Андрей Скрыль – Литературный журнал «Белый апельсин». «Больше зимних историй» (страница 3)
***
Они оба и не подозревают, что сверху за ними пристально наблюдает и хмурится добрый седовласый старик.
Алина все еще не верит…
Глава 3
Егор быстро пошел в противоположную от входа в парк сторону. Он знал, что на выходе обычно тусуются таксисты, а с него хватит таких прогулок. В руках он вертел злополучную игрушку. Скромная на вид, ёлочка ловила каждую вспышку мигающих в парке гирлянд, чтобы отразить и приумножить их своими зеркальными боками. Она светилась в руках парня, как волшебный кристалл или путеводный талисман, указывающий правильный путь в лабиринте бытия. Сунув вещицу в карман, парень нахмурился. Он раз за разом прокручивал в голове все случайные встречи со странной девчонкой, своими пышными растрёпанными кудрями походившей на домовенка Кузю. Он не заметил, как, задумавшись, уже пересек зону отдыха и вышел из парка. Машин на стоянке не было. Егор растерялся. Стянув вязаную шапочку, он запустил обе руки в светлые кудри и зарычал от беспомощности. Ну и что теперь делать? Разворачиваться назад к шумному проспекту, опять через парк, мимо той лавочки и рыжей девчонки? Светлое лицо в обрамлении пламенной гривы моментально возникло перед мысленным взором. Мгновенный испуг в яркой зелени глаз, плотно сжатый влажный бантик розовых губ. Небольшой острый носик, усыпанный рыжими кляксами, так ясно выделяющимися на бледной коже лица. Мелкие яркие крапинки на мраморном алебастре. А как чудесно снежинки ложились на пышные волосы! Путались в ветреных прядях, таяли на щеках… Уф, да что это с ним? Егор тряхнул головой и, засунув поглубже в карманы пуховика замерзшие руки, уже было хотел повернуть назад в парк, как ощутил в ладони тепло.
Аккуратно подцепив пальцами странный предмет, он вытянул его из кармана и поднес прямо к глазам. Это была та самая ёлочная игрушка. Она тут же ослепила Егору глаза, поймав блик ярких фар подъезжающего автомобиля.
– Эй, парень, тебя подвезти?
– Д-да, пожалуй, – промямлил Егор с удивлением, утопая в молодых и добрых глазах Деда Мороза.
– Так садись, чего встал, – не успел парень захлопнуть дверцу, как машина рванула вперед, – извини, командир, я опаздываю.
Егор вжался спиной в мягкое уютное кресло рядом с водителем и с упоением вдыхал витавший в салоне сладкий аромат лесной свежести, сказки и волшебства.
– Я ж еще не сказал, куда мне… Стой! – глаза парня испуганно округлились. Раскрыв в крике рот, он в ужасе наблюдал, как они на полном ходу несутся на девушку. Несчастная, словно парализованная оковами страха, замерла на дороге, не в силах пошевелиться. Громоздкий автомобиль, как железная гора, неумолимо надвигался на жертву. Он уже видел жгучую панику в ее лучистых глазах и прикушенную до крови губу. Девушка задрожала всем телом, покачнулась, и ослабевшие ноги ее подогнулись. Словно безжизненный куль, рухнула она на дорогу, прямо под колеса несущегося рычащего зверя.
– Ах, ты… вот незадача. А ну стой! – гаркнул водитель, изо всех сил давя на тормоза.
Машина всхрапнула и замерла, будто бы послушавшись властного оклика. Непреодолимая сила вышвырнула парня наружу и, не думая ни о чем, он бросился к девушке. Вокруг той уже собирался народ.
Замерев в позе эмбриона, она ожидала смертельного удара. Вот-вот, сейчас все закончится. Не будет больше душевной боли, исчезнут терзания, страхи, воцарится безмятежный покой. Она еще ждала окончаний мучений, когда кто-то бесцеремонно вторгся в ее угасающий мир.
– Эй, ты жива?! – взволнованный голос заставил ее напрячься и распахнуть мокрые от слез глаза. Сначала она увидела ёлочку, ту самую, из супермаркета. Ёлочка лежала на дороге перед самым ее лицом и весело ловила на себе сверкающие блики. «Я уже в раю?» – подумала Алина, но в ответ услышала нервный смешок.
– Если так, то я ангел, – оказывается, она произнесла это вслух.
Девушка, протянув дрожащую руку, быстро схватила игрушку и попыталась подняться. Сильные руки подхватили её и помогли убраться с дороги. Собравшаяся было в ожидании крови и зрелищ толпа, не получив желаемое, недовольно рассосалась.
Ноги все еще подрагивали, а адреналин, бушевавший в крови, будоражил юную душу.
– У тебя крыша поехала? Нахрена под колеса бросаться? Не девушка, а прямо стихийное бедствие! – осознав, что опасность позади, волна жгучего раздражения затопила Егора. Опять эта пигалица испортила ему планы. Сейчас бы уже к дому подъезжал, а теперь… Он растерянно оглянулся. Да, так и есть, таксиста и след простыл.
Алина подняла виновато глаза и с головой окунулась в штормовое морозное море. От удивления, она, казалось, потеряла дар речи.
– Ты? – только и смогла выдавить девушка, настороженно отступив от Егора.
