Андрей Стародубцев – КАПИТАН МАРК Спасение Земли (страница 4)
Доктор Элия оказалась среди холмов, покрытых серебристой травой, под небом цвета индиго с тремя лунами на горизонте. Она стояла у порога небольшого дома с садом, где росли биолюминесцентные цветы, мерцающие в сумерках.
Рядом с ней стоял мужчина — не человек и не киборг, а существо с кожей, переливающейся, как опал. Он взял её за руку — и в этот момент она
— Ты нашла свой дом, — сказал он. — Здесь ты начнешь всё заново. Здесь тебе всегда рады. Ты больше никогда не будешь одна.
Элия ощутила, как её кибернетические системы успокаиваются, будто подстраиваясь под новый ритм жизни. В груди разливалась тёплая, почти забытая радость. Но где‑то на краю сознания мелькнула мысль:
Кибер‑щенок Эхо очутился в самом сердце энергетической туманности — в мире, сотканном из призрачного света, переливающегося всеми оттенками радуги. Воздух здесь пульсировал, словно живое сердце, а вокруг кружились десятки энергетических сущностей — мерцающие создания, сплетённые из чистейшей энергии, похожие на танцующие созвездия.
Одна из них, сияющая мягким лазурным светом, плавно подлетела к Эхо:
— Добро пожаловать домой, бро! Ты вернулся туда, где тебе место. Больше ты не одинок. Здесь — лишь бесконечная игра и радость, свободная от границ и правил.
В следующий миг другая сущность, точная копия Эхо, с игривым блеском в глазах лизнула его в мордочку фиолетовым языком и весело воскликнула:
— Бро! Давай играть в догонялки?
Но первый щенок, не давая Эхо ответить, ловко оттеснил двойника и решительно заявил:
— Никаких догонялок, пока не сыграем в шахматы! Бро, ставлю все бутерброды Марка, что я тебя обыграю!
Второй щенок, ничуть не смутившись, схватил первого за хвост и оттащил в сторону, озорно подмигивая Эхо:
— Да он толком и играть‑то не умеет! Но готов поспорить — ты меня не догонишь!
Остальные сущности тут же подхватили игру. Они закружились вокруг, загалдели наперебой, наполняя пространство космоса весёлым гулом:
— Да, Арчи, «сделай» его! Ты наш чемпион! Давай, покажи класс!
Началась весёлая возня — причудливый хаос из мерцающих хвостов, искрящихся лап и заливистого смеха, который звучал не голосом, а переливами энергии. Эхо почувствовал, как его собственные контуры начинают меняться: он медленно превращался в одного из них — в весёлого, беззаботного Бро.
Щенок радостно залаял, и этот лай прозвучал как новая нота в симфонии туманности. Но вдруг сквозь какофонию веселья до него донёсся отдалённый голос Вейлин:
— Эхо, ответь мне! Прием! Эхо!
Эхо замер. Что‑то дрогнуло внутри — словно слабый импульс прорвался сквозь пелену эйфории.
Сначала он почувствовал вес. Реальный, ощутимый вес тела — не потока энергии, а плотной, настоящей формы. Затем по контурам пробежала волна прохлады, будто невидимая рука очертила его силуэт. Мерцание вокруг сгустилось, уплотнилось, а радужные всполохи начали стягиваться к центру — к нему.
Энергия послушно складывалась в знакомые линии: сначала проступили очертания ушей, затем — пушистый хвост, лапы обрели твёрдость, а процессор, ещё секунду назад резонировавший с туманностью, вновь зафиксировал собственное имя:
Он моргнул — и иллюзия рассыпалась. Вместо танцующих созвездий перед глазами вновь были знакомые контуры корабля, а вместо симфонии тонов — настойчивый голос Вейлин в коммуникаторе:
— Эхо? Ты меня слышишь? Отзовись!
Кибер‑щенок глубоко вздохнул, ощущая, как реальность возвращается во всех деталях: запах металла, лёгкое гудение приборов, собственное сердцебиение. Он был снова собой — не частью туманности, а отдельным, цельным существом.
— Я здесь, Вейлин, — тихо ответил он, всё ещё чувствуя отголоски той бесконечной игры где‑то на краю сознания. — Я вернулся…
Вейлин, единственная, кто не поддался воздействию поля, наблюдала за происходящим с нарастающей тревогой. Её сенсоры фиксировали, как Марк улыбается и шепчет:
Элия стояла с закрытыми глазами, на губах — самая счастливая улыбка за всё время полёта, а Эхо подпрыгивает на месте, будто играет с невидимыми друзьями, и издаёт трели из мелодий, которые раньше никогда не воспроизводил.
— Капитан, доктор Элия, Эхо! — голос Вейлин зазвучал с тревожной модуляцией. — Вы находитесь под воздействием галлюциногенного энергетического пси-поля. Пожалуйста, активируйте аварийные протоколы! Марк, сосредоточься на показаниях приборов — видишь, они всё ещё мигают красным! Элия, вспомни, где ты находишься! Эхо, запусти самодиагностику!
