Андрей Шварц – И сгинет все в огне (страница 69)

Она смеется от чистого сердца, первый раз за то время, что я ее знаю.

– Никогда, даже в самых безумных мыслях я не думала, что ты можешь сделать что-то такое, – отвечает она. – Нет. Я выбрала тебя, потому что ты мне нравишься. – Затем она смотрит на меня, и в этот момент она выглядит на десяток лет моложе, на десяток лет более ранимой, с глубоким чувством меланхолии от старой раны. – И потому что у тебя отцовские глаза.

Мгновение повисает в воздухе, длинное и звенящее, неописуемое в словах.

– Профессор?.. – наконец спрашиваю я.

Но она отворачивается.

– Достаточно болтовни, – говорит она, отодвигая занавеску. – Полагаю, есть еще несколько людей, которые хотят с тобой поговорить.

Она жестом указывает на другой конец комнаты, и я вижу кого-то еще, девушку с черными волосами и янтарными глазами, чья улыбка мгновенно заглушает мою боль.

– Марлена, – произношу я, и она бросается ко мне в объятия.

– Ты жива. – Она хватает меня за руку и прижимает ее к губам, целуя снова и снова. – Хвала Богам, ты справилась.

– Я обещала, что вернусь к тебе, разве нет? – говорю я. – Я всегда держу слово.

Она наклоняется, целуя меня, и я запускаю руку ей в волосы, крепко ее обнимая, наполняясь чувством ее прикосновений, ее любви.

– Ты смогла. Ты правда смогла. Абердин, Мариус и Сенат… ты всех их одолела.

– Я бы не справилась без тебя. – Я провожу тыльной стороной ладони по ее щеке, и она поддается этому прикосновению. – Мы в этом вместе. Навсегда.

Затем раздаются другие шаги, несколько человек, идущие в мою сторону. Еще больше лиц вбегают в комнату, окружая мою кровать. Тиш. Зигмунд. Талин.

Калфекс уходит, закрывая за собой занавеску. Все мое тело до сих пор болит, но я заставляю себя подняться, потому что мне нужно их увидеть, всех их. Все улыбаются, Тиш плачет, и они плотно прижимаются ко мне, обнимаются, смеются, улыбаются. Марлена сжимает мою руку, Талин похлопывает меня по плечу, а Зигмунд так крепко обнимает меня, что Тиш приходится сдерживать его.

– Ты была невероятна, – говорит Талин, светясь от гордости. – Ты наваляла этому сукину сыну.

– Надрала ему зад, – гудит Зигмунд. – О да!

Тиш наклоняется, сжимая мое плечо, и я поднимаюсь, чтобы обнять их.

– Ты слышала, что случилось? Про войну? Про восстания? – Я киваю, и Тиш продолжает: – Моя семья возглавляет сопротивление на островах. Мы твои союзники в этой войне.

Зигмунд с гордостью ударяет кулаком себя в грудь.

– Велкшены тоже сражаются, снова, чтобы стать свободным народом. Ледяные волки дадут отпор. Наши клинки могут присоединиться к борьбе.

– Королевство Ксинтари формально соблюдает нейтралитет, – добавляет Талин. – Но мой отец написал мне, чтобы выразить глубокое восхищение моей ролью в разобщении Маровианской Республики, и что он всем хвастается, что всегда мечтал об этом для меня.

– Получается, ты в конце концов снискал славы.

Талин пожимает плечами с хитрой улыбкой.

– Забавно, как все оборачивается, когда делаешь правильный выбор.

– Вот и все, – говорю я, все еще пытаясь осмыслить происходящее. – Республика расколота.

– Ты сделала это, – говорит Марлена со слезой, бегущей по ее щеке, и, кажется, я тоже начинаю плакать, потому что не могу поверить в свою радость, в то, что я могу снова видеть ее, видеть ее в безопасности. – Ты изменила мир.

– Мы сделали это. Вместе, – говорю я. – И мы сделали это своим собственным способом. Ради нас.

– Ради нас, – повторяет она, крепко прижимая меня к себе. Она наклоняется, целует меня в лоб и проводит рукой по моей щеке. Я прижимаюсь к ней, смакуя ее прикосновение, взгляд ее глаз. – Ты заставила нас всех поволноваться во время дуэли. Я, правда, подумала там… на мгновение… Я думала, что больше не увижу тебя.

Зигмунд отрицательно крутит головой:

– Я всегда знал, что она победит. У нее сердце волка.

Талин улыбается:

– Не волка. Дракона.

– Самое важное сейчас – это то, что мы все живы, – говорю я им четырем, и теперь я точно плачу, даже при том, что смеюсь и улыбаюсь. – Мы живы, и мы вместе. Давайте будем ценить это.

Бывают такие моменты в жизни, когда я чувствую, будто я вне своего тела, не в настоящем, будто я смотрю на него, как старуха, через пелену времени. Бывают моменты, которые кажутся воспоминаниями, даже если они происходят прямо сейчас. Это один из таких моментов, которым я буду дорожить всю оставшуюся жизнь, момент спокойствия и любви, момент, который важен для меня.

Будущее неопределенно, неспокойно и непостижимо, будто в тумане. В нем будет боль, потери и тоска. Будет война, кровь и смерть. Но прямо сейчас, в этот момент, в этот вечный момент, у меня есть покой и безопасность, а рядом со мной люди, которых я больше всего люблю. У меня есть верные друзья. У меня есть девушка, которая смотрит на меня с безоговорочным принятием, девушка, которая видит меня такой, какая я есть, и не хочет ничего больше, чем быть со мной, девушка, поцелуи которой кажутся солнечными лучами. У меня есть все это. И всегда будет.

Я боролась против таких, как Абердин и Мэдисон, против институций Блэкуотера и Сената. Теперь же я буду сражаться за людей, которых люблю.

– Хорошо, – говорю я им, моей любимой, моим друзьям, моим союзникам, моей семье. – Мы сожгли старый мир. Теперь давайте же сразимся за новый.

Об авторе

Из-под пера Эндрю Шварца вышла трилогия «Королевские ублюдки» (Royal Bastards). Он получил бакалаврскую степень по английской литературе и русскому языку в Вассарском колледже. Он сотрудничает с Pixelberry Studios, которая занимается производством мобильных игр, таких как «High School Story», «Choices» и других. Эндрю живет в Сан-Хосе, штат Калифорния, со своей женой, сыном и двумя кошками. Больше информации можно найти на его странице в Twitter @Shvartacus.