Андрей Шопперт – Тринадцать (страница 41)

Из двери показался щит. Коська именно к такому появлению ворога и готовился, даже не сомневался, что этот Федька, если это он, прикроется щитом, собака. Парень даже решил подшутить над разбойником. Под елью валялся камень. Точнее полно камней. Так-то в лесу их не так чтобы насыпано, в основном по берегу реки встречаются, а сюда их кто-то и зачем-то принёс и под елью сложил. Камни были удобный — галька окатанная. Возможно, для пращи набирали. Ну, да не важно, расстояние всего метров шестнадцать — семнадцать до двери, и Касьян этот камень легко докинул. Тот брякнулся о щит, и шелом со щитом, уже показавшиеся из-за края земли, снова там в темноте исчезли.

Второй раз они показались минут через пять. Коська опять кинул камень, но в этот раз щит не исчез, продолжил подниматься. Ну, не сработал трюк второй раз и ладно. Кушать хотелось, поросёнок хоть и перестал подгорать, так как костерок почти угас, но источать запах жареного мяса не перестал, хотелось есть. Ужасно хотелось.

Вскоре весь тать вышел на площадку перед костром. Он закрывал голову и грудь круглым щитом, с какими викингов рисуют. Почти до колен на разбойнике была кольчуга, а с низу до колен надеты сапоги с металлическими полосками спереди и с боку. Весь защищён. Почти. Колени и часть ноги всё же были открыты. Да, цель невелика. Но ведь и расстояние небольшое. И его ещё можно сократить.

Коська свистнул. Бандит присел и часть мордочки из-за щита показал. На тате ерихонка с бармицей и стрелкой нос прикрывающей, так что только один глаз да кусок бороды показался из-за щита. Нет, парень перенацеливать арбалет не стал, метил в левое колено. Там ножны чуть прижимали подол кольчуги к ляжкам и площадь для прицеливания была на десяток квадратный сантиметров больше.

Глаз ворога Коську за стволом дерева увидел, и бармалей шагнул к нему, опять за щитом скрывшись, и ещё шагнул, и ещё.

— Пора! — партизан потянул за скобу.

— А! А! — бандит грохнулся на бок. Но молодец, щитом не перестал прикрываться.

Он что-то кричал про убью, что-то про расчленение, потом стал матом родителей Коськиных крыть, и, вообще, вёл себя недостойно. Парень его не слышал, точнее, не слушал, он перезаряжал арбалет. Ногу в стремя! Тетиву на себя, не спешить! В прорезь! Ногу из стремени. Руку в тубус, выхватить стрелу. На ложе в прорезь! Приклад арбалета к плечу.

Фух, теперь можно посмотреть, что там с бандитом. А ничего. Лежит на боку и рукой в латной перчатке пытается ухватить тонкую арбалетную стрелу, чтобы вырвать из своей ноги. И при этом продолжает орать и крыть матом всех подряд. Неужели помогает?

Куда тут можно стрелять. Витязь этот повёрнут к Коське спиной. Ног почти не видно. Кругом сплошное железо. Хотя. Правая нога хоть и согнута, но из-под подола кольчуги торчит. Видны синие штаны. Непорядок. Красными должны быть, а ещё лучше коричневыми. Парень прицелился и потянул за скобу. Вжик. Тетива шмякнула по железу, отправляя вторую стрелу в ноги бандиту. Хрясь. Впилась толстенькая в синюю ткань. Разбойник заорал и попытался через плечо кувыркнуться в сторону землянки. А не получилось. На пути был костёр с рогатинами для шампура и поросёнком. Сам костёр полупогасший и татю бы никакого вреда не нанёс, да и поросёнок не мог покарать убивца, помешали бандиту рогатки, вбитые в землю. Одна нога бандита упёрлась при кувырке в кол и кувырок остановился в центре костра, а сверху на матерщинника спикировал поросёнок.

Коська подхватил оба метательных ножа и прыжками преодолел расстояние до разбойника, упражнение «Берёзку» демонстрирующего. Метров семь осталось. Бросок в ногу. Попал! Ещё бросок, попал, но в железную полоску на сапоге, с лязгом нож отскочил.

Бандит опять заревел и попытался с «Берёзки» слезть. Получилось так себе. На пути к его счастью встала вторая рогатина. Они были не тонюсенькими веточками, а приличными такими сучками с метр высотой и сантиметров семь-восемь в диаметре и под большую тушку, чем мелкий поросёнок сгодятся. Нога татя попала в этот треугольник, куда шампур раньше был вставлен с поросёнком, и, продолжая выворачиваться, бандит перекатился на живот и сунул в угли лицо. Вот теперь штаны могли и коричневыми стать.

А Коська уже бежал к нему, на ходу вытаскивая меч из ножен.

