Андрей Скоробогатов – Трон галактики будет моим! Книга 7 (страница 8)
Принял третий звонок. И там прямо-таки орали.
— Я от Олдриных! Спешим вам на встречу! Здравия желаем, господин граф! Постараемся обойти строй Ганзоригов! Сейчас мы вас проводим к лифту!
— Вот прямо так просто проводите? Меня тут досматривать собрались.
— К… как так досматривать? Они обычно никого не досматривают. Погодите. Я ушёл посоветоваться.
И сбавили ход корабли.
Напряжённенько. Где-то на периферии шли диалоги. Октавия с Андроном спорили на тему того, можно ли по-быстрому написать вирус, который проникнет через защиту кораблей Ганзоригов и позволит Октавии, высшему серву, подчинить их разумы. Илья с Максом раздавали приказы гианцинтовой пехоте занять позиции у прибортовых отсеков. Капитаны и разумы других кораблей договаривались менять строй, выстраиваясь в защитную звёздчатую позицию по трём осям с промежутком в километр, чтобы иметь охват из всех орудий…
Так. Это чего это они в боевой порядок встали? А, ну так это же я сам отдал приказ, нажав соответствующую кнопоньку на капитанском мостике.
Отлично. Незнакомый ковбой, вошедший в салун с бандитами, достал из кобуры трёхсотвосьмидесятиствольный кинетический револьвер и целится в них всех разом!
И ведь, что характерно, этот манёвр оказался успешным.
Досмотровая группа остановилась примерно в десятке километров от нашего тесного строя. Тоже встала в боевой порядок. Корабли Олдриных до нас так и не долетели. И барон Строганов-Сапегин так и не перезванивал.
Ещё спустя минуту один здоровый, немолодой линкор Ганзоригов сдвинулся с места и начал менять орбиту в нашу сторону.
— О! Так это же Яшка! — воскликнул Принц Евгений. — Катафалк ржавый. На ходу ещё. Мы с ним один раз знатно поцапались у лифта на Восточной Пангее.
— Знакомый, значит. А ты можешь спросить у него, чего они к нам лезут?
— Не удивлюсь, если это он из-за личных счётов решил. У Ганзоригов корабли часто на свободном выпасе. Капитан сидит в рубке и играет на варгане или домбре, а корабль сам решает, куда идти — как вольный конь в степи.
Вольный конь. Конь-то старый, наверное. Маразматичный даже. Мы сейчас этого коня стреножим, подумалось мне. Как минимум — замедлим. Нам ведь надо-то всего лишь ещё минут пять, и всё само разрулится, ведь так? Ведь так же, да?
Я призвал энергию большого взрыва. Сконцентрировался. Внутренний экран дал нужную наводку, координаты и увеличение.
А затем я ударил ударной волной.
Легохонько. Лёгкий такой щелбан дал по правому маршевому двигателю. Ротор-плазменный двигун кашлянул и ушёл в ошибку. Корабль плавно повело в сторону, здоровяк зарыскал носом, и тут же заверещал канал связи.
— Ты что себе позволяешь, придурок! — истерил запасной наследник Тенгиз Угэдеевич, красный от ненависти. — Ты совсем берега попутал, чернь герберская! Мы же тебя сейчас на кварки разберём!
Ну, когда ко мне так обращаются — самое верное решение перенять манеру общения.
— А ну, иди сюда, засранец вонючий, мать твою, решил ко мне лезть? Попробуй меня на кварки разобрать, я сам тебя на кварки разберу, наследник хренов, мерзавец, негодяй, гад!
А рука демонстративно легла на гашетку с залповыми рельсотронами.
— Саша, не надо!!! — завопила Октавия.
Кажется, это второй или третий раз за всё время, когда она меня для быстроты называет «Сашей». Потом ещё извняться полчаса будет.
Да не. Я спокоен, я меры знаю. Я не жахну.
Я ждал. Долгие пять секунд.
Связь оборвалась. И появился новый запрос на звонок.
Видео не было.
— Угэдей Четырнадцатый у аппарата, хозяин всего этого беспорядка. Граф Александр, рады приветствовать на орбите. Вы, как я понимаю, в гости к Олдриным, ведь так? Я так понимаю, по наследным делам?
— Рад приветствовать Угэдея Четырнадцатого, патриарха дома Ганзоригов. Насколько я понимаю, произошло некоторое недопонимание? Я собирался расположить нашу флотилю на двух лифтах в Административном Регионе. Флот Олдриных готов нас встречать. До того, как ваш наследник попытался взять нас на абордаж — у нас и мысли не было вступать с вами в открытое противостояние в космосе.
— Понимаю, понимаю, — вздохнул Угэдей Четырнадцатый. — Я уже провёл с ним краткую воспитательную беседу. Это мой шестой сын… очень, очень старательный малый. Предлагаю считать конфликт исчерпанным, как думаете?
— С радостью соглашусь с вами, — кивнул я. — А теперь разрешите мне проследовать к лифту, я за две недели только один раз сходил на твёрдую поверхность, уже соскучился по гравитации, знаете ли.
— Ну-ну, граф Александр. Не стоит так раздражаться. Понимаю, неприятно. Тут у нас флотские манёвры, знаете ли. Так совпало. Я наслышан, что вы успешно воевали с Ложными Кочевниками?
— С кем? — переспросил я.
