Андрей Схемов – Система 3. Грань (страница 2)
— Фиксирую у них очень частый пульс, — первым делом оценила Айви состояние вышедших к нам союзовцев. — Они не просто боятся тебя. Они до ужаса боятся тебя.
Значит, не будем делать резких движений.
— Уверен, вы знаете, кто я, — ответил я на вопросы. — Также, как и знаете, зачем я здесь. Привет вам от Глебыча, — чуть помолчав, добавил, — и от «Капитана».
Услышав имя последнего, четверо других союзовцев тоже же вскинули свои винтовки, направляя их на меня. Но одновременно с этим отступили на шаг.
— Что… — заикался от неуверенности говорящий со мной. — Что случилось с Пал Андреичем? Ты убил его? Говори!
— «Капитана» укусила вдова, — произнёс я, продолжая держать руки поднятыми. — Мне пришлось. Сами понимаете, по-другому его было не спасти.
— Поче… Почему мы должны тебе верить? — он пытался говорить жёстко, но то и дело запинался.
— «Капитан» попросил меня найти Егорыча и отдать ему это, — я медленно опустил руку и достал из подсумка мозговой мост Пал Андреича. — Узнаёте?
— Твою же… — протянул союзовец, опуская автомат. — Это и впрямь «Капитан». Глебыч не соврал, — он опустил голову и прикрыл глаза.
— Ой, — виноватым голосом проговорила Айви. — Он расплакался. Как мило.
— Он и есть Егорыч, — это уже говорила девушка. Она, так же как и все, опустив винтовку, вышла чуть вперёд. Только держалась она гораздо уверенней всех. — Скажи мне, волевик, а эмэмку Андрея Коновалова ты, случаем, не прихватил с собой? Он был в группе с «Кэпом».
— У меня целая коллекция, — достал я остальные три диска. — «Жук», «Кемп», «Танк» и «Капитан». Все, кто срыбачил мой улов. А также есть тот, кто вас предал, — показал я ещё одну эмэмку. — Это «Гром». Я решил, что у вас с ним найдутся общие темы для разговора.
— Ещё как найдутся. Спасибо, волевик, — улыбнулась девушка. Но затем вернула на лицо строгость и задала ещё один вопрос. — Ты пришёл с миром?
— Иначе меня бы тут не было, — дружелюбно развёл я руками.
— Что ж, — вернула она свою яркую улыбку. — Добро пожаловать в «СОЮЗ», волевик.
Глава 2
Отчаяние
Словно по сигналу, со стороны капсульного сектора начали стягиваться союзовцы.
— Какие хмурые, — с жалостью в глазах наблюдала Айви, как все двадцать два местных жителя становились полукольцом передо мной и «Валькирией». — Они как будто с похорон пришли.
Эээ, нет. Я не раз бывал на похоронах. Там куда веселее, чем здесь.
Как и в случае с шептунами, все союзовцы были одеты идентично — ХБшные комплекты цвета хаки и тельняшки. А для дождливой погоды, как сейчас, у них имелись прозрачные дождевики.
Да уж, не густо у ребят с гардеробом. Видимо они за всё время так и не смогли отыскать безлимитных чертежей для репликатора, чтобы расширить коллекцию своей одежды.
Впрочем, сейчас это было далеко не самое важное.
— Ещё раз спасибо тебе, волевик, — закинув автомат за спину, та девушка, что ещё недавно целились в меня, подошла ко мне. — Ты даже не представляешь, как вовремя ты пришёл.
— Ух ты, ещё одного человека нашли, — улыбнулась Айви. А затем с оценивающим прищуром начала водить взглядом по сторонам. — Подожди-ка… Костя, да тут почти все человеки.
Я тоже провёл глазами по рядам молчаливых союзовцев, которые стояли под дождём с такими лицами, будто и впрямь кого-то хоронили. Интерфейс послушно начал транслировать их имена и сущности. В итоге обнаружилось, что среди них было всёго пять печаток. Все остальные — человеки.
Не многовато ли для одного лагеря?
