Андрей Соболев – Константа (страница 44)

– Проклятье! – снова выругался он, а потом быстро приблизился к своему непутёвому другу: – Евгений, посмотри мне прямо в глаза и ответь честно: ты уверен, что видел полярное сияние?

– Конечно, уверен, постоянно. Какой мне смысл врать? А что, это плохо?

– Да, это очень нехороший знак, – на выдохе ответил Алексей, делая особый акцент на слове «очень», а затем немного отступил. – Мне нужно подумать.

Максимов отошёл в другой край комнаты, плюхнулся на мягкое кресло, запрокинул голову и закрыл глаза.

– Не понимаю, как ты мог его не видеть? – сказал Евгений через очень длинную и неловкую паузу.

– На самом деле, я не так много помню, что выходит за рамки нашего общения, – откликнулся Алексей, не открывая глаз. – Да и всё свободное время мы теперь проводим здесь, взаперти. – Он затих на мгновение, а потом добавил: – Нам нужна помощь!

Максимов вскочил с кресла как ужаленный, подбежал к небольшому кофейному столику в углу комнаты, сел на диванчик рядом с ним, схватил трубку стационарного телефона и начал быстро щёлкать по кнопкам.

– Катюш, ты ещё здесь? – затараторил он быстро, когда услышал ответ на другом конце. – Нет-нет, всё в порядке… да… нет, это не телефонный разговор, можешь подойти к нам в комнату отдыха? Да, хорошо.

От одного только звука её имени у Евгения похолодело всё внутри, а сердце затрепетало. «Неужели это она?» – подумал он, чувствуя, как непонятное волнение начинает захватывать каждую клеточку его тела. И, к сожалению, его худшие опасения подтвердились, когда через пару минут к ним тихо постучались. Алексей услужливо открыл дверь, и за порогом показалась невысокая миловидная девушка с глубокими карими глазами. Она ничуть не изменилась с того времени, когда Евгений последний раз её видел. Всё такой же внимательный и немного строгий взгляд, причудливый пучок из волос на затылке и мягкие, осторожные движения, с которыми она буквально вплыла в помещение. На ней был строгий тёмный костюм поверх белой блузки, а на ногах элегантные туфли на низком каблуке. Даже в таких условиях ей хватало стремления и сил следить за собой и цвести, подобно цветку, среди грязи выжженного поля, изуродованного ужасами войны. Но хуже всего было то, что в её глазах читались только холод и пренебрежение, когда она разглядывала Евгения и видела в нём лишь странного незнакомца. Всё, чего он удостоился от некогда любимого человека, – это небрежно брошенное «привет», когда она вошла в комнату, а затем её внимание переключилось на Максимова.

– Лёш, вы ещё долго? Нам уже пора домой, – сказала она, бросая мимолётные взгляды на его нового друга.

На Евгения накатило мерзкое ощущение, медленно разъедающее его изнутри. Нет хуже кошмара, чем смотреть в глаза бывшей возлюбленной, помнить каждый день, проведённый вместе, её горячее дыхание, нежность объятий, но не иметь возможности самому прикоснуться к ней. Казалось, ещё вчера они были вместе, тонули во взаимных чувствах, а сегодня она смотрит на него и видит пустое место, недостойное и малой толики той любви, которой каждую секунду терзают жестокие воспоминания. Евгений вновь ощутил, как в нём закипает гнев, – ещё одно сильное чувство, неизменно следующее за привязанностью.

Максимов между тем медленно приблизился к девушке, будто боялся спугнуть дикую лань, взял её за плечи и вдохновенно произнёс:

– Подожди, Кать, нам очень нужна твоя помощь. Пожалуйста, выслушай моего друга и, очень прошу, восприми всё сказанное серьёзно.

– Лёш, что происходит? – испугалась она.

В ответ он нервно прикусил губу, подошёл к доске и развернул её, демонстрируя плоды их многодневных изысканий.

– Евгений, расскажи ей.

– О чём? – растерялся Новиков.

– О чём? – почти синхронно спросила Катя с округлившимися глазами.

– Обо всём, – заговорщицки прошипел Алексей, косясь на доску. – Ну же!

Евгений с раздражением выдохнул и начал повторять то, что говорил уже множество раз за эти дни, но теперь каждое слово давалось ему с большим трудом. Он часто отводил глаза, не в силах выносить её пронзительного взгляда, и чувствовал, будто признаётся любимому человеку в ужасном преступлении, которое давно скрывал. А сама Катя пребывала в растерянности. С каждой секундой её эмоции отражали всё больше отвращения к словам Евгения. Она хмурилась, всматривалась в его лицо, чтобы найти там хоть намёк на шутку, а потом вопросительно смотрела на Алексея, но тот лишь одобрительно кивал в ответ и указывал пальцем на безумства, расписанные на доске.

Когда Евгений закончил свой рассказ, он расстроенно вздохнул и развёл руки в стороны, будто извиняясь за свои слова. Катя покривилась от услышанного и повернулась к Алексею.

