Андрей Скляров – Опасное наследие богов (страница 58)
Обратимся теперь за очередной подсказкой к мифам...
«...еще в 1876 году Джордж Смит в своей публикации сообщал о том, что в библиотеке Ашурбанипала в Ниневии был найден “поврежденный текст части версии легенды о Вавилонской башне”... Этот текст, несомненно, является аккадской версией шумерской легенды о Вавилонской башне, и из нее следует, что события эти произошли не по вине людей, а по вине богов. Люди были только орудием в борьбе богов за власть. В первых строках представленного Джорджем Смитом текста, переведенного заново У.-С.-К. Бо- скауэном в “Истории общества в библейской археологии” (том V), указывается имя виновника случившегося, которое, однако, так и не удалось прочитать из-за повреждения таблички. Этот бог вынашивал в сердце “думы недобрые, против Отца Богов (Энлиля) замыслил он зло”. Чтобы исполнить свой коварный замысел, “совратил он людей Вавилона на грех”, убедив их “великое и малое смешать на холме”.
Когда об этом строительстве узнал “господин Чистого Холма” — так в “Мифе о скоте и хлебе” именовался Энлиль, — он “Небесам и Земле молвил... Он вознес мольбу к Господину Богов, Ану, отцу своему; молил он дать ему совет. Тогда же обратил он (сердце? мольбу?) к Дамкине”...
В части текста... которую удалось разобрать, рассказывалось о попытках Энлиля отговорить мятежников от задуманного... В последнем столбце мы читаем, что, “когда богов остановить не смог”, у Энлиля не оставалось иного выбора, как только применить силу. “И их твердыню, башню в ночи до основания разрушил он. И в гневе повелел рассеять их по свету. Он приказал нарушить планы их... Их он остановил”. Древний месопотамский писец так заканчивает печальное сказание о Вавилонской башне: из-за того, что они “против богов восстали непокорно, оплакивать пришлось им Вавилон; и были горьки их рыданья”» (3. Ситчин «Войны богов и людей»).
С одной стороны, ничто прямо не указывает на то, что приведенная цитата имеет непосредственное отношение к упомянутой волне драматических событий, потрясших громадную территорию. А с другой стороны, никакая здравая логика не мешает нам это допустить... Зато мы получаем некий «универсальный ключик», позволяющий приоткрыть массу «заветных дверок»...
Во-первых, данная версия мифа о Вавилонской башне переводит акценты с неких «прегрешений» людей на «внутренние разборки» самих богов.
Конечно, легче чувствовать себя безгрешным, хотя полного «снятия вины» и не получится. Как следует даже из данной версии мифа, люди не были простыми сторонними наблюдателями, а принимали живейшее участие в происшедших событиях. Только «вина» их в том, что по крайней мере часть из них выступила в этой «божественной» междоусобице «не на той стороне»...
Во-вторых, именно эта версия мифа о Вавилонской башне связывает воедино многочисленные мифы и предания о так называемом конфликте богов («войне богов», «борьбе сил добра против сил зла» и т.п.), существующие на всех континентах, не только между собой (здесь они итак явно связаны), но и с последствиями этого конфликта для людей, находящими зримые археологические и исторические подтверждения.
И в-третьих. Ранее мы уже указывали на то, что совокупность мифов о возникновении «разных языков» выводит события мифа о Вавилонской башне за рамки узкой региональной ограниченности. Такое же «преодоление региональной ограниченности» мы получаем и при соотнесении событий упомянутого ранее масштабного «периода хаоса» с «войной богов», мифы о которой существуют во всех регионах, охваченных этим самым «периодом хаоса»: от Индийского океана до побережья Балтики. Более того, если вспомнить о наличии соответствующего пласта американских мифов о войне между богами — Кецалькоатлем и Уицилопочтли, — то «региональная ограниченность» мифа о Вавилонской башне преодолевается полностью: последствия событий сказались на всем человечестве...
Мы не будем в данной статье останавливаться на теме войны богов. Она не просто большая, она — огромная, и требует даже не отдельной статьи, а полновесного трактата. Тем более, что многие аспекты этой темы уже проанализированы целым рядом исследователей. Желающим автор лишь рекомендовал бы ознакомиться прежде всего с книгой Захария Ситчина «Войны богов и людей» и с соответствующими частями «Тайной доктрины» Блаватской. Автор во многом не разделяет выводов и Ситчина, и Блаватской, но все-таки считает; что именно у них данная тема анализируется наиболее глубоко и интересно...
Здесь же мы лишь вскользь затронем некоторые аспекты конфликта богов. И прежде всего для нас будет иметь значение причина этого конфликта.
Только ли борьба за власть, как это утверждается в приведенной версии шумерского мифа, лежала в основании всего?.. Последствия заставляют сильно усомниться в этом.
