Андрей Сизов – Грандиозная история. Часть вторая (страница 31)

– До встречи.

Вернер быстро вышел из подъезда и стремительно пошёл к своей машине. Когда он подошёл к ней, то с удивлением обнаружил, что задняя дверь была открыта. Удивление быстро сменилось на испуг, просто потому, что он не открывал её от слова совсем. Он до конца отворил её и визуально осмотрел салон, но ничего подозрительного не обнаружил. Он, конечно, изрядно перепугался, когда начал прокручивать в голове самые жуткие домыслы, что бы это могло означать. Вернер, сильно вспотев, захлопнул дверь и сел на водительское сиденье. Совершенно ни о чём не подозревая, он спокойно завёл двигатель и спустя некоторое время тронулся с места.

Хоть он ничего и не заподозрил, но предчувствие чего-то очень опасного его не покидало. На самом деле ему было о чём беспокоиться, поскольку следивший за ним всё это время Мясник прикрепил под переднее кресло маячок, который передавал GPS-сигнал ему на телефон. Теперь он видел, где находился в тот или иной момент времени Вернер. Странно, что Николай не проверил досконально салон своей машины. Ведь у него было очень хорошее чутьё, так почему он внезапно сделал такой грубый просчёт? Совсем было неясно, почему Вернер повёл себя так в данной ситуации.

Николай проехал на своём Ягуаре через шлагбаум и вскоре выехал на основную дорогу, а следом за ним через некоторое время поехал и Евстигнеев. Вернер не заподозрил хвоста за собой и спокойно продолжал лететь по окружной трассе на достаточно большой скорости. Мясник уже начинал нервничать, поскольку он ехал медленно по сравнению с преследуемым, и ему стало казаться, что он потерял Николая из вида. Его выручало лишь то, что машину Николая он всё время видел на карте, и только так Мясник продолжал ориентироваться.

Внезапно Мяснику на помощь пришла гигантская пробка на автотрассе, буквально недавно образовавшаяся из-за большого потока машин. «Чёрт подери, очередная пробка!» – возмутился Николай. Он думал свернуть куда-то, но это совершенно не представлялось возможным, поскольку деваться было некуда, всё-таки это была огороженная с двух сторон трасса. «Ладно, подождём…» – подумал вновь Николай и принялся доставать из бардачка машины бутылку с минеральной водой, ему жутко хотелось пить. И в каком-то смысле он был благодарен тому, что у него появилась возможность утолить свою жажду.

Тем временем Мясник нагнал его, но всё равно не смог его обнаружить. Здесь всё дело было в том, что их обоих отделяло несколько машин, из-за этого Евстигнеев не видел его. Мясник посмотрел в свой навигатор и к радости для себя обнаружил, что пробка-то растянулась на три километра. И вот тогда он понял, что у него есть время, чтобы выйти из машины и убить ничего не подозревающего Вернера. Он быстро отстегнулся от ремня безопасности, открыл дверь и выскочил из машины.

Поскольку Вернер остановился в правом ряду, то Мясник на всякий случай пошёл вдоль полосы слева. На ходу он зарядил свой пистолет-пулемёт и затем снял с предохранителя. Пока он подходил к Вернеру, тот включил музыку в телефоне на полную громкость и наслаждался последними в своей жизни минутами хорошей ретро-музыки. В тот момент, когда у него заиграла мелодия под названием Riddle, Мясник вплотную подошёл к его машине и расстрелял Николая, целясь в грудь и в голову. Тот замертво, весь в крови, повалился на соседнее сиденье с пространным взглядом в глазах, смотревших куда-то наверх.

Убедившись, что тот умер, Мясник наклонился через разбитое окно и достал из кармана брюк убитого драгоценный пистолет, подаренный Александром Букки. Евстигнеев решил преподнести сей кровавый дар своему шефу. Ну что сказать, типичный моральный урод. Если внимательно приглядеться, то можно обнаружить, что в чём-то такое поведение было очень уж похоже на древние ритуалы у язычников, которые совершали жертвоприношения своим богам. Так и здесь, Евстигнеев решил преподнести в дар своему «божеству» столь дорогой подарок. Ему это, конечно, здорово аукнется, но об этом Мясник ещё не догадывался. Он взял пистолет и положил его к себе в карман. Под шумные крики и вопли, что раздавались среди перепуганных до смерти автолюбителей, кто-то из них даже умудрился побросать свои машины и убежать куда глаза глядят. Но циничного Мясника это нисколько не смутило, и он спокойно прошёл к своей машине и сел в неё.

