Андрей Стародубцев – СМЕРТЬ В ОКЕАНЕ 3 (страница 8)
Его лицо побледнело, а дыхание стало едва заметным, словно каждое сказанное Брэндоном слово отнимало у него последние силы. Брэндон понимал – Коннору необходима помощь, но что предпринять, оставалось загадкой. Возможно, отдых – то самое, что ему нужно. Сон, крепкий и исцеляющий, обязательно поможет.
Провизия у них имелась, а время… его было даже слишком много, но не настолько, чтобы выжить. Все что им надо – найти выход. Решение обязательно найдётся – Брэндон был в этом уверен. Он снова вернулся в зал, где казалось в воздухе, ещё звучали слова откровения…
Его внимание привлекла стена – она будто звала к себе, манила прикоснуться, разгадать её тайну. Брэндон шагнул ближе, чувствуя, как необъяснимое притяжение нарастает с каждым мгновением и протянул к ней руку. В ту же секунду, как его пальцы коснулись холодной поверхности, стена будто ожила… Глубокий, вибрирующий гул, напоминающий работу гигантского трансформатора, наполнил пространство, и перед ним начал проявляться прямоугольный контур. Проход медленно раскрывался, словно врата в иной мир.
Брэндон замер на мгновение, чувствуя, как сердце колотится в груди. Перед ним открылся коридор, похожий на внутренности космического корабля древней, забытой цивилизации. Сумеречное освещение постепенно становилось ярче, открывая взору удивительные барельефы на стенах – изображения неведомых устройств, чьи функции оставались загадкой.
По обе стороны коридора тянулись прозрачные ниши—капсулы, словно застывшие во времени. Их стенки, выполненные из неизвестного материала, похожего на стекло или пластик, обладали удивительной упругостью. Внутри капсул покоились огромные скафандры, явно созданные для существ, чей рост значительно превышал человеческий. Брэндон с трепетом рассматривал их, осознавая, что перед ним – следы цивилизации, о существовании которой человечество даже не подозревало.
Коридор плавно изогнулся вправо, уводя вниз. С каждым шагом он всё глубже погружался в недра этого загадочного места, пока снова не упёрся в стену. На ней были все те же иероглифы, но другого цвета.
Его пальцы едва коснулись первого, и стена послушно отъехала в сторону, открывая проход в помещение, которое поразило его воображение – древний античный храм, застывший во времени.
Мраморные стены чёрного цвета сверкали в мягком свете невидимых источников освещения. Колонны с загадочными символами, подобно Египетским стелам, рассказывали историю, которую Брэндон отчаянно хотел понять, но без необходимых знаний все его попытки оставались тщетными. Он мог лишь стоять и смотреть, впитывая эту древнюю красоту, чувствуя себя песчинкой перед лицом вечности.
В самом центре зала находились три величественных саркофага из того же загадочного чёрного камня, что и стены. Их верхние крышки находились рядом, открывая взору то, что хранилось внутри. На одной из них он увидел россыпь точек – звезд, соединённых линиями и пунктирами – карта звёздного неба, на которой он узнал знакомые созвездия и планеты. Основная – выделенная линия вела от планеты Земля к одной из звёзд в созвездии Плеяд.
Брэндон, испытывая чувство благоговения и вместе с тем легкого страха, осторожно приблизился к саркофагам… Его взору предстали тела двух мужчин и женщины – невероятной красоты. Гиганты поражали своими размерами – каждый был не менее пятнадцати футов ростом. Оба казались воплощениями древних богов. Их неподвижные тела, облачённые в одеяния, лёгкие, как утренний туман, струились по контурам фигур, напоминая тончайший китайский шёлк, сотканный из лунного света. Взгляд скользил по ним, изучая и в то же время отказываясь верить в происходящее, пока не застыл на ней – девушке, чья неземная красота и величественная осанка внушали такой трепет, что у Брэндона перехватило дыхание.
Он смотрел на неё, зачарованный её величием, казалось, протяни к ней руку, и она проснётся. Брэндон готов был покляться, что слышит, как бьётся её сердце и чувствует её дыхание – лёгкое, глубокое, спокойное… Её лик, казалось застыл в безмятежном сне. Черты лица были совершенны: высокие скулы, и полные губы – чуть приоткрыты. В уголках рта притаилась едва заметная улыбка – след сладких грёз, посетивших её во сне. Длинные ресницы, словно крылья бабочки, отбрасывали тени на нежные, фарфорового оттенка щёки, придавая её чертам особое очарование, а облику благородство, а высокий лоб, обрамлённый рассыпавшимися русыми локонами, говорил о незаурядном уме и душевной красоте.
