Андрей Шестаков – Операция «Вариант» (Как закрывается «Ящик Пандоры») Продолжение (страница 9)
Он попытался объяснить зампреду, с которым был до этого в хороших отношениях, что попал под влияние начальника 1 отдела 6 Управления КГБ СССР полковника Соболева, что все провалила семипалатинская контрразведка и служба наружного наблюдения, прозевавшая сотрудника ЦРУ, но зампред был неумолим и сказал, что разберется с ним в Москве. Потом его отчитал начальник Второго главка, которому он дал слово исправить ситуацию, но тот его тоже слушать не стал, пообещав устроить сладкую жизнь в Москве.
Уткин позвонил своему другу подполковнику Степному и попросил помочь если у них есть варианты, при этом намекнул, что у его начальника Соболева они всегда есть.
После этого, немного успокоив себя тем, что раз его немедленно не отозвали из Семипалатинска, то есть надежда на продолжение работы и возможно ситуация исправится. Это зависело вероятнее всего от решения Госдепа США по дальнейшей судьбе САИ. Если американцы откажутся от продолжения испытаний, то придется уходить с позором на пенсию. Об этом не хотелось и думать А вот если САИ продолжат, то он просто вернется в Москву и попытается, через свои и отцовские связи в ЦэКа тихо спустить ситуацию на тормозах …
«Что мы имеем сейчас? Москва в панике, Вашингтон грозно молчит. Мне надо срочно реабилитироваться», — решил полковник.
На экстренном совещании, которое было уже вторым за последние два часа представитель Центра полковник Уткин собрал на этот раз не весь семипалатинский штаб. Присутствовали только начальник отдела семипалатинской контрразведки и начальник отделения наружного наблюдения, так как именно они были определены Утиным в качестве главных виновников провала операции в номере американца. «Разбор полетов» не занял у полковника много времени, он хотел лишь, чтобы присутствующие осознали степень своей вины и не вздумали ее перекладывать на представителя Центра. Отчитав провинившихся, Уткин распорядился вызвать сотрудников НН, «прозевавших» выезд Джона Милнера через КПП Курчатова и его возвращение в Семипалатинск.
При их появлении полковник вскочил, его глаза налилось кровью. Он свирепо посмотрел на руководителя бригады наружного наблюдения.
— Кто вам передавал объекта? — яростно набросился полковник.
— Майор Привалов из контрразведки, — четко отрапортовал лейтенант Муратов.
— Какое на него было выписано задание?
— На всех американцев, подозреваемых в причастности к спецслужбам задания были выписаны заранее… — начал выкручиваться «семерочник».
— Меня не интересуют все американцы, я спрашиваю конкретно про Милнера, — уже еле сдерживался полковник.
— Задания не было, — после некоторой паузы выдохнул лейтенант. — Привалов сказал, что сейчас некогда — «запарка», он потом задним числом выпишет.
— Вот сейчас лейтенант мы вам и выпишем задним числом увольнение из органов.
— За что, товарищ полковник? — возмутился Муратов.
— За «лопоухость» твою! За безалаберность и безответственность! За незнание основополагающих нормативных актов КГБ СССР! — не сдерживаясь кричал московский полковник, — Он же провел вас как детей! Вы лично ответственны за провал операции.
Лейтенант сделал единственно правильное в данной ситуации. Он виновато опустил голову и молча стоял по стойке смирно.
— А что с этим вашим водителем? — накинулся полковник на начальника отдела контрразведки.
— Снотворное, товарищ полковник, Медики говорят ничего страшного. Проспится и все будет в норме.
— Всем бы вам тут не мешало проспаться, — зло фыркнул Уткин и хлопнув дверью вышел из кабинета начальника контрразведки.
Вернувшись к себе, Уткин начал лихорадочно прокручивать прошедшие события и намечать план оправданий за провал операции по Джону Милнеру. Что-то вспомнив, набрал по внутреннему начальника семипалатинской контрразведки и приказал отобрать объяснительные от всех виновных в сегодняшнем провале.
Глава 4
Зампред стоял возле окна и внимательно смотрел как члены КЦ один за другим быстро входили в его кабинет и занимали свои места. Убедившись, что все присутствующие готовы к продолжению совещания он решительно прошел на свое место во главе стола и не обращая внимания на переглядывания начальников контрразведывательных главков, намеревавшихся доложить свои предложения, приступил к сообщению:
— В ваше отсутствие я обсудил ситуацию с нашими кураторами из ЦК КПСС и руководством ПГУ. Наши коллеги считают, что главная задача на данном этапе найти способы нейтрализовать последствия акции ЦРУ на дипломатическом уровне, в противном случае скандал с нарушениями договоренностей по САИ станет достоянием мировых СМИ и нашей стране будет нанесен значительный политический урон.