Если борешься за власть, то подразумевается, что после этого будешь властвовать над кем-то, и это будет тебе что-то давать. Тогда какой смысл в таком тотальном разрушении (по крайней мере, всей системы хозяйствования), которое наблюдается в Европе и Индии (а по некоторым косвенным данным — ив Америке)?.. Очень маловероятно для столь обширных регионов, чтобы это было результатом лишь «досадной случайности войны»...
Если «вина» людей сводилась лишь к их поддержке одной из противоборствующих сторон, то победившей противоположной стороне также не было никакого смысла в этом тотальном разрушении, — достаточно лишь примерно наказать виновных или просто уничтожить их. Ведь даже войны на уничтожение XX века (автор имеет в виду политику как нацистской Германии, так и сталинского режима на завоеванных территориях) не сопровождались полным уничтожением экономики.
Автор склонен согласиться с выводом Блаватской о том, что за борьбой «добра» со «злом» стояли прежде всего глубочайшие мировоззренческие (а следовательно, и идеологические) разногласия. И это была не просто борьба за власть, а жесточайшая «гражданская война» представителей двух антагонистических идеологий за господство, война на истребление противной стороны.
По Блаватской (не вдаваясь в подробности): одна сторона сделала ставку на познание (сегодня бы мы сказали, на интеллектуальное или научное познание), а другая — на веру. Результат в общем-то известен: победили те, кто ставил на веру. Естественно, что победитель именно себя объявил «добром», а побежденного «злом». Вряд ли он поступил бы иначе... В результате в мифологии и сложилась парадоксальная, на первый взгляд, ситуация: «злые боги и Змии (Драконы)» дают людям знание, а «добрые боги» призывают людей к слепой вере. Недаром даже в том же Ветхом Завете так называемый «первородный ipex» человека сводится к нарушению запрета «доброго» бога и вкушению плодов «древа познания», на что Адама и Еву толкает «злой» Змий... (Подробнее на эту тему все-таки см. Блаватскую.)
Автор вполне понимает; что, затрагивая тему «добра» и «зла» в таком аспекте, вызывает в свой адрес явное неудовольствие приверженцев веры. Однако без этого нельзя разобраться в том запутанном клубке внешних противоречий мифологии, в котором боги предстают то в виде добрых и благосклонных помощников людей, то требуют от них беспрекословного слепого подчинения, жестоко карая за малейшую провинность.
На деле же более внимательный взгляд способен выявить в этом «клубке противоречий» довольно ярко выраженную хроно- логическую последовательность двух вполне самостоятельных пластов.
Первый пласт связан с так называемыми богами-цивилиза- торами. Именно они помогают человечеству преодолеть последствия Потопа, обучают ремеслам и дают основные знания. Другой же пласт мифов ставит акцент на предназначении людей служить богам. Как видим, мотивация в этих двух пластах имеет прямо противоположную направленность. При этом второй пласт начинает доминировать именно в более поздних (!) мифах. И именно «подход Блаватской» (назовем его условно так) позволяет логично объяснить такую странную последовательность двух пластов мифологии и противоречивые требования богов (то они сами дают людям знания, то запрещают ими пользоваться под угрозой наказания вплоть до смерти; сначала запрещают человеческие жертвоприношения, а затем, наоборот, — начинают требовать как можно больше крови и т.п.).
Следует отметить, что здесь автор опирается преимущественно именно на более ранние варианты мифов и преданий, а не на более поздние, которые явно носят следы «идеологической корректировки»...
Но вернемся к теме...
Итак, «первая волна» богов дает людям «джентльменский набор» цивилизации. Дает вместе с определенными знаниями, в число которых входит и пиктографо-иероппифическая письменность. Но чем в таком случае является письменность?.. Она оказывается чем-то большим, нежели просто «умением писать и читать», и даже большим, нежели средством коммуникации. Она оказывается ключом к знаниям самих богов!!! Именно таковой неизбежно должна была стать универсальная, понятная всем письменность, которую боги передают людям вместе с другим знанием. Письменность, которая является «языком» богов!!!
И если «первая волна» богов явно стремится добиться подъема человеческой цивилизации до своего уровня (своего рода «прогрессорская деятельность», хорошо описанная Стругацкими) и не видит в этом ничего «плохого», то у «второй волны» на это прямо противоположный взгляд. Стремление людей приобрести «знание богов», подняться «до уровня богов», «сравняться с богами» и т.п. в глазах «второй волны» богов представляется как покушение на их монополию, на их власть над людьми. Так чем же это может называться на их языке как не «прегрешением» и «гордыней»?.. Не правда ли, тот самый мотив, который мы видим в более поздних (в том числе и в библейской) версиях мифа о Вавилонской башне?!.