Андрей Шестаков – Операция «Вариант» (Как закрывается «Ящик Пандоры») (страница 49)
— Мы не имеем право так рисковать. Если «Дублер» уйдет от наружного наблюдения мы окажемся в цейтноте, и потеряем преимущество, а возможно и проиграем всю партию. Поэтому брать его надо сразу, как только он вступит в контакт с «Исполнителем».
— Нам что понадобится отслеживать и обезвреживать всех советских, появившихся в окружении «Исполнителя»? Водителей, горничных, официантов, дежурных по этажу, да мало ли кого еще?
— Нет. Большая часть контингента, который ты перечислил, является в той или иной степени помощниками капитана Рязанцева. Он их проверял, изучал, расставлял, инструктировал. Поэтому круг сужается и изолировать мы будем только неизвестных нам лиц, которые пойдут на контакт с «Исполнителем». Причем невзирая на ранги.
— Как мы их будем изолировать?
— Под любым предлогом лишать свободы действий, вплоть до примитивного ареста.
— За что?
— Неважно. Хоть за неправильный переход улицы, хоть за заявление председателя профкома, хоть за…
— А если «Исполнитель» встретится с «Дублером», и они куда-то вместе пойдут?
— Это мало вероятно, но наряд наружного наблюдения, который работает под видом милицейского поста, попросит документы на проверку, после чего, извинится перед иностранцем, а советского человека сопроводит в патрульную машину…
— А если это будет в гостинице?
— Рязанцев вместе с помощником задержат советского гражданина за нарушение правил проживания и проводят к выходу из гостиницы. Далее по сценарию.
— Как-то не по-советски все это будет выглядеть…
— На войне как на войне.
— Но, если мы изымем «Дублера» не проведет ли акцию сам «Исполнитель»?
— Нет. Потому, что в этом случае не получится доказать, что Советский Союз — агрессор и на самом деле стремится сорвать мирные договоренности и не допустить сокращения ядерных вооружений.
— Но смогут ли наши аналитики и Еркенов досконально понять, как реализовать твои новые замыслы, если мы будем инструктировать их по телефону?
— Сомневаешься? Вот и я тоже. Вызывай на понедельник из Семипалатинска подполковника Еркенова и наших аналитиков…
— Но сейчас у них там самая горячая пора наступает?
— Ничего оторвутся на сутки, зато все с ними вместе разберем и будем знать точно, что никаких недопониманий и несостыковок в дальнейшей работе не наступит. Все обговорим на берегу.
— Может быть тогда хотя бы «Омегу» не дергать? А то велика вероятность засветить его перед военной контрразведкой.
— Ты прав, вызывай только Еркенова и Рязанцева. Хотя Тоболину эта поездка была бы ой как нужна. Он там один и у него нет никакой возможности хоть чуть-чуть передохнуть. Эта поездка была бы для него, как глоток свежего воздуха. Но, ничего он справится, я верю в него.
29 августа 1988 года (понедельник) — 09.00. Москва КГБ СССР
Время от времени полковник Соболев любил устраивать, как он это называл «мозговой штурм», когда собирал всех оперативных работников, участвующих в разработке, и выслушивал их позицию по вопросам, касающимся стратегии и тактики работы по операции. При этом он всячески поощрял нестандартные подходы своих подчиненных к решению стоящей проблемы и приветствовал попытки высказывать свою нетривиальную точку зрения на подобных совещаниях.
В последнее время эта форма проведения совещаний, из-за строгой секретности операции «Паритет» не была востребована. И вот теперь неожиданно для семипалатинской части аналитической группы Соболев срочно вызвал их в Москву.
Прилетев ранним утром и едва успев позавтракать в гостинице «Пекин» подполковник Еркенов и капитан Рязанцев прибыли в здание КГБ СССР, где их встретил подполковник Степной и все вместе они направились в кабинет начальника 1 отдела 6 Управления.
— Давайте сэкономим наше время и обойдемся без докладов, — начал совещание Соболев. — Оперативную обстановку вы ежедневно докладываете, мы ее анализируем и с учетом данных, поступающих от разведки и контрразведки, а также рекомендаций Координационного центра по САИ принимаем решения, которые доводим до вас. Так что все присутствующие обладают необходимым объемом знаний о сложившейся на данный момент ситуации по операции «Паритет».
— Хочу отметить, что пока работаете вы хорошо, — голосом выделил в своем докладе полковник и внимательно посмотрев на подчиненных, усилил, — но нужно еще лучше.
— Сегодня последняя возможность перед САИ уточнить отдельные моменты наших контрразведывательных действий. Если есть какие-то проблемные вопросы, давайте разберем их досконально, другой возможности уже не будет. По телефону много не наговоришь.
Полковник сделал паузу, достал из сейфа какие-то папки с документами, аккуратно разложил их на столе, и продолжил:
— Итак, главное — не допустить никаких провокаций против членов американской делегации САИ. Слишком велика политическая составляющая этих советско-американских договоренностей. Второе — полнейшая мобилизация и бдительность на протяжении всего срока работы по операции «Паритет». Помните, даже если создастся впечатление, что все прошло благополучно, у ЦРУ всегда есть план «Б», как это они называют. У нас, на сегодняшний день только угрожающая оборонительная стойка борца сумо. Надеюсь, после сегодняшнего нашего совместного «мозгового штурма» появится что-то еще.
Хочу обратить внимание, в нашей операции появились некоторые новые нюансы, которые могут существенно повлиять на нашу дальнейшую работу. Прошу сосредоточиться и слушать внимательно. Не делать никаких пометок и записей, — предупредил полковник, заметив намерение капитана раскрыть блокнот для записей. — Чтобы не было не нужных вопросов сразу предупреждаю — я не собираюсь раскрывать все детали, а дам лишь вводные данные для самостоятельных размышлений. Во второй половине дня побеседую с каждым из вас в отдельности, чтобы определиться с окончательным планом и расстановкой наших сил и средств. А затем проведем общее итоговое совещание, на котором совместно внесем необходимые коррективы в алгоритм дальнейших действий.
Полковник остановился, видимо для того, чтобы понять внимательно ли его слушают и когда вопросов от семипалатинских оперов не последовало, продолжил:
— Может быть я повторюсь, но за рутиной подготовки возможно мы потеряли остроту восприятия исторического события, безопасность которого нам выпала честь обеспечивать. Хочу, чтобы вы еще раз восстановили в своих ощущениях, что от нас сейчас зависит не только успешное проведение САИ, но и дальнейшая судьба женевских переговоров по сокращению ядерных вооружений.
В этом месте Соболев сделал достаточно внушительную паузу, за время которой внимательно осмотрел своих подчиненных, каждого по отдельности и офицерам показалось, что полковник пытался «рентгеном», как они это называли, проникнуть в их умы и души. В очередной раз убедившись, что все собравшиеся прониклись миссией, которую он им уготовил, полковник продолжил:
— В настоящее время в США, как утверждают наши разведчики, идет процесс ослабления влияния ЦРУ. С чем это связано? Очевидно, что любое усиление спецслужб и разведки, в частности, в условиях капитализма неминуемо приводит к активному участию этих ведомств в политических играх. И не в роли вспомогательного элемента, а как самостоятельной политической силы. Поэтому рост влияния разведывательного сообщества встречает активное противодействие со стороны элитарных кругов, которые борются за политическую власть в США. Им удобнее иметь под рукой спецслужбу, которой можно управлять по своему разумению. Однако есть направление деятельности разведслужб, которое не ущемляет политических и финансовых интересов этих властных группировок. Это продвижение экономических интересов США за границей. Здесь у меня есть некоторое несогласие с теоретиками из разведки, так как они делают данный вывод, исходя из своих узковедомственных интересов. Полагаю, что экономические интересы, например военно-промышленного комплекса США простираются вообще без учета всяких границ. Но это частности.
На основе этих допущений, а также учитывая данные нашей разведки полученные в процессе проведения операции «Паритет», мы предположили, что ЦРУ в интересах определенной кучки сенаторов, представляющих интересы ВПК играет по каким-то своим правилам, направленным на срыв САИ.
Данная гипотеза нашла косвенное подтверждение в информации ПГУ КГБ СССР, о том, что достигнутые в Женеве договоренности между лидерами Советского Союза и США не устраивают «ястребов» из окружения американского президента. Однако, по каким-то внутренним и не совсем ясным для нас причинам ЦРУ не предпринимало попыток срыва САИ, ни на переговорах в Женеве, ни на ядерном полигоне в Неваде при проведении американского этапа САИ.
Учитывая данные обстоятельства, становится понятным, что у ЦРУ остается единственный шанс на срыв САИ — это операция в Семипалатинске. В этой связи полагаем, что характер действий ЦРУ будет крайне дерзким и наступательным. Выжидать им больше нечего. Причем действовать ЦРУ будет с таким прицелом, чтобы в результате своей операции дискредитировать Советский Союз в глазах мировой общественности и прекратить переговоры по ядерному разоружению в Женеве.
Мы много месяцев искали ответ на вопрос какой замысел может быть реально заложен в операцию ЦРУ. Основная версия, к которой мы пришли — САИ попытаются сорвать путем убийства одного из руководителей американской делегации. При этом, как мы полагаем, чтобы возложить всю ответственность на советскую сторону убийство должен совершить агент американской разведки из числа наших граждан, которого мы условно назвали «Дублером». Очевидно, что действующий сотрудник ЦРУ «Исполнитель», который будет управлять «Дублером», чтобы скрыть участие ЦРУ, сразу после ликвидации уберет «Дублера», инсценировав его гибель как самоубийство человека осознавшего, что совершил непоправимое.