Но всё было тщетно. Казалось, каждый из них обрёл тот самый смысл жизни, что давно искал — и отпускать его не собирался.
Марк, улыбающийся, застывший с протянутыми руками, не слышал тревожных сигналов. Перед ним по‑прежнему раскинулась лужайка детства: пионы кивали головками, мать смеялась, а отец говорил: «Оставайся с нами, сынок. Никаких больше полётов. Только дом, семья и настоящее кофе по утрам — тот самый, который ты любил в детстве…»
Элия, стоя у порога дома на родной планете, глубоко вдыхала воздух, пахнущий биолюминесцентными цветами. Рядом стоял тот, кто дал ей ощущение дома. Она чувствовала, как внутри разливается покой — впервые за долгие годы. «Зачем куда‑то лететь? — шептало видение. — Здесь твой дом. Здесь твоя семья. Здесь ты найдёшь истинное предназначение…»
А Эхо, кружась в энергетической туманности среди собратьев‑киберщенков, издавал радостные трели. Его шерсть переливалась всеми оттенками радуги, становясь частью этого сияющего мира. «Останься с нами, — пели голоса вокруг. — Ты больше никогда не будешь одинок. Только бесконечная игра и радость…»
Вейлин наблюдала за ними отмечая критическое падение энергопотребления, мерцание аварийных индикаторов, но команда словно оглохла и ослепла для этой реальности. И вдруг все они исчезли, словно их и не было тут никогда… Это не входило в ее планы, хотя… Марка бы она точно оставила.
— Бойтесь своих желаний — они могут исполниться… — тихо произнесла она слова, которые однажды с шутливой горечью произнёс Марк, выплевывая первый глоток приготовленного ею синтетического кофе в бортовом 5D принтере.
Вейлин, поразмыслив, активировала резервные протоколы, перенаправляя остатки энергии на систему противодействия чужеродному пси‑полю. Проекция её голографического образа мерцала всё слабее, но голос по-прежнему оставался твёрдым, чётким, выверенным — как на инструктаже перед выходом в зону повышенной угрозы.
— Марк! Где бы ты ни был помни обо мне!
Прозвучало не совсем уместно… «Попробуем еще раз», — решила Вейлин.
— Марк! Как подумаешь обо мне — вспомни наш с тобой «Аурелис»! Вспомнил? Ты его так и не починил… А теперь вспомни цель миссии и точку назначения! — отчеканила она. — Вспомни
На мгновение Вейлин замерла. В сознании всплыл вопрос, от которого ее аура голограммы стала синей, а затем зеленой:
Она не знала ответа… И уж точно его не знал Марк — навигатор корабля давно вышел из строя, а курс Вейлин прокладывала интуитивно, полагаясь больше на удачу, чем на здравый смысл капитана.
— Элия, ты же учёный — так включи логику! — голос Вейлин зазвучал жёстче, с командными интонациями. — Это иллюзия, созданная чужеродным пси‑полем. Отключи эмоциональный отклик, сосредоточься на сигналах реальности. Если слышишь меня - подтверди!
Пауза. Тишина. Вейлин мысленно пересчитала приоритеты, переоценила статус Эхо. Ранее она рассматривала его как неосознанный элемент помех, но теперь… щенок иногда проявлял признаки осознанного выбора. Разумное существо с собственной волей? Может быть…
Она вздохнула, подавила внутренний конфликт и заговорила мягче, но не менее уверенно:
— Эхо… малыш, послушай меня. Да, у нас с тобой были разногласия, но ты лишь щенок, а я… Ладно, забудь…
Тут же Вейлин спохватилась — формулировка не соответствовала протоколу дружелюбия. Быстро перестроившись, она продолжила:
— Забудь предыдущее сообщение. Повторяю:
«Нет, не то…»
— Эхо! Мы, в том числе и я — твои друзья! И мы в полном…ну ты понял, малыш? В полном!
Глубокий вдох. Выдох. Ещё раз… Тишина.
Вейлин активировала режим максимальной когнитивной загрузки. Процессор корабля отозвался едва заметным гулом — система вышла на пиковую производительность, индикаторы на панели замигали алым, словно сердце, разгоняющее кровь перед решающим рывком.
Спустя долю секунды её голос зазвучал по каналу связи — чётко, властно, как на брифинге перед операцией по спасению заложников:
— «Эхо», Элис, Марк, я — «Браво». Приём! Вселенная в опасности! Код «Альфа», наивысший приоритет! Активирован протокол «Омега»!
И снова эта тревожная тишина…
— Эхо, прием! Миссия выполнима, если ты возьмёшься. Подтверди получение сообщения.
Ответа не последовало. Вейлин замерла. Мерцание её проекции усилилось, контуры дрогнули, будто изображение вот‑вот рассыплется на пиксели.