— Однозначно перебор, — согласился со мной напарница. — Человек — явление редкое. Союзовцы не могли столько срыбачить. Тут явно какой-то подвох.
Пока я рассматривал угрюмых человеков, в памяти всплыл рассказ «Капитана» о том, что кузнецы в последнее время очень сильно досаждали «СОЮЗу». Также вспомнил о том, что на прошлой неделе враги убили очень много людей «Капитана» на сборе ресурсов.
Да и в инкубатор за новым уловом, где меня и срыбачили, Пал Андреич отправился не от хорошей жизни. А от того, что банально не хватало рук в лагере.
И вот, посмотрев на эти немногочисленные хмурые и голодные лица, я понял, что глава «СОЮЗа» свою историю сильно упростил. Дела у местных куда хуже, чем Пал Андреич описывал. Они буквально всем своим внешними видом кричали о своём крахе, как клана.
— Кстати, занятный факт, — подметила Айви. — Если все участники клана умрут, то все системы лагеря сбросятся к базовым настройкам. После этого такой лагерь может быть присвоен кем угодно. Может, в этом и заключается задумка кузнецов?
Уморить союзовцев голодом? Звучит, как план
— Стесняюсь спросить, — аккуратно обратился я к Софии, чтобы никто не услышал. — Как вы докатились до такого?
— Это всё кузнецы драные, — прошипела девушка, подтверждая догадку Айви. София единственная из всех присутствующих не накинула на себя дождевик и оттого её одежда к этому моменту промокла до нитки. А светлые волосы то и дело прилипали к лицу. — Задраконили нас так, что вон, — она всплеснула руками, показывая на своих товарищей, — в лагере остались две с половиной калеки. Каждый, кто за последний месяц выходил за стену, обратно не вернулся. Мы теперь даже ворота боимся открывать.
— Печально, — ещё раз глянул я на союзовцев, в чьих глазах легко читалось отчаянье. Они даже интереса ко мне не проявляли, будто волевики к ним на постоянной основе захаживают. — В таком случае давайте не будем тянуть. Показывайте, где у вас тут принтер. Поставим «Капитана» на печать и заодно расскажите поподробнее, как у вас тут дела обстоят.
Егорыч приказал всем сюзовцам отправиться по домам. Походкой потерявших страсть к жизни людей, те разошлись по капсулам, что громоздились над шумящей из-за дождя водой.
«Валькирию» Железяка загнал боксы, которые стояли вдоль стены недалеко от ворот. Мест там было прилично, машин на десять. Но никакого транспорта внутри не оказалось. Как объяснил Егорыч, всё было потеряно на последних вылазках вместе с людьми. То есть отняли или просто взорвали кузнецы.
— Автомеханика мы тоже потеряли, — с досадой сообщила София, с неподдельным интересом рассматривая «Валькирию» со всех сторон. — Единственное, чем можем помочь твоей тачке, это заправить её. Чего-чего, топлива и воды у нас с избытком.
— В отличии от всего остального, — добавил Егорыч, который тоже оказался человеком.
— Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее, — обратился я к старику…
— Ну как тебе сказать, сынок, — бросил старик на меня короткий взгляд и сразу же отвёл глаза, — мы тут последний хер без соли доедаем. Ресурсов почти не осталось. Еду экономим, как можем, но она всё равно на исходе. От силы неделю ещё продержимся, а дальше… — он осёкся, не в силах продолжать свой рассказ.
— А дальше начнём подыхать от голода, — закончила за него София. — Ну либо выйдем за стены и нас убьют там.
— Печаток убьют, — поправил девушку Егорыч. — А из человеков сделают рабов.
— Да уж, перспективы хреновенькие — подошел я к одному из шкафов, чьи полки были завалены различным инструментом. — Одномоментно такое не решить. Кстати, — вспомнил я про личные запасы и счёл нужным упомянуть об этом. — У меня а есть немного провизии. Могу…
— Не надо, — остановила меня София. — У тебя же там не грузовой контейнер с едой. Уверена, при тебе запас на пару-тройку дней на одного человека. А нас тут двадцать два. Даже на перекус никому не хватит.
— Логично, — согласился я с блондинкой.