— Вы называете их «Ордой», но мне больше нравится имя «Ложные Кочевники», Этим названием мы не оскорбляем дань предков, смешивая мир хрящезадых с древними традициями. Давайте мы с вами сядем у меня в юрте, скажем, послезавтра? И вы мне подробно расскажете, как обстоят дела на Гербере. А я расскажу о себе.
— Да, с радостью приму ваше приглашение. Вышлите точный адрес и согласуйте с моими людьми протокол визита.
— До скорой встречи, граф Александр.
Очень, очень мудрый человек, подумалось мне. Конечно, я согласился. Не только потому, что за минуту с небольшим он разрядил назревавшую ядерную бойню на орбите бывшей имперской столицы. Не потому, что мне так понравился его флот.
Я согласился встретиться, потому что вероятного врага лучше знать в лицо. Мне уже захотелось, чтобы он перестал мне казаться врагом, но позволить этого себе я пока не мог.
Не мог, потому что две недели назад мне пришло письмо от Лу, в котором она сказал, что моему сыну угрожает опасность. И самой очевидной причиной этой опасности был патриарх Ганзоригов.
Если выбирать между шикарным союзническим флотом из трёхсот восьмидесяти кораблей и жизнью моего ребёнка — пусть бастарда, пусть от нелюбимой женщины — я выберу ребёнка. Без вариантов.
Итак, проблема пока не разрешилась. Но первый шажок был сделан.
«Песецъ», «Принц Евгений» со мной и яхта Иоланты пошли на сближение. Остальные три корабля, включая Сирот Войны, ушли на дальние орбиты. Мы решили, что они всё-таки будут дежурить на орбите и стыковаться по очереди.
Полчаса ушли на выравнивание орбит и стыковку с лифтом Олдриных в самом центре Административного Района. Оживлённого, гигантского, с того самого, с которого мы стартовали с сухогрузом.
— Ну, как, Женя, чувствуешь приятную ностальгию. Ты же отсюда вылетал на мои поиски? — спросил я корабль.
— Отсюда, — вздохнул разум корабля. — Не очень-то приятная ностальгия. Обычно я стыковался в самом нижнем ярусе, тот ещё клоповник. Видите, кэп, какие корыта там стоят. Это сейчас мне красная ковровая дорожка на верхнем ярусе доков. Вы бы слышал, что мне сейчас мои бывшие братцы по флоту прислали…
— Ну, включи.
И он запустил голосовую связь.
— Ах ты мажор! Изменник! Свалил куда-то в жопу мира! А нам теперь тут одним лифт прикрывать! Засранец! Перебежчик.
— Капитан твой обрюхатил эрц-графиню, значит, всё можно, да? Вот придурок! Помпаж тебе на все двигатели!
Ну, и в этом роде. Завидуют! Это хорошо. Но я был уверен — никто ничего плохого Евгению не сделает. Размен был верный и справедливый. Олдрины мне — корабль, я Олдриным — генетический материал.
А красная ковровая дорожка после спуска на лифте действительно нас ждала.
Я даже не ожидал, что на прилифтовой площади можно было навести такое правдоподобное подобие порядка! Разбитые недореставрированные фасады завесили баннерами и голограммами, улицы подмели, вывели городскую гвардию местных олдринских легавых…
И оркестр. И тысячи репортёров. И, наверное, полмиллиона жителей руин Административного Региона, плотно облепивших все соседние улицы и высотные здания.
Ну я же просил без лишней помпы! Впрочем, раз Ганзориги всё равно всё поняли и так вот нас встретили…
Ну, а встретил меня лично Матвей II Вильямович Олдрин. Глава рода. Дедушка ЛуВ.
Он поклонился. Низко поклонился, несмотря на немолодой возраст и статус. Крепко пожал руку, провёл к длинному представительскому лимузин-глайдеру и предложил присесть. Он был одним из немногих на планете, кто реально знал моё имя, вспомнил я.
И реально знал, что я являюсь Героем Империи. Видимо, поэтому просто не мог отказать себе в удовольствии встретить нас подобным образом.
— Ваше сиятельство… Поехали в замок, Александр Игнатьевич. Лу, внученька моя, вас очень заждалась…
Глава 5
Маркиза — маркиза, маркиза Цефелота
Иоланту встретила дочь графа, Сакура Олдрина-Акияма, мать Лу. Я уже знал, что она представитель древнего рода с планеты Цундере, из одной из самых древних и самобытных Центральных систем. Но, увы, из какой-то очень сильно-младшей ветви. Да будь она даже и из старшей — более-менее нормального флота, наземной армии и спецназа у их рода всё равно не было.
Они ехали сзади, на нашем парадном лимузине, мы — спереди, на лимузине графа.
Почетный конвой из глайдербайков, рой мелких дронов сопровождал нас по всему пути, обозначая контуры процессии.
Мы ехали в Куб. Куб — это такой замок-бастион Олдриных, прямо в центре чудом уцелевшего лесопарка посреди развалин Административного Региона. Ну, на самом деле, кое-где по сторонам, как я мог заметить, уже были не развалины. Вполне себе целые небоскрёбы, кое-как заделанные, даже с голографической рекламой. Жиденькие телеса башенных лесов и прочая строительная техника. Да, пытались они что-то чинить, пытались. Но между всем этим — бесконечные многоэтажные бараки и трущобы, построенные поверх развалин из всего, что под руку попадётся. Чем-то мне это напомнило кадры из фильмов про Африку из Пантеона — что-то неуловимо похожее.