Андрей Соболев – Константа (страница 25)

Евгений сжал от злости зубы и немного оскалился, сдерживая разгорающийся внутри него пожар бездумной ярости, чтобы тот полностью не поглотил его разум. Затем крепче охватил рукоять в кармане, поглаживая пальцем сложенное лезвие ножа, и даже начал в предвкушении скрести по нему ногтем.

Новиков с большим усилием поднялся с земли, опираясь о стену, но ни на секунду не выпуская нож и не вынимая руку из кармана. Вся нижняя часть его тела окоченела от холода, отзываясь обжигающей болью, и плохо подчинялась его командам. Отчасти в этом была вина крепкого алкоголя, который ещё цеплялся за его разум, подкрепляя решимость и устраняя лишние страхи. Всё должно закончиться сегодня.

Пошатываясь и не сгибая ног, Евгений вышел из проулка и последовал вдоль улицы за Максимовым, наблюдая за ним с другой стороны и ни на секунду не выпуская из вида. Новиков сверлил взглядом свою цель, крутил в кармане нож и часто дышал, предвосхищая чувство облегчения, когда главный обидчик испустит дух. При этом скрываться преследователю удавалось плохо. Он еле двигался, выглядел неважно и отвратительно пах, хмуро смотря исподлобья через улицу, отчего прохожие шарахались в стороны. Если бы Алексей хоть раз обернулся или посмотрел через плечо, то непременно заметил бы преследование, но он был настолько окрылён после встречи со своей любовью, что вовсе не обращал внимания на весь остальной мир. Впрочем, как и Новиков. Теперь есть только хищник и его ничего не подозревающая жертва.

Когда они прошли так пару домов, зрительный контакт Евгения был неожиданно нарушен длинной колонной из нескольких десятков военных грузовиков тёмно-зелёного цвета, что плотной вереницей следовали друг за другом, постепенно заполняя всю улицу и скрывая за собой плывущего в фантазиях Алексея. Евгения будто вырвало из транса. Он замедлил ход и в лёгкой панике принялся выискивать на противоположной стороне свою цель, которая начала теряться за раздражающим потоком огромных машин, так ещё и непонятно откуда взялись бесчисленные толпы. Люди быстро заполнили улицу по обеим сторонам и приветливо махали вслед проезжающим грузовикам, крича им слова поддержки. Крытые кузова машин оказались полностью набиты множеством солдат в полном боевом обмундировании. Они сидели и хмуро взирали на прохожих из-под натянутых на глаза шлемов и опираясь на чёрные как смоль автоматические винтовки. В глазах солдат читалась обречённость, безысходность и глубокая тоска по дому и времени, когда они без страха взирали в будущее. Лишь немногие из них сохраняли позитивное расположение духа и дружелюбно махали рукой в ответ. «Что происходит?» – пронеслась мимолётная мысль в голове Евгения, которая быстро растворилась в бурлящей ненависти ко всему миру. Он закрутился на месте, выпуская нож из мёртвой хватки, и затем стал суетливо пробираться сквозь толпу, небрежно расталкивая людей. Отчего получал в ответ крики недовольства и пренебрежительные взгляды, когда прохожие замечали неопрятного дебошира.

Только сейчас Евгений заметил, что на всём протяжении дороги стояло множество рекламных щитов с различными воодушевляющими призывами и обращением к народу. «Всё для фронта! Всё для победы!» – возвещали одни из них. «Помощь военнослужащим и пострадавшим», – другие. На одном из щитов прямо рядом с Евгением был изображён побитый жизнью солдат, который смотрел на него жалостливым взглядом, придерживая рану на перебинтованной руке. «Его жизнь в твоих руках. Устраивайся к нам на оборонный завод – помоги своей стране!» – предлагала яркая надпись под картиной. Вместе с тем почти на каждом столбе были развешены объявления и призывы записываться добровольцем в армию или не оставаться безучастным. На минуту Евгений даже забыл о своей цели. Он вдруг почувствовал возрастающее чувство тревоги и не понимал, что происходит вокруг, а его новое воплощение не стремилось давать ответы на все вопросы. Его заботил только Алексей. Всё внимание, эмоции, мысли оказались подчинены лишь одной цели. Текущему Евгению было плевать на остальной мир, на вечные дрязги политиков и их грязные игры, на то, что происходит в его стране или на границах. Реальность для него давно умерла, она сжалась в одну-единственную точку, в мишень на спине Алексея Максимова.

