Андрей Стерхов – Последний рубеж (страница 32)

— Ты видел спираль?! — удивилась Тыяхша.

— Ясен пень.

— Пень… чего?

— Видел, говорю, спираль. И не одну.

— Ты же сказал, что не видел Зверя?

— До этого не видел, а после твоего золотого укола прозрел. Копошились там всякие разноцветные червяки. Самый жирный — фиолетовый. Ты его потом, когда сбежать хотел, срезала молнией. Тюк — и салют.

— Хонгвей — это не молния, — возразила Тыяхша. — Хонгвей — это…

Она задумалась.

Влад подождал, еще подождал, а потом помог:

— Сила, наверное, какая-нибудь магическая. Ага?

— Можно, конечно, и так назвать для простоты. На самом же деле это… Скажем так, вся энергия Мира.

— Вся?!

— Не веришь?

— Да как-то не очень.

— Но это так. Хонгвей — вся энергия Мира. Ее сначала вот здесь собирают. — Тыяхша коснулась ладонью солнечного сплетения. — А потом, когда понадобится, извлекают. И тогда она идет, идет, идет… — Девушка провела ладонью линию по животу, перевалила через тугую грудь, провела по шее, по дугам губ, по милому, чуть вздернутому носу, дотронулась пальцами до глаз, таких глубоких, что утонуть в них — только так, опустила руку и сказала: — Выходит через глаза и…

Влад представил, что это не Тыяхша, а он проводит ладонью по ее животу, груди, шее, касается кончиками пальцев губ. И сглотнул. После чего подумал: «Видимо, совсем оклемался, раз такие фантазии в голову лезут». А вслух закончил за девушку:

— И разрывает Зверя в клочья.

— Ну да. Сам видел. Высвобожденная энергия Мира разрушает чуждую ей энергию. Только сначала все же стрелой попасть нужно. Но если Зверь без оболочки, то можно сразу насылать на него хонгвей. А если он в двух оболочках, тогда в него две стрелы придется пустить.

— Что за оболочки? — не понял Влад. — О чем речь?

— Зверь принимает форму того, у кого украл аган… душу, — пояснила Тыяхша. — И эта форма — его временная защитная оболочка.

— Постой, ты сейчас сказала, у Зверя может быть две оболочки. Выходит, приняв чей-то облик, он на этом не останавливается?

— Продолжает. До Последнего Дня.

— Даже если принял облик человека?

— Все равно.

— Вот же ненасытная тварь этот ваш Зверь!

— Он не наш, он Бездны.

— Ну да — Бездны, конечно — Бездны, — исправился Влад. — Послушай, а если он, допустим, из троих душу вынул, то тогда нужно засадить в него три стрелы? Так?

— Конечно, — кивнула Тыяхша.

— А если восемь, то восемь?

— Восемь…

— Во, блин, матрешка!

— Что?

— Да ничего. В целом технология понятна: увидел, вскрыл, прикончил.

— Да, увидел и вскрыл, но только не прикончил, а успокоил.

— Какая разница?

— Убить можно только живое.

— Зверь не живой?

— Нет.

— Мертвый?

— Нет.

— А какой?

— Никакой.

— Ладно, пусть так — увидел, вскрыл и успокоил. Дело за малым: научиться видеть, раздобыть стрелы и обзавестись хонгвеем. Всего-то ничего!

— Хочешь? — спросила Тыяхша.

— Чего хочу? — не понял Влад.

— Научиться успокаивать Зверя.

— Думаешь, мне под силу?

— Думаю, да.

Пораскинув мозгами, Влад отверг заманчивое предложение:

— Нет, подруга, извини, но… — Задумался еще на секунду, но потом мотнул головой так, будто хотел стряхнуть севшую на нос стрекозу, и окончательно отказался: — Не помешало бы, конечно, да только спешу я.

— Куда? — спросила девушка.

— Да тут неподалеку. В Айверройок.

Ответ подействовал на Тыяхшу магическим образом — в ее глазах вспыхнула тревога. Она посмотрела на Влада так, будто только что его увидела — пристальным, изучающим взглядом. Медленно оглядела с головы до ног, а потом и с ног до головы. Но, видимо, ничего подозрительного в крестнике не обнаружила — мужик как мужик, мешком, правда, пыльным из-за угла ушиблен, но это не в счет. И спросила, будто проверяя, не ослышалась ли:

— Так, значит, ты в Айверройок идешь?

Влад уже понял, что ляпнул что-то лишнее, но летел с горки и повернуть не мог.

— Так точно, — кивнул он. — Точнее не бывает. Есть у меня там одно небольшое, но очень важное дельце. Вернее не дельце, а дело. Дело принципа.

— Какое?

Это уже было чересчур.

Не дождавшись ответа, Тыяхша глянула куда-то поверх его головы и вдруг заявила:

— Боюсь, до Айверройока не дойдешь.

— Почему это? — не понял Влад. Она произнесла только одно слово:

— Зверь.

И тут Влад крепко задумался.

Она была права. Где гарантия, что он во второй раз не вляпается в подобную бяку, природы которой так и не понял, но погибельную сущность уловил?

Нет такой гарантии.