Глаза были закрыты, но даже в их безмятежном покое чувствовалась глубина и мудрость. Брови, тонкие и изящно изогнутые подчёркивали совершенство её черт, созданных по законам высшей гармонии, а облик излучал чистоту и совершенство – воплощение самой красоты. Её кожа, гладкая и нежная была покрыта той же золотистой пылью, что и тела мужчин. Она выглядела как россыпь звёздной росы, красноречиво напоминая о том, что эти существа были божествами, спустившимися на землю.
И сейчас, стоя перед этими созданиями, Брэндон ощущал исходящую от них мощную энергию. Она вызывала не только благоговейный трепет, но и странный металлический привкус во рту. Что—то происходило вокруг него, воздух, казалось, дрожал и становился тягучим. Он чувствовал, как его тело деревенеет, отказываясь подчиняться… Жизнь, по капле, стала уходить из него, вытекая как вода из кувшина. И чем дольше он находился тут, тем сильнее становилось ощущение, что он вторгается в запретный мир, куда человеку нет доступа, будто ему намекали – «уходи – ты не должен здесь находиться, здесь таится опасность…»
Он отошёл к стене и ощущение беспомощности постепенно отпустило его, он снова почувствовал прилив сил. Все это напоминало кошмарный сон, из которого он все никак не мог выбраться. Пещеры, коридоры они казались подземным городом созданным неведомым архитектором, чтобы укрыть в нем свои тайны.
Брэндон стал вспоминать все, что он знал про подземные города. Они были раскиданы по всей планете, в том числе и на Тибете. Возможно причина, по которой они с Коннором потерпели катастрофу, была гора Кайлас. Именно она излучала мощный поток энергии. Область вблизи горы являлась аномальной магнитной зоной, влияние которой заметно проявлялось на механических приборах и обменных процессах организма.
Дело в том, что гора Кайлас имеет пирамидальную форму, её грани строго ориентированы по сторонам света. Есть данные, что в основании и середине горы присутствуют обширные пустоты, это даёт основание полагать, что гора – искусственное сооружение, но и это далеко не все…
Работая в АНБ, он сталкивался с анализом источников термического поля Земли. Среди перечня аномальных зон была и гора Кайлас на Тибете. Тепловизионные спутники фиксировали странную аномалию: устойчивый тепловой поток в 483 Фаренгейта, идущий от вершины Кайласа, а это было намного выше естественного геотермического градиента региона. Поле вокруг горы представляет собой некое искривление времени и пространства. Когда произвели замеры в этой зоне, выяснилось, что время там течёт по—другому, нежели на остальной территории Земли – идёт быстрее…
Такие же энергетические потоки были и на вершине пирамиды Хеопса в Египте, с той лишь разницей, что там они возникали с некой периодичностью, а тут постоянно, словно внутри этих каменных глыб, находился источник энергии – генератор питающий их.
И именно здесь – у подножия горы Кайлас расположилась главная её ценность – святыня Саркофаг Нанди. Это загадочное сооружение не имело аналогов в мире и отличалось особой формой, предназначенной для концентрации космической энергии. Знакомый специалист из NASA, как—то упомянул в разговоре, что саркофаг – лишь верхняя часть древнего подземного святилища, в котором могут находятся в особом состоянии самадхи (Сoмaти —высшее состояние сознания, высшая форма медитации, – кaмeннo—нeпoдвижнoe состояние тела за счета снижения обмена веществ в организме до нуля посредством воздействия на воду) представители различных рас и эпох человечества. Это уникальное место, где собраны великие учителя, представители древних цивилизаций и современные люди, достигшие этого состояния.
Брэндон в отчаянии опустился на холодный каменный пол. Пальцы коснулись его поверхности, а взгляд всё так же отчаянно скользил по стенам в поисках хоть намёка на выход. Пустота. Абсолютная, давящая пустота…
Мысли в голове путались, сплетаясь в клубок безысходности. Он чувствовал, как паника медленно заползает в сознание, словно ядовитый туман. Коннор где—то там, в этом проклятом лабиринте, и время утекает сквозь пальцы, как песок.
Внезапно перед внутренним взором возникла картина – он выходит из лабиринта. Эта мысль вспыхнула в мозгу яркой звездой, разгоняя тьму отчаяния. Брэндон закрыл глаза, позволяя образу стать ярче, чётче. Он представил каждый свой шаг на пути к долгожданной свободе, каждую деталь своего побега. И в тот момент, когда образ стал абсолютно реальным, он почувствовал, как что—то изменилось.
Он открыл глаза. На одной из стен, там, где только что была гладкая поверхность, проступали очертания двери…