МИД СССР сообщил, что Госдеп США намерен официально предупредить о возможном прекращении участия американской делегации в дальнейшем проведении САИ. При этом американская сторона жестко заявила, что любые попытки со стороны КГБ СССР предпринять какие-либо действия против представителей США, будут расцениваться как провокация. В этом случае американская делегация будет вынуждена незамедлительно покинуть пределы СССР.
Однако, ПГУ считает, что угрозы Госдепа — это чистой воды блеф. По такому незначительному поводу отзывать свою делегацию американцы не будут и главное на сегодня — это не усугубить и без того непростую ситуацию вокруг САИ. Разведка через свои возможности, совместно с МИДом принимает меры по локализации ситуации и рекомендует не делать резких движений, чтобы не навредить этой работе.
На основе данной информации ЦК КПСС приняло решение поручить урегулирование ситуации вокруг САИ дипломатам и разведке. Одновременно дано жесткое указание о том, что контрразведывательным подразделениям КГБ запрещается проведение каких-либо операций и рекомендуется сосредоточиться исключительно на безусловном обеспечении безопасности САИ
В этой связи, учитывая все сложившиеся обстоятельства, принимаю решение о передаче всех полномочий по завершению операции "Паритет" экономической контрразведке. 6 Управлению КГБ СССР необходимо срочно, с учетом всех особенностей, которые я сейчас довел до вас, внести коррективы в обеспечение безопасности САИ. Второму Главку прекратить контрразведывательные мероприятия по американской делегации, военной контрразведке сосредоточиться на обеспечении безопасности на атомном полигоне исключив в своей работе элементы любой самодеятельности и неоправданного риска. Все аспекты работы по "Паритету" докладывать мне лично, в любое время суток.
И еще одно, приказываю руководству Второго и Третьего главков прекратить любые проявления межведомственных распрей. Буду жестоко наказывать за малейшие нарушения данного приказа.
Зампред устало посмотрел на собравшихся и тихо добавил:
— Молитесь на МИДовцев, чтобы САИ не сорвалось, а когда все закончится будет жесткий разбор полетов. Сейчас все по своим рабочим местам и за работу, товарищи.
Возвращаясь с совещания КЦ, Соболев зашел в кабинет Степного, который вставая на встречу начальнику нетерпеливо выпалил:
— Что там на КЦ?
— Все свелось к модной сейчас формулировке — "углубить и расширить"…
— Да я не о том, Андрей, что сказало в свое оправдание руководство ВГУ?
— Эти «перестроившиеся» товарищи далеко пойдут и мы, к сожалению, не сможем их остановить, — ушёл от прямого ответа Соболев. — Ты же прекрасно знаешь, что после таких оглушительных провалов начинается «охота на ведьм». Вот и сейчас не дожидаясь завершения «Паритета» контрразведчики начинают искать виновных…
— Я уже видел проект докладной ВГУ о провале, на имя Председателя…
— С этого надо было начинать. Давай излагай, что они там придумали в свое оправдание.
— У меня тут где-то завалялась копия докладной, — с притворным спокойствием заявил Степной, раскладывая на столе документы из папки «Для доклада».
— Я когда-нибудь тебя убью, Юра, — устало пообещал Соболев.
— А кто тогда тебе такие документы будет доставать? — пытаясь поднять настроение друга, с иронией заметил зам.
— Как тебе это удалось?
— Я объяснил приятелю, у которого ее позаимствовал, что завтра утром этот документ станет достоянием общественности, так как будет обсуждаться на совещании КЦ, а несколько часов не делают никакой разницы.
— Ну насчет «общественности» ты погорячился, а в целом где-то логично. От «Омеги» что-нибудь есть?
— Нет, тишина.
— Это сейчас самое важное. Завтра утром подпишут приказ о прекращении контрразведывательной деятельности по САИ, и мы будем связаны по рукам и ногам.
— Но зампред на КЦ уже предупредил…, — насторожился зам, понимая куда клонит полковник.
— Все то ты знаешь. Но это пока устное указание и не один юрист…
— Только не надо мне про юристов, — возмущенно перебил Степной, — ты же знаешь, что в нашем с тобой случае до них дело не дойдет. Нас уволят за грубое нарушение приказа со всеми вытекающими…
— Оставим этот спор до лучших времен, — перебил полковник. — Сейчас я пойду к себе ознакомлюсь с этой докладной ВГУ, а ты свяжись с Семипалатинском и узнай почему они молчат, где потерялся «Омега» и чем занимается «Альфа».
— Про результаты заседания КЦ довести?
— Нет, это сейчас не важно, пускай спокойно работают.