Андрей Степанов – Эгоист: Умерший город (страница 13)

– Не будет. Я постоянно с вами. Вы уже вышли на боевое задание, поэтому я помогаю, чем могу. У нас отличная связь за пределами всевозможных глушилок, так что от меня вы сможете отвязаться лишь если выкинете наушники прочь.

– Я уже об этом подумываю, – хмыкнул я. – Так, значит, мы ищем эпицентр взрыва. А разве его нельзя было как-то определить по карте? Ведь столько спутниковых снимков и…

– А сколько снимков? – опять влез Кирилл, хотя я планировал услышать ответ от Владимира. – Спутники не ведут съемку ежесекундно. И не всей площади планеты, если тебе интересно знать. А взрыв – это дело мгновенное. Вот его последствия – другое дело.

– Ты хочешь сказать, что фото, которые мне показывал сам Королев – единственные, какие есть?

– Да! – воскликнул Кирилл. – Рад, что ты додумался до этого хотя бы сейчас. И не трепался об этом прилюдно. Что касается взрывных процессов, то я потратил немного времени на моделирование, чтобы прикинуть за счет разрушений, с какой скоростью шла волна и ее мощность, а также множество других параметров…

– Короче давай!

– Общее время взрыва – не более четырех секунд. С момента появления максимального давления в точке взрыва и до остановки первой волны. Прочие колебания были уже второстепенными и не так заметны. С учетом всей сейсмической активности и данных со станций, а также наложения… – мы с Володей переглянулись, – ладно, я понял по вашим лицам, что столько информации вам не нужно.

– Суть давай.

– Суть… – Кирилл огорченно вздохнул.

– Ну, область взрыва – центр города примерно пять на пять километров, плюс минус еще два в погрешности.

– Класс, – проговорил я. – Нам за десять дней, но желательно быстрее – необходимо найти примерную точку входа? Или сузить радиус поисков? При таком-то взрыве самое точное у вас уже есть. Не верится, что можно определить точнее. Скорее всего, весь центр тупо залит водой по самые крыши.

– Не скорее всего, а так и есть – очень много строений уничтожено. И ты сам это видел, – продолжал наш всезнайка. – Однако точно тебе скажу – ты сам поймешь, когда увидишь, где был эпицентр.

– Воронку? С такими размерами ее на фотографиях со спутника видно. Кстати, а как давно проводили съемку тех кадров, которыми меня пытался порадоваться Королев?

– Почти сразу, в тот же день. А потом спутник отключили, потому что заглушили всю зону над городом. Лучше никому, чем всем.

– М-да, веселая ситуация, – проворчал я.

– Ни разведки, ни спутников. Кирилл, мы вдвоем, – начал перечислять Владимир, причем тоже до крайности безрадостно.

– Прорвавшиеся внутрь, невыпущенные наружу, бандиты, одичавшие животные, – продолжил я.

– А еще проломы в земле, выбитые люки с ледяной водой, разлитые технические жидкости – вероятно, ядовитые и даже легковоспламеняемые, остатки зданий, готовые упасть вам на головы, – добавил Кирилл.

– Рекламщик из тебя так себе, – я решил остановить его словоизвержение. – Знаешь, как-то не вдохновляет на подвиги.

Автомобиль тряхнуло. Я посмотрел в окно, оторвавшись от изучения пакетов с порошкообразной едой. Снаружи открывался малоприятный пейзаж. Если раньше город и прилегающие к нему районы пытались украсить какими-либо яркими строениями, то их либо не осталось вовсе, либо виднелись лишь бетонные серые стены без облицовки.

– Да и зрелище удручающее, – добавил я и посмотрел на дорогу – поперек всех трех полос бывшего скоростного шоссе то и дело мелькали трещины и небольшие провалы.

– Думаю, что до границ застройки мы доберемся на машине, а дальше уже двинем пешком.

– На вездеходе не проще было?

– Провалиться на нем будет очень весело, даже если ты умеешь плавать. И даже не в воду. А просто в груде обломков затеряться.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы понять – на этот раз острит не Кирилл, а Владимир. И даже не острит, а разговаривает вполне серьезно.

– Человека проще вытащить, чем пять тонн вездеходного монстра, зажатого плитами, – он начал крутить рулем и сбросил скорость, чтобы уверенно объезжать ямы, которых становилось все больше. – Поэтому едем предельно налегке. Потом, когда все будет обнаружено, пойдет зачистка, если потребуется, и лишь затем – тяжелая техника.

– И ради этого всего ждали нас, да? – уточнил я свою роль.

– От тебя ждали ответов, а ты их не дал, – напомнил Кирилл. – Вот поэтому ты и едешь сюда. Помочь и вспомнить, как ты сам говорил только что.

– Хоть у кого-то есть память, – негромко произнес я.

– А я все слышал.

