Андрей Степанов – Старый новый мир (страница 14)

Элен тут же сделала такое выражение лица, что я понял — мой вопрос лишен смысла.

— Предположим, что ты все-таки нормальный, и знаешь хотя бы арифметику, — неспешно начала девушка. — Ты прекрасно видел, какую сумку я уносила и насколько тяжелой она была. А теперь посчитай сам. И принеси воды, пожалуйста.

Пока я шел на кухню за стаканом, я попытался прикинуть вес и количество банкнот. Но кто знает, сколько весит купюра в пятьсот рублей в нашем мире, например? Я вот, к примеру, и предположить не мог, однако по логике вопроса было понятно, что в обычной жизни человека с такими деньгами встретить сложно.

— Слишком крупные? — предположил я, протягивая Элен стакан с водой.

— Додумался, надо же, — саркастично ответила она, но потом произнесла уже нормальным тоном: — там исключительно пятитысячные. Если я появлюсь с такой в порту, меня могут убить из-за одной лишь бумажки. А в нормально месте — тут же арестуют, потому что носить с собой столько денег ненормально.

— Значит Иван соглашался выкупить крупные деньги по цене всякой мелочи. Но зачем тебе тогда половина суммы?

— Да как ты не понимаешь? Имея на руках два миллиона, я могу легко пробиться на самый верх, а там такие деньги — пф-ф, пшик, — она сдула с раскрытой ладони невидимую пылинку.

А я сидел и думал, как же быстро вокруг меня вращается отношение к деньгам. Где-то пять тысяч — заработок за два года, а где-то — пшик. И Подбельский еще убеждал меня в абсолютном равенстве всего и вся? Вот уж действительно человек жил внутри собственных фантазий.

— Хотя бы это ты понимаешь?

— Понимаю. Как и то, что у тебя теперь не так много шансов вообще сбыть эти деньги.

— Вот именно. Последнее, что я могу сделать — снова обратиться к Ивану, но тогда я едва ли увижу четверть от обещанного.

— Знаешь что? — я осторожно присел рядом на диван. — Давай сперва мы займемся твоей ногой, а потом только поразмыслим о деньгах. Вместе мы что-нибудь придумаем.

— С тобой? — Элен недоверчиво приподняла бровь. — Ой, как я сомневаюсь. Ладно-ладно, я шучу. Не хочу, чтобы ты случайно сломал мне вторую ногу.

В дверь постучали, и я вскочил с дивана, чудом не задев поврежденный сустав певички.

— Что-то рано, — произнес я, не обращаясь ни к кому, пока за дверью раздавался ритмичный глухой стук.

Глава 18. Почти пятый

Шагая к двери, я и не думал, что могу встретить там кого-то, кроме человека из обслуживания с бинтами в руках. Человек там был. Но без бинтов. И уж точно не из обслуги.

— Максим? — вежливо поинтересовался он, зыркая мелкими глазками мне за спину.

У него был острый, как у крысы, нос, который он наверняка любил совать везде, где не следует. Гость мне сразу же не понравился, но выбора не было.

— Это я. А вы...

— Я, я, — подобострастно закивал он, переступая через порог. — Заходил давеча, да вас не было.

— Должно быть, я вас не ждал, — после его ответа стало понятно, что к моему последнему звонку он не имеет никакого отношения.

— А нас никогда не ждут-с, — высказался крысиный человечек с натянутой улыбкой. Ростом он был ниже меня на голову, гораздо старше и шепелявил. — Вы же недавно императорский секретариат беспокоили, вот мы и пришли, — он захлопнул за собой дверь. — Разобраться в проблеме, так сказать-с.

Не знаю почему, но этот коротышка внушал ужас побольше, чем Иван с репутацией садиста. Тому можно было хорошенько вмазать, а здесь попахивало тем самым Третьим отделением, поэтому мне не хотелось портить отношения с императорской семьей лишним рукоприкладством. Крысиный человечек был иного мнения о силовом воздействии.

— Вы дома один-с? — полюбопытствовал он, а я, заметив у него на руках белые перчатки, отвел взгляд и поморщился.

— Один.

— Это мы сейчас проверим, — откуда ни возьмись, в его руке, как козырной туз, появился кастет.

Раздирая жилет, рубашку, а потом и кожу на ребрах, металл оказался способен причинять адскую боль. Я не успел ни увернуться, ни блокировать удар, а крысеныш уже саданул меня раз три, не меньше.

И без того ноющие ребра теперь подогревала капающая из ран кровь. Я согнулся пополам и рухнул на колени.

— Максим?! — послышался мне крик из комнаты.

— О, так вы не один? — еще один удар, сопровождаемый треском ткани. — Пожалуй, стоит запереть дверь.

От ударов перехватывало дыхание, а от боли в боку глаза застилали слезы. Меня пробил кашель, и я тут же распрощался с кровью, что откуда-то взялась в глотке. Даже колени отказались меня поддерживать, подкосились и я рухнул набок.