– Это что, какая-то шутка, я не поняла? Вот этим вы занимаетесь целый день, да ещё в такое время? – Она небрежно указала рукой на доску.

– Кать, послушай…

– Что за хрень, Лёша? – грубо перебила она.

– Зачем она вообще здесь?! – внезапно вспылил Евгений, не стерпев их маленькую свару.

– Она отличный астрофизик, специалист по различным видам излучений и ещё… моя жена, – заступился за неё Алексей.

И тут в голове Евгения окончательно что-то щёлкнуло.

– Это моя жена! – крикнул он, с ненавистью глядя на Максимова, но потом схватился за лицо и отвернулся к окну, пытаясь совладать с собой.

На лице Кати отразился полный спектр эмоций, она даже отшатнулась обратно к двери под натиском такой странной агрессии.

– Ребят, в какие игры вы здесь играете? – растерянно спросила она. – Лёша, что происходит?

Максимов моментально побелел, и на его лице отразился испуг, он будто вспомнил то, что никогда не стоило забывать. Он посмотрел на Евгения, и в голосе на секунду промелькнули нотки того самого забитого и потерянного человека, кем был всего неделю назад.

– Прости, я совсем забыл, – умоляюще пропищал Алексей. – Но она правда может помочь.

– Да что, чёрт возьми, здесь вообще творится, мне кто-нибудь ответит?! – Катя была возмущена до глубины души, что её вопросы остаются без ответа, будто специально игнорируют. – Лёша?!

Максимов ещё сильнее закусил губу, поглядывая то на Евгения, то на свою жену.

– Почему всё так сложно-то, – пробормотал он и обратился к жене: – Катюш, милая, скажи, ты видела на небе полярное сияние?

– Вообще? – удивилась она и ещё пуще нахмурилась от негодования и непонимания. – Странный вопрос.

– Нет, не вообще. У нас здесь, на небе. Недавно.

– Нет, конечно. Ты чего, Лёш? Какое полярное сияние, ты же знаешь, что у нас оно почти невозможно.

– Ну почему этот проклятый дождь идёт именно сегодня! – раздражённо прошипел он, сжимая кулаки, а потом снова обратился к жене: – Катюш, пожалуйста, хотя бы подыграй нам. Представь, что оно действительно возможно и сейчас где-то там, за облаками, вовсю сияет полярное сияние.

Девушка странно усмехнулась, до сих пор надеясь на странную шутку.

– Допустим. Но что я должна ответить? Сейчас его в любом случае не может быть. Солнце неактивное, вспышек давно не было, никаких предпосылок для его появления нет.

– А что, если его источник не в космосе, а где-то здесь, на Земле?

– В каком смысле? К чему ты клонишь? Можно ли искусственно его вызвать? Наверное, такие опыты были, но они очень ограниченные и вряд ли визуально доступны для наблюдения. По крайней мере, у нас такие не проводятся… – Катя смутилась, а потом добавила: – Уж точно не сейчас.

– Хорошо, а теперь вспомни о рассказе моего друга и посмотри вот сюда, – добавил Алексей, а затем взял в руки маркер и подчеркнул на доске пункт, связанный с теорией Штейнмайера – Кунца. – Пожалуйста, подумай и ответь – это возможно?

Максимов сделал голос очень загадочным и проникновенным и многозначительно уставился на жену. Евгений уже тоже успел отойти от небольшой эмоциональной вспышки и повернулся к ним, с интересом наблюдая за их полемикой. Только Катя всё ещё растерянно озиралась по сторонам и выглядела немного напуганной. Её взгляд скользил по комнате, переходил с одного таинственного заговорщика на другого, а потом возвращался на доску.

– Лёш, я не понимаю, что ты от меня хочешь? – Её всегда уверенный голос немного дрогнул.

– Скажи, это возможно? – настойчиво повторил Алексей, продолжая указывать маркером на доску.

Катя съёжилась от его пристального взгляда и сцепила перед собой руки.

– Это же глупая и нелепая выдумка, – нервно усмехнулась она, но потом поймала на себе осуждающий взгляд мужа, и ей стало не по себе. – В теории, если представить, что происходит наложение реальности, или как там это называется… – задумалась она. – При такой всеобщей, хаотичной ядерной трансмутации, вызванной цепной реакцией при перестройке всей матрицы, просто обязано образовываться множество нестабильных изотопов, которые тут же начнут распадаться, а вызванное ими массовое излучение может породить в том числе и такое атмосферное явление, как полярное сияние. Но я всё ещё не понимаю, к чему ты клонишь? У вас тут какая-то научная игра, мозговой штурм?

Катя продолжала убеждать себя, что весь разговор – просто невинная детская игра, но чем больше она вглядывалась в каменное лицо мужа, тем больше осознавала, что он вовсе не шутит.

– Проклятье, – выдавил из себя Алексей. – Этого я и боялся.

Он с силой сдавил в руках маркер, отчего тот громко затрещал и чуть не сломался.