

Полковник Стасевич заговорил сухим тоном:

— Угроза нешуточная. Если кочевые орды реально бродят вокруг города, это значит, что в любой момент может появиться новый вожак и он не будет спрашивать разрешения.

Исаев до этого молчал, но теперь приподнял голову. На его лице появилась характерная тень превосходства, та самая, что предвещала длинный монолог.

— А вот это, товарищи, ключевой момент. Мы имеем дело не с единичными случаями, а с новой системной угрозой. Вадим прав. В этот раз мы столкнулись с довольно глупым животным, но механизм возникновения альф не ограничен Петербургом. И вот здесь начинается самое интересное…

Игнат тяжело вздохнул и пробормотал:

— Опять лекция.

— Лучше лекция, чем могильная плита, — отрезал Исаев и снова обратил взгляд к Вадиму.

— Если позволишь, я поясню.

Вадим кивнул.

— Говори.

— Первое, — начал он тоном профессора. — Судя по всему, твари пришли издалека. Лично я предполагаю Москву. Там изначально было больше всего зараженных, плотность населения огромная. И если альфы начали вылупляться там, они сразу столкнулись друг с другом. Конкуренция за территорию, за ресурсы, за право быть вожаком. И, видимо, победители в этих схватках гонят проигравших прочь. Вот и наши гости — выжившие, выброшенные за пределы московской арены.

Вадим мрачно усмехнулся:

— То есть у нас под боком может шляться еще несколько таких ''побежденных''?

— Именно, — подтвердил Исаев. — И не факт, что все окажутся такими идиотами, как сегодняшний экземпляр.

Он повернулся к Вадиму, и в голосе его прозвучал раздраженный упрек:

— И еще кое-что. Ты, дорогой мой пророк, сегодня упустил возможность. Нужно было взять образец. Хоть кусок тканей, кровь... что угодно! Я бы проанализировал, понял лучше механизм появления альф. Какие факторы способствуют рождению, что запускает процесс.

Вадим скривился:

— Заранее надо было предупреждать.

— Все равно, — не унимался Исаев. — Без анализа мы слепы. А теперь подумайте сами: вы хотите, чтобы у нас прямо под боком родился еще один братик Дружка? А если этот ''братик'' окажется не таким милым и послушным, как наш домашний питомец? Что тогда?

— Мы уже поняли, угроза серьезная. Давай ближе к делу.

— Добро пожаловать в новую реальность. Не все зараженные — наши союзники. Только те, кто в пределах Петербурга, либо бесхозные, не имеющие вожака. Все остальные связаны со своими альфами. И если их альфа захочет войны, они придут сюда и будут воевать. Это мир, где homo sapiens перестает быть вершиной пищевой цепочки. А правила диктует вирус.

Вадим нахмурился и задал то, что крутилось в его голове:

— Скажи честно, Артур… как часто вообще могут встречаться такие люди-альфы, как я?

Ученый пожал плечами.

— Статистики нет. Механизм пока неясен, анализ твоего генома не выявил каких-то экзотических последовательностей, которых не было бы у других людей... Могу лишь предположить, что очень редко, иначе информация о людях-альфах встречалась бы также часто, как и о суперпрыгунах.

И тут неожиданно подал голос Игнат.

— А бойцы мои, которые радио слушают, однажды упоминали… про некоего Скрипача из Пскова. Мол, способен управлять зомби.

Все головы повернулись к нему.

— Чего? — Вадим резко вскинулся. Его красные глаза сузились. — Игнат, какого х. я ты молчал?

— Так это… — командир ульевых развел руками, явно оправдываясь. — Зачем каждую сплетню тебе пересказывать? Ты и так загружен, дел по горло. Я подумал, что очередная байка.

— Не смей в следующий раз ничего фильтровать, — отрезал Вадим. — Даже если слух про ведьму с рогами и хвостом. Все хочу знать.

Игнат кивнул виновато, но спорить не стал. Вадим перевел дыхание и спросил:

— А что про Питер за его пределами говорят?

Игнат пожал плечами:

— Слухи разные. Говорят, мол, тут выжившим легче — зомби и прыгуны редко нападают, но никаких конкретных объяснений. Про тебя и Дружка ничего.

— И хорошо. Пусть так и будет. Мы не готовы открыто заявить о себе. Пока что.

Подвал Дома Советов тянул сыростью бетона, лампы под потолком мигали, бросая тусклый свет на голые стены. В центр пустующего помещения находился стул с прикованным наручниками пленным. Парень, лет двадцати пяти, в черной униформе без знаков различия. На нем не было ни респиратора, ни защитного костюма, и все же он сидел живой, здоровый, привязанный к стулу толстыми ремнями. Лицо бледное, взгляд упертый, губы сжаты в тонкую линию. За его спиной стояли люди из контрдиверсионного отряда, бывшие росгвардейцы. Старший, сержант с обветренным лицом, отрапортовал:

— В ходе зачистки в Ломоносове накрыли группу диверсантов. Шесть человек. Отлично вооружены, работали с дронами, наводили по острову. Пятерых положили, благодаря помощи развитых, одного взяли живьем... Пытался гранатой подорваться.

Он кивнул на пленного.

— Пытались заразить, чтобы сделать омегой и дальше выудить воспоминания. Но безрезультатно. Иммунен, похоже, а допрашивать пока не стали, думали, что тебе самому интересно будет.

Вадим, Исаев и Игнат вошли следом. Атмосфера сгустилась. Вадим внимательно разглядывал пленного. Тот старался держаться ровно, но напряжение выдавали дрожащие пальцы и частое дыхание. Альфа хлопнул в ладони, звук гулко отозвался от стен.

— Ну наконец-то, — с усмешкой произнес он. Первого ''языка'' взяли.

Он подтащил стул и сел прямо напротив пленного. Пластины на лицевой части шлема разошлись, открывая человеческое лицо. Красные глаза Вадима вспыхнули в тусклом свете лампы. Пленный дернулся. В его взгляде промелькнул страх — настоящий, не показной. Вадим улыбнулся, но в этой улыбке было слишком много льда.

— Ну что, дружок, — сказал он с нарочитым дружелюбием. — Будем по-хорошему разговаривать или по-плохому?

Соколовский наклонился вперед, локти упер в колени.

— У нас есть масса способов получить нужную информацию. Я могу скормить тебя прыгунам. Могу пытать, резать на части, пока ты не взвоешь, а потом скормлю улью. И он разложит твое тело на питательный бульон... а воспоминания вольются в коллективное сознание роя.

Исаев слегка вскинул бровь, но промолчал. Игнат ухмыльнулся краем губ, а пленный побледнел еще сильнее. До этого он сидел, сжав зубы, но теперь взгляд дрогнул, дыхание стало чаще. Вадим откинулся на спинку стула, выдержал паузу и произнес почти лениво:

— Мы все равно узнаем, что нужно. Вопрос лишь во времени.

Секунда, другая. Пленный дернулся, опустил глаза и вдруг резко заговорил, будто с него сорвало внутренний стопор.