Красная лужа поблизости толсто намекала, что донором в ближайшие пару месяцев мне не быть. Я попробовал повернуться, чтобы посмотреть на рану, но не успел увидеть ничего, кроме ошметков ткани.

Коварный тип гражданской наружности запер дверь, быстро подошел ко мне — я же мог видеть разве что его ноги и начищенные до блеска ботинки — схватил за воротник, что мне аж дыхание перехватило, и поволок в комнату.

— Новую подружку нашел? Да еще и хромую? — он громко фыркнул, как будто чихнул, а потом швырнул меня на пол рядом с диваном.

Я видел, как он показывает Элен кастет. Каждое кольцо заканчивалось небольшой, чуть длиннее сантиметра, иглой с толстым основанием. Что же за садисты работают в Третьем!

— Думаю, что вам не стоит объяснить, что с вами будет, если вы решитесь мне помешать, — пригрозил он. — Препятствование правосудию...

В этот момент я дернул ногой, пытаясь отползти в сторону. Мне и защищаться было нечем, но коротышка тут же среагировал, подскочил ко мне и замахнулся:

— Лежать и не двигаться! — проревел он.

Я выставил руку, прикрываясь от него, но, похоже, что это лишь раззадорило маньяка и тот не без удовольствия полоснул кастетом вдоль предплечья. Даже не ударил — именно полоснул так, что я взвыл от боли и прижал руку к себе, продолжая заливать комнату кровью. Надолго меня не хватит.

Коротышка решил так же. Убедившись, что Элен действительно не может ходить, он вытащил из кармана пилюлю и затолкал мне в рот, а потом схватил недопитый девушкой стакан воды и сжал мне челюсти:

— Глотай! — рычал он, разливая воду мне по лицу. — Глотай, если жить хочешь!

Вдобавок ко всему он зажал мне нос, и я проглотил его пилюлю, давясь и кашляя. Убедившись, что он достиг цели, коротышка встал и обернулся. Элен все еще лежала на диване и не представляла для него угрозы.

— Что вам нужно? — спросила девушка, с ужасом глядя то на меня, мокрого и окровавленного, то на моего мучителя.

Тот с отвращением сорвал уже совсем не белые перчатки и швырнул их на пол, что-то бормоча себе под нос.

— Устранить угрозу, если вам это интересно-с, — его манера говорить в данный момент стала такой же пугающей, как и он сам. — Но прежде мне нужно задать ему несколько вопросов.

— Он — угроза? — Элен указала на меня. — Да вы шутите!

— Простите, я не обязан отчитываться перед вами о государственных делах. Просто не мешайте, иначе... — он выдержал паузу, — вы и сами знаете, что вас ждет.

Девушка испуганно вжалась в диван, а коротышка повернулся ко мне.

— По-моему, вам ясно дали понять, что не стоит досаждать Сергею Николаевичу и Анне Алексеевне особо. С вами расплатились, чтобы вы не проявляли такого рвения.

— Он обещал... — прохрипел я, — что встретится со мной...

— Люди много чего говорят. И обещают. А потом не сдерживают слова. Разве вам непонятно, что вы — чужой там человек? И вот эта маленькая акция, это небольшое кровавое представление — оно лишь для того, чтобы вы поняли свое место в этом мире.

— И какое же? — я чувствовал лишь слабость, но заметил, что кровь больше не течет из ран. — Что это за пилюля??

— Не о том беспокоитесь. Скажите лучше, с кем вы работаете, и кто направил вас?

— Направил куда? — начинала побаливать голова, вероятно, от той же самой пилюли. Или просто от кровопотери.

— Не надо игр! — коротышка снова угрожающе навис надо мной. — Нам известно все о людях, которые могут иметь влияние на императорскую семью. Поэтому я хочу знать, кто вас заставил втереться в доверие?

— Никто меня не посылал, — я попробовал опереться на руки, но они дрожали и привстать с пола не получалось.

— Не верю! — снова удар кастетом, в этот раз вдоль плеча. Зубцы оставили после себя глубокие полосы, но кровь почти моментально спекалась.

— У нас достаточно времени! — коротышка заметил мой взгляд. — Кровь сворачивается на открытых ранах, так что тебе придется вытерпеть побольше мучений, чем обычно.

Он взялся за воротник и приподнял меня. Я заметил, что Элен вытащила из-под себя мою сумку и роется в ней.

— Говори, иначе я примусь за более чувствительные твои места!

За его спиной щелкнул взведенный курок, и коротышка замер. Я мог бы попытаться отползти в сторону — сделать все, что угодно, только сил не было.

— Какая интересная неожиданность, — он встал вполоборота к Элен. — А вы уверены, что не промахнетесь?

— Уверена! — голос девушки зазвенел и это прозвучало бы очень даже эффектно, если бы она не закашлялась.

— А я — нет, — с притворной жалостью высказался коротышка.