III

Дмитрий Владимирович, в тот момент пересекавший российско-эстонскую границу, ещё не подозревал, что один из его лучших друзей был дерзко убит прямо в своей машине на глазах у множества водителей и долгое время оставался лежать в луже крови. Если бы Кац это узнал, то был бы точно шокирован столь беззастенчивым нападением на своего друга, которого он очень уважал, как настоящего современного рыцаря. Но, видимо, для Вернера и была уготована такая преждевременная смерть. Николай хоть и обманул смерть, когда его застрелил Борис Букки, но смерть всё равно придёт за своим рано или поздно. В общем, как это было продемонстрировано в одном из кинофильмов, где главные герои сначала чудом увернулись от смерти, и как потом она забирала каждого из них, несмотря на все препятствия. Здесь, видимо, был абсолютно идентичный случай.

Мясник в чём-то, кстати говоря, облегчил задачу городскому МВД. Ведь теперь им нужно было разыскать не трёх фигурантов, а уже двух. Примерно в половину первого, то есть через десять минут после убийства Вернера, Курикин и Петрович на такси прибыли в аэропорт. К тому моменту до их вылета оставалось чуть больше двух часов. Курикин вытащил из багажника свою сумку на колёсах и, выдвинув рукоять из механизма, повёз её за собой. А рядом с ним пошёл Петрович. Однако, у него в отличие от Курикина не было никакого багажа. У него с собой был лишь чемодан, в котором хранились все его документы, включая липовые. Хотя поддельные документы ему вряд ли помогут, если полиция будет искать его. Входя в здание терминала, Петрович вдруг спросил у него:

– Зачем тебе столько вещей? Ты, что, в кругосветку отправляешься? – подколол он своего друга.

– Слушай, Петрович, это не твоё дело! Ты за собой лучше следи.

– Так всё-таки, зачем ты насобирал себе такой гигантский багаж?

– Захотелось мне так.

– Ладно.

– К чему вообще эти вопросы?

– Да просто интересно. Мало ли…

– Я бы на твоём месте больше беспокоился о том, что сюда может нагрянуть полиция и арестовать нас.

– Не боись. Всё обойдётся. Увидишь.

– Я бы не был так уж уверен.

– Ну, скажи мне, с чего ты взял, что нас найдёт полиция? У них полно своих дел помимо нас с тобой. Ты, что, думаешь рядовые сотрудники МВД будут пытаться найти нас? Это смешно. Они наверняка поглядели на то, как мы расправились со спецназом, и им скорее всего расхотелось ловить нас. Так что я не думаю, что они горят желанием заниматься этим делом. Уж поверь, я знаю точно.

– Мне бы твой оптимизм… Ладно, посмотрим.

Курикин на входе обратился к одному из сотрудников аэропорта, чтобы тот запечатал его сумку специальной защитной плёнкой. Когда сумка была запечатана, он взял её и немедленно ушёл. Затем они с Петровичем где-то час простояли на утомительной регистрации. Странная, конечно, процедура, а, главное, абсолютно лишённая всякого здравого смысла. Впрочем, не суть. Затем они сквозь многочисленную толпу прошли в зал ожидания и уселись на двух свободных местах. До того как их самолёт должен был взлететь, оставалось примерно сорок-сорок пять минут. Как ни странно, они, уже вовсю находясь в розыске, абсолютно обыденно прошли через регистрационные процедуры. Видимо, их ещё не успели внести в регистрационную базу служб аэропорта.

– Видишь, нас никто не ищет. Мы никому не нужны. – успокоил Петрович Курикина. – Я же тебе говорил.

– Надо всё равно быть начеку. Я-то знаю, как оно бывает. Быстро и неожиданно. – Курикин посчитал, что пока рано расслабляться и что стоит ещё ожидать возможных сюрпризов.

Через двадцать две минуты всем пассажирам, которые ожидали самолёт в зоне вылета, был подан звуковой сигнал со словами: «Уважаемые пассажиры рейса! Просим вас проходить к автобусу номер четыре. Спасибо за внимание!» Проснувшийся от этого Курикин внезапно обнаружил, что Петрович куда-то запропастился. «Куда ж он девался?! – подумал он в мыслях и крикнул: – Петрович!» Однако, тот не отозвался, только другие пассажиры недоумённо переглянулись и стали что-то обсуждать, показывая на Павла. Курикин почему-то решил, что Петрович уже вышел наружу и направился к автобусу. «Точно! Он пошёл туда».

Выйдя вместе с толпой пассажиров на улицу, Курикин увидел садящегося в автобус Петровича и облегчённо вздохнул. Он узнал его по кепке. Вскоре все пассажиры рейса сели в автобус, и шофёр повёз их к самолёту, который относительно недавно приземлился. Это был Airbus A350, рассчитанный на триста с лишним пассажиров. Пока они ехали, Курикин вдруг понял, что тот мужик, которого он принял за Петровича, оказался каким-то незнакомцем, нацепившим на себя похожую кепку. «Зараза, это не он!» – чуть слышно проворчал Павел и начал разглядывать пассажиров. Стоило ему случайно выглянуть из окна, то к своему ещё большему ужасу он увидел как с противоположной стороны аэропорта в сторону самолёта ехало несколько машин полиции с воющими сиренами.