– Я. А ты ожидала волшебного ангела в сияющих доспехах? Спешу разочаровать тебя! Я, это я! И мне снова придётся искать где-то такси. А ведь уже половина одиннадцатого! – небрежно он постучал по рукаву в том месте, где когда-то давно все носили часы. Девушка поймала себя на мысли, что стоит и любуется привлекательным парнем. Щеки его раскраснелись, еще четче обозначив широкие скулы. Стальные глаза в обрамлении по-девичьи длинных ресниц полыхают праведным гневом. Пухлые губы, пар изо рта, снег на ресницах… Алина сморгнула.
– Эй, алё, ты меня слушаешь вообще? Ты что, пьяная? – озарило Егора. Волна возмущения бурным каскадом накрыла Алину, и она злобно вскрикнула.
– Да пошел ты! – как он мог ей понравиться? Такой же заносчивый, как и все. А она, дура, глаза вылупила. Разомлела. И, не глядя больше на что-то кричавшего ей вдогонку парня, круто развернулась и пошла прочь. На щеках жгли дорожки злые горячие слезы.
***
Да что она себе возомнила, малявка надоедливая?
Буря в душе парня не угасала, а, казалось, наоборот набирала обороты. Испортила ему весь день и чуть не сделала убийцей. Но тут он, конечно же, преувеличил. Все-таки за рулем был не он. А таксист тоже хорош. Вместо того, чтобы помочь, поспешно смотался. И что теперь? Егор провожал взглядом девчонку, а в душе разрасталась колючая боль. Надо б догнать, познакомиться. Парень застыл, мгновенно осознав, насколько ему было легко и спокойно в обществе девушки. Куда-то исчезла природная скромность, стеснительность. Он был с ней был раскован и дерзок. Не краснел и не бледнел, как со всеми, а являлся самим собой. И это волшебное чувство вскружило буйную голову. Может, это судьба? Почему бы и нет, сейчас время чудес! «Необходимо догнать ее!» – вскинулся парень, но девушка растворилась в сиянии огней… В надежде на новую встречу, Егор поспешил за ней вслед.
***
Дед Мороз, подкрутив седой ус, усмехнулся довольно. Один уже поверил. А Алина?
Глава 4
Бурлящие чувства отхлынули так же внезапно, как и накрыли. Да что с ней такое? О чем же еще ему думать, когда она, словно старая кляча, сама плюхнулась под колеса? И надо ж такому случиться, что в автомобиле оказался вновь он. Прямо Рок какой- то. Естественно, первое о чем он мог подумать, что пустоголовая курица решила покончить с собой. А то, что она не хотела, а просто застыла от ужаса, никому ж не докажешь. Да и не обязана она объясняться перед навязчивым незнакомцем. Так почему же при мысли о нем сердце панически бьется и взгляд застилается розовой пеленой?
Смотрит она в карусель отражений, на разляпистые лица прохожих, на цветную мешанину одежд, а чудятся ей серые с искринкой глаза, пухлые чувственные губы, чуть вздернутый нос и широкие острые скулы.
Боже, да что это с ней? Она же его едва разглядела, а уже ловит размытый образ в каждой витрине. Алина со злостью тряхнула копной рыжих волос. Надо было все-таки надеть шапку, не май месяц, и уши уже отмерзают.
Пойти, что ли, в кафешку погреться?
Вот и она, та самая, в которой они с Максом любили подолгу зависать, греясь в теплых лучах люстр в солнечно-желтых абажурах. Маленькая уютная забегаловка с круглыми столиками, накрытыми клетчатыми скатертями, навевала атмосферу домашнего уюта. Так легко было расслабиться за этим широким панорамным стеклом. Ностальгия волной захватила романтическую душу Алины. Снова всплыли былые надежды и боль расставания. Глаза, защипав, повлажнели, и она, не раздумывая, повернула назад, тут же врезавшись в чью-то широкую спину.
– Ой, – споткнувшись, прохожий едва не упал и с негодованием обернулся. Девушка в замешательстве застыла, суетливо ища взглядом пути спасения.
– Аккуратней нельзя? О, а ты что здесь делаешь? Одна? – острым ножом этот голос пронзил сжавшееся сердце. Замерев трепетной оленихой перед охотником, Алина мгновенно вспыхнула до самых корней. Ведь только что вспоминала, только думала о нем, и вот тебе раз!
– Максим? – опешила девушка, поднимая глаза, натыкаясь на насмешливый коровий взгляд. Яркая длинноногая блондинка в коротком полушубке вальяжно повисла на руке кавалера, а тот и не жаловался. Негодование промелькнуло во взгляде Алины: так вот на кого променял ее он. На расфуфыренную куклу? Конечно, куда ей, такой мелкой и хрупкой, с ее рыжим пятнистым лицом, против жемчужной бледности этой девицы. Как могла она думать, что Макс ее любит? Как могла так мечтать, идиотка. «Но нет, – сжала до хруста костей кулаки, – я не доставлю им удовольствие, не расплачусь здесь перед ними». Глаза ее виновато забегали, ища, за что зацепиться, а Макс выжидательно смотрел прямо в душу. Девица занервничала. «Наверное, копыта замерзли, вон какие длинные, еще и в капронках, чай не май месяц», – промелькнула злорадная мысль.