Я замолчал. Володя, матерясь себе под нос, сбросил скорость еще раза в два и продолжал все усерднее крутить рулем. А мы даже не добрались до эстакад…

Глава 8

То, что мы до них доберемся, я сомневался. Но что не преодолеем образованные завалы и проломы – сомнений не было никаких. Собственно, так оно и получилось.

И если на растрескавшейся земле даже в паре километров от города еще можно было встретить лишь редкие автомобили, ближе к застройке их стало чуть больше. Но поскольку событие было практически мгновенным, я не заметил какого-то особого скопления.

Зато у многих машин остались открытыми двери, а внутри я не заметил тел – это внушало надежду на то, что в городе будет немало живых людей.

– Кирилл! – позвал я, в надежде, что спец ответит почти сразу.

– М? Чего? – последовал мгновенный ответ. – У вас уже проблемы?

– Нет, пока только вопросы.

Володя замедлился до предела, выруливая между препятствиями, а потом и вовсе остановился. Перед нами лежала опрокинутая набок плита, обвалившая с пролета одной из петель трассы. Она придавила собой пару легковушек, расплющив их настолько, что даже цвет теперь с трудом угадывался: у одной из-под обломков торчал лишь бампер и часть колеса, а другая демонстрировала сложенный гармошкой зад.

– Выходим, – не спрашивая, произнес Воронков, а Кирилл, стоило нам покинуть теплый салон внедорожника, сразу уточнил:

– Вопросы какого рода вас внезапно начали беспокоить?

– Относительно людей, – начал я. – Ты же видишь обстановку?

– Никогда не жаловался на собственную технику, – обиженно произнес спец. – Но да, вижу много машин, они пустые. Понимаю, к чему ты клонишь. Люди должны были куда-то деться. Но я тебе отвечу на этот вопрос: скорее всего, они мертвы. Даже нет. Восемь из десяти человек стопроцентно мертвы. И если ты думаешь, что в городе тебя встретит целая толпа – ты ошибаешься.

– Циник, – коротко ответил я.

– А ты хотел стать спасителем человечества? Сам только-только из мертвых восстал. Ну ладно, не из мертвых. Из состояния овоща в состояние чего ты жаждешь войти?

– Кирилл, – сдержаться от ответа было очень сложно. – Ты же понимаешь, что я рано или поздно вернусь на базу.

– И?

– И ты пожалеешь о большей части своих шуточек. Давай серьезно.

Я начал осматриваться. Отсутствие высоких зданий было большим плюсом – очень сложно найти позицию для обстрела. И задумался о том, что я прежде всего ставил безопасность, совершенно не представляя, что именно нужно делать. Может, я все-таки начал что-то вспоминать?

– Долго стоять собрался? – окрикнул меня Володя. – Давай. Пора.

Я спешно развернулся, бросив прощальный взгляд на заснеженное шоссе с брошенными машинами. Может, я когда-то и мечтал оказаться в постапе, но не в таких условиях.

Мы обошли обваленную плиту. Я утешил себя тем, что не видно людей, которые не успели выбраться из автомобилей. Как-то вид крови меня не очень привлекал. А замороженные внутренности, которые вышибает наружу ударом стотонного куска бетона смотрятся совсем уж нехорошо.

– Знаешь, ты так и не сказал мне насчет армейских баз. Что с ними не так? – вспомнил я слова Володи. – С ними нет связи, но так разве она есть в городе?

– Нет, ты немного меня не понял. Я не говорил, что с ними что-то не так. Тут я даже недоговорил мысль. Просто, согласись, что логично увидеть людей в безопасном месте.

– Логично, – согласился я.

– Вот! А логика здесь такая, что самые безопасные места – армейские базы. Как ни крути. Это же Питер!

– И? – недопонял я восклицания. – Что, в другом городе есть более безопасные места? Или здесь безопасно в принципе только на военных базах? Скажи ты такое до взрыва, местные тебя с потрохами сожрали.

– Ну нет, совсем не это имел в виду, – немного смутился Владимир. – Просто в каждом городе на случай военных действий или чрезвычайных происшествий есть свой список объектов, где можно спрятаться. Подвалы, бомбоубежища, очень прочные строения – как правило, малоэтажные, на хорошем фундаменте и с очень толстыми стенами. Много вариантов. Метро еще, к примеру.

Он шагал очень быстро, и я едва успевал за ним, но все же поторапливался, как мог – стараясь при этом не сбить дыхания. Наш поход превращался в роад-муви. Сейчас мы потреплемся, дойдем до центра города, ткнем в нужное место пальцем, сунем маяк и все. Вот оно. Готово, миссия выполнена и можно идти домой.

– Но здесь, – продолжил Воронков, – именно из-за события возникает множество нюансов. Как ты видишь, например, вот здесь.

Мы как раз шли мимо новостроя, который на моей памяти – когда я несколько лет назад по работе ездил в Питер, – выглядел более презентабельно. Сейчас же от семнадцати этажей осталось три, которые торчали голыми плитами, незначительно возвышаясь над грудой поломанного бетона. Из серости вышел и вошел в серость, подумал я с грустью.