Андрей Стародубцев – СМЕРТЬ В ОКЕАНЕ 3 (страница 1)
Андрей Стародубцев
СМЕРТЬ В ОКЕАНЕ 3
Андрей Стародубцев
«Смерть в Океане» часть 3
Глава 1 Брэндон: старые друзья.
В эпоху глобальной геополитической конфронтации военно—политический блок НАТО выстраивал свою стратегию на чётком определении потенциальных угроз. Иерархия противников формировалась по принципу бинарного мышления: мир делился на «своих» и «чужих». Лидеры этого негласного рейтинга – Российская Федерация, Китайская Народная Республика и ряд арабских государств – становились главными объектами пристального внимания альянса.
Существование условного врага было краеугольным камнем для поддержания жизнеспособности организации. В своей политике альянс активно применял проверенную временем стратегию «разделяй и властвуй», успешно реализованную ещё древними римлянами и британцами в период колониальной экспансии.
В этом контексте карьера молодого офицера Мерфи Брайна стала показательным примером эффективной подготовки специалистов нового поколения. Проходя службу в рядах НАТО, он глубоко проникся идеологией организации. Его стремление быть первым в рядах лучших сразу заметили, после чего Брайна убрали с горизонта как опасного конкурента, рекомендовав в ведомство ЦРУ, где ему также нашли подходящее применение, назначив в оперативное Управление службы контрразведки.
Для повышения своего профессионального уровня агент Мерфи освоил несколько языков, которые были необходимы ему в работе. Арабский язык дался ему относительно легко, в то время как китайский стал настоящим испытанием из-за сложной системы диалектов, порой непонятных даже самим носителям языка.
Что касается русского языка, то для его углублённого изучения руководство ЦРУ отправило Мерфи в Москву, где он поступил в Военный университет имени Александра Невского Министерства обороны РФ на факультет экономической безопасности. Погружение в языковую и культурную среду позволило ему не только достичь высокого уровня владения языком, но и установить контакты с лицами, представляющими оперативный интерес.
За три года пребывания в Москве Мерфи настолько органично вписался в столичную жизнь, что его афроамериканское происхождение выдавал лишь цвет кожи. В остальном он полностью ассимилировался, став практически неотличимым от типичного москвича: перенял те же манеры, усвоил тот же сленг.
Закончив свою миссию, агент Мерфи вернулся в штаб—квартиру ЦРУ, на доклад своему руководству. Записавшись через секретаря на приём, Мерфи неожиданно столкнулся в коридоре с давним другом – Брэндоном Майером. Судьба когда—то свела их вместе, и с тех пор оба старались поддерживать тёплые отношения.
– Мерфи, дружище, какая приятная встреча! – воскликнул Брэндон, пожимая руку старого приятеля. – Слышал, ты вернулся из России, надолго к нам?
– Надеюсь, надолго, – коротко ответил Мерфи, крепко стиснув ладонь друга своей характерной хваткой.
– Всё та же железная рука! – улыбнулся Брэндон. – Как поживает наш друг – Россия?
– О, она по—прежнему внушает опасения и занимает внушительную часть суши, – с лёгкой иронией ответил Мерфи.
– Понимаю, – рассмеялся Брэндон. – Что ж, тогда может отметим твоё возвращение?
– Хочешь узнать последние новости из первых рук? – проницательно заметил Мерфи.
– Просто следую традициям, – пояснил Брэндон и заговорщицки подмигнул. – Как и прежде – ничего личного, верно?
– Договорились, – планы Мерфи были несколько другими, но он был рад встрече, поэтому тут же согласился. —Тогда вечером в «Кафе Джо»?
– Отлично, я сообщу тебе точное время.
«Кафе Джо» представляло собой уникальное заведение – не просто ресторан, а настоящий центр для секретных встреч людей, чьи интересы и специализация должны были оставаться в тени и требовали тишины. Здесь регулярно проводились ярмарки вакансий для соискателей с высшим уровнем допуска секретности. Различные организации могли арендовать помещения, полностью защищённые от любых видов прослушивания.
Два здания, выкрашенные в цвет оружейной стали, располагались в непосредственной близости от Вашингтона, образуя один из важнейших узлов американской разведывательной сети. Через этот кластер проходил правительственный кабель, по которому передавалась информация с высшим грифом секретности TS/SCI. Аналогичные комплексы существовали в Даллес— Шантальи (Вирджиния), Денвер—Аврора (Колорадо) и Тампе (Флорида), но «Кафе Джо» оставалось крупнейшим и наиболее значимым из них.
Вернувшись в знакомую рабочую атмосферу, Мерфи не торопился включаться в дела. В нём неожиданно проснулась усвоенная в России мудрость, заключённая в народной поговорке «Тише едешь, дальше будешь». Поначалу он не мог объяснить себе природу этого состояния, но внимательно наблюдая за поведением русских коллег, постепенно осознал глубокий смысл этого простого на первый взгляд изречения.
Постепенно Мерфи пришёл к пониманию, что решение любых конфликтных ситуаций требует не поспешных действий и попыток замять проблему, а терпения и вдумчивого подхода. Он понял, что стремление к быстрому результату часто приводит к ошибкам, которые могут обернуться большими потерями. Особенно ярко эта философия проявилась в его увлечении шахматами – игра научила его просчитывать ходы наперёд, словно заглядывая в будущее.
В стенах университета он открыл для себя научную основу народной мудрости. Профессора и научные руководители не раз подчёркивали, что известная пословица «тише едешь» – это не просто фольклорное назидание, а научно обоснованная стратегия выживания в жёстких условиях заполярья.
Исследования показывали: при равномерном движении снижение скорости ведёт к рациональному расходу энергии, что позволяет преодолевать существенно большие дистанции и в конечном счёте достигать намеченной цели…
Этот принцип оказался поразительно универсальным: его можно применять не только в экстремальных ситуациях, но и в обыденной жизни. Такой подход к достижению целей оказался не только эффективным, но и надёжным, позволяя добиваться успеха более устойчивым и продуманным путём.
Мерфи двигался к месту встречи с Брэндоном с определённой долей насторожённости, не собираясь сразу раскрывать все карты перед старым приятелем.
Их пути впервые пересеклись в стенах колледжа Энн Эрандель в Мэриленде, где оба специализировались на компьютерной безопасности. Необычные способности Брэндона проявились ещё в студенческие годы – феноменальная память позволяла тому с лёгкостью осваивать сложные языки. Китайский и японский дались ему без особых усилий. После колледжа его ждала служба в армии, которая, однако, оборвалась из-за серьёзной травмы…
Судьба вновь свела их уже в стенах АНБ, на одном из секретных объектов Мэриленда. Талант Брэндона не остался незамеченным – его выдающиеся способности привлекли внимание ЦРУ. Ему предложили должность в отделе информационной безопасности с дипломатическим прикрытием в представительстве США при ООН в Женеве.
Официальная легенда о работе системным администратором в АНБ позволяла ему вести активную деятельность по поиску уязвимостей в системах безопасности. Его задачей было выявление новых методов взлома и перехвата информации как в локальных сетях, так и на глобальном уровне, включая телефонные коммуникации.
Мерфи прибыл точно в назначенное время. Электронный ключ, полученный от администратора при входе, бесшумно скользнул по считывателю замка. Дверь плавно открылась, пропуская его в комнату, где уже расположился Брэндон.
– Как всегда точен, Мерфи, – произнёс Брэндон, вольготно устроившись в кресле напротив двери. Его поза выдавала лёгкое напряжение, несмотря на непринуждённый тон. – Не против, выключить свой телефон и положить на стол?
– Для бывшего агента ты слишком подозрителен, старина, – усмехнулся Мерфи. – Наверняка уже напичкал тут всю комнату своими «жучками – микрофонами» …
– Никаких прослушек, только ты и я, – заверил Брэндон, слегка приподняв брови.
Мерфи опустился в кресло, которое протестующе скрипнуло под его весом, и вынув аккумулятор телефона, положил его на стол.
– Ладно, выкладывай, зачем позвал, – сказал он, устраиваясь поудобнее.
– Я слышал, ты побывал в России… – начал Брэндон намёком на серьёзный разговор, который должен был последовать. Он понизил голос до шёпота. – Говорят, на Красной площади по ночам бродят огромные медведи?
Мерфи загадочно хранил молчание.
– Так это правда? – Брэндон сделал паузу, наблюдая за реакцией собеседника, и добавил с лёгкой улыбкой, – Забавная байка, но ведь в каждой сказке есть доля правды, не находишь?
Мэрфи кивнул.
– Ты не поверишь, но это действительно так, – не сдержался Мерфи, чтобы подколоть друга. – Они действительно огромные…
Его собеседник настороженно поднял бровь, ожидая продолжения.
– Конечно шучу, – Мерфи рассмеялся. – Поверить не могу: ты – купился. Никаких медведей – только в цирке. Но на дорогах за городом они бывают, а также лоси, кабаны и дураки.
– Дураки? Какие дураки? – не понял его Брэндон.
– Те, что переходят дорогу, там где нельзя, – объяснил ему Мерфи.
Брэндон понимающе кивнул.
– А в целом, как там жизнь, народ, демократия? – не унимался он, – скажи, если бы у тебя был шанс остаться в России… ты бы остался?