Когда колонна военной техники скрылась вдали, люди стали понемногу расходиться, оживлённо обсуждая увиденное. Одни охали и переживали за солдат, другие громко ругали правительство и всех подряд, но Евгения заботило нечто иное. Он вдруг осознал, что потерял Алексея из вида, тот успел раствориться в толпе и скрыться в неизвестном направлении. Новиков быстро пересёк дорогу, не обращая внимания на предупреждающие сигналы от возмущённых водителей, заглянул в ближайшие несколько дворов и на соседнюю улицу, но не обнаружил и следа Максимова. Евгений громко выругался, поскольку рассчитывал подловить его в одном из потаённых мест, где он часто проходил по пути домой. Весь план трещал по швам. Но к счастью, Новиков уже много раз следил за новым ухажёром Кати и давно знал, где тот живёт. Всё должно случиться именно сегодня, он больше не мог откладывать, иначе в следующий раз ему может не хватить решимости или здоровья.

Евгения мотало из стороны в сторону, он путался в своих ногах, его знобило, а зубы стучали от холода, но он продолжал неуклонно идти к своей цели. Он не ел уже несколько дней, сил оставалось всё меньше и меньше, да и алкоголь действовал на голодный желудок разрушительно. К горлу Новикова постоянно подступала тошнота, из-за чего то и дело приходилось останавливаться и глубоко дышать, чтобы прийти в себя. В таком состоянии он преодолел несколько кварталов, благо квартира Максимова находилось не так далеко от дома его девушки.

Тем временем город постепенно погружался в ночь, и пасмурное небо теперь казалось ещё более тёмным и мрачным, а мороз крепчал, начиная обжигать щёки и уши ледяным ветром. На улицах загорались первые фонари, а люди возвращались с работы, наполняя фасады домов россыпью горящих окон. Алексей проживал в небольшом четырёхэтажном здании в тихом спальном районе, далеко от центральных магистралей. Когда Евгений добрался до места, то обнаружил, что свет в квартире Максимова уже горит, а значит, тот успел вернуться домой вперёд Новикова. Что неудивительно, учитывая, сколько ему понадобилось сил, чтобы добраться сюда.

Несмотря на вечернее время и непогоду, во дворе дома то и дело появлялись случайные прохожие, а шансы остаться незамеченным таяли с каждой минутой. Продуманный до мелочей план Евгения продолжал распадаться на осколки из необдуманных действий. «Всё должно быть не так! – думал Евгений, ощущая, как сильно начинает болеть голова. – Что я вообще здесь делаю?» Но отступать было нельзя.

С каждой минутой Евгению становилось только хуже. Долгие часы, проведённые на холодной земле, сказались на нём не лучшим образом. Он собрал остатки сил, подошёл к подъезду, подождал, когда кто-то откроет дверь, запертую на домофон, и успел прошмыгнуть следом. Затем он с большим трудом преодолел несколько лестничных пролётов, взобрался на третий этаж и остановился напротив двери в квартиру Алексея. Новиков тяжело дышал, его сердце захлёбывалось, он хрипел при каждом вдохе и держался рукой за стену, пока другой сжимал рукоять ножа в кармане пальто. Ещё немного, пара шагов, несколько усилий – и он будет свободен от бремени тяжкого долга, лежавшего грузом на его душе. Он, наконец, сможет отомстить, осталось потерпеть совсем немного. «Ну же, соберись!» – приказал он сам себе. Затем огляделся на лестничной клетке, прислушался, что никто не идёт, и вдавил кнопку дверного звонка. Спустя всего пару волнительных мгновений дверь медленно отворилась, и оттуда показалось растерянное лицо Алексея.

– Д-да? Вам кого? – неуверенно спросил он, внимательно разглядывая неизвестного гостя.

Евгений молчал, стиснув зубы, громко сопел, пристально взирая на Максимова из-под клочков своих грязных волос, и ещё сильнее сдавил в руке нож, буквально впиваясь в него пальцами. Алексея перекосило от неприятного запаха застарелого перегара, а также от крайне неопрятного вида его гостя, но затем его посетило озарение.

– Постойте, кажется, я вас знаю, – с сомнением сказал Максимов, продолжая сверлить его взглядом. – Вы, случайно, не бывший муж Кати? Евгений, так?

Новиков вздрогнул так, будто его ударило током. Он нахмурился и с силой ворвался внутрь квартиры, отталкивая Алексея назад и закрывая за собой дверь. Алексей пытался возмущаться и остановить наглое вторжение, но всё, что у него получалось, только нечленораздельные звуки и вялые пасы руками. Сама квартира оказалась весьма просторная и светлая, состоящая из двух отдельных комнат, даже слишком большая для одного человека с зарплатой доцента. Зал и кухня были выполнены в нежных бежевых оттенках, с большим количеством мебели, но очень минималистичной и простой. А вот дверь в другую комнату была закрыта и привлекла внимание Евгения.

– Дома ещё кто-то есть? – сухо спросил Новиков хриплым голосом, стараясь его делать как можно более грозным, при этом косо поглядывая на закрытую дверь.

– Н-нет, я один, – заикаясь промямлил Максимов, проследив направление взгляда своего обидчика. – Если вы ищете Катю, то её здесь нет.