Глава 26

Событие семидесятое

Ровно секунды не хватило Касьяну, чтобы воткнуть меч в… междуножие бандиту. Уже видел парень как входит клинок… ну, куда-то да входит, но в это время супостату удалось завершить кувырок. Нога отцепилась от рогатины, и тать сначала рухнул на бок, ногами засучив, а потом перевернулся на колени. Засучил он неудачно для Коськи. Железная полоска на наружной поверхности сапога отбила меч парня и пока он тормозил, чтобы и самому в костёр не вбежать, бандит встал на колени и даже пару шашков назад сделал. Или на коленях когда — это не шаги? Подскока? О! Два притопа. «Два притопа, три прихлопа».

Теперь между Коськой и татем был развороченный последним костёр с одной целой и одной наполовину вывороченной и наклонённой рогатиной.

— Ты кто⁈ — заорал на парня стоящий на коленях бандит? А дальше опять мат пошёл с собаками и свиньями в главных ролях.

— Я-то? Я — Архангел Саракаел.

(Архангел Саракаел председательствует над духами сынов человеческих, которые преступают закон).

Заставка была у Константина Ивановича на компьютере с этим персонажем. Грозный такой с топором и щитом.

— Кто? — не стал креститься бандит.

Где-то читал Константин Иванович, что всех этих архангелов придумали то ли в пятнадцатом веке, то ли ещё позже, так что удивлению разбойника «удивляться» не стоило. Не знают ещё об этом архангеле. Хотя, может всё это и враки, ведь герб Москвы с Георгием Победоносцем уже существует. Или путает чего-то он. Георгий — это просто святой. Ладно, не до них. Нужно с супостатом справиться. Во! Как святой Георгий со змием.

Касьян стал обходить костёр по кругу, заходя во фланг бандиту. Вид тот имел вполне себе живописный. Борода наполовину обгорела. Стала несимметричной. При этом видно было, что и щеке досталось. Она была ярко-розовой и уже начала волдырями покрываться прямо на глазах. Поддоспешник на правом плече тлел, и от фигуры стоящего на коленях разбойника такой дымок вверх воскурялся. Щит тать потерял, как и меч. Ничего сейчас в руках не было. А нет… Теперь есть, пока Коська обходил костёр, бандит вытащил из ноги метательный нож и теперь, вытянув руку в сторону пацана, показывал ему этот маленький клинок. Было бы чем хвастаться. Плохо было то, что и кольчуга с длинными рукавами, и латные перчатки, и шлем на месте. Пробить такую защиту будет не просто.

Коська для пробы махнул мечом, надеясь выбить из руки противника метательный нож, но окарался, бандит ловко убрал руку и сверху звякнул латной перчаткой по мечу. Но парень в принципе и не надеялся на лёгкую победу, потому к чему-то подобному был готов, легко отстранился. Меч не потерял, так, его лишь чуть повело вниз. Второй удар пацан решил рубящим сделать. Демонстративно поднял меч над головой двумя руками и повёл его на скорости вниз. Тать заслонился предплечьем. Метал меча звякнул о метал кольчуги и отскочил. И тут же второй удар, и третий, и четвёртый. Коська рубил мечом сверху вниз без всяких фехтований. Дрова колол. А бандит подставлял всё ту же руку, пытаясь встать с колен, но удар опускал его назад. И какой бы замечательной не была у разбойника кольчуга, хоть из мефрила, но силы удара она не убавляла. По руке татя четыре раза подряд стальная палка с приличной силой ударила.

Рука бандита опустилась и пятый удар пришёлся по плечу. Ни один из них раны не нанёс, но когда парень отступил на шаг, чтобы дух перевести, то увидел, что синие штаны татя стали красно-фиолетовыми. Не все, снизу. Чего-то кровеносное он ему повредил основательно. Может просто посидеть рядом и дождаться когда враг кровью истечёт?

— Кто ты, отрок⁈ — на этот раз матов не было, сип был. Больно видимо Коська его отдубасил, — Чего тебе надо?

— А я девочка Надя, мне ничего не надя кроме шоколодя, — Коська снова шагнул к бандиту, мечом замахнулся, и тать послушно другую руку подставил.

Бам. Бам. И тут парень заметил, что рука опустилась и лицо ворога открыто. Он резко сменил направление удара, получилось по бармице, но вот следующий был не удар уже, а тычок острием в лицо татю. И тот пропустил его. Жаль не вышел клинок с другой стороны черепа, так лязгнул по зубам, пропоров щеку и всё на этом. Успел отшатнуться бандюган.

У пацана силы кончались. И рожа татя теперь такой страшной стала, с распоротой щекой, через дыру челюсть видно, с одной стороны и розовой безбородой с другой, с волдырями ожогов.

— Хр. Фьют. Хри! Бю! — попытался зареветь на него разбойник и вновь встать на ноги.

Не получилось. На этот раз с тычком Коська чуть промазал, в рожу не получилось, меч у него бултыхался в руках. Просто толкнул немного бандита в грудь. Как ни странно, тому этого хватило. Разбойник же подниматься начал, и одну ногу с колен поднял, в полуприсяде находился. Толчок опрокинул его на спину и тут уж Коська свою мечту осуществил. Вновь синие ноги открыты были у врага. Куда-то туда парень и ткнул мечом вложив в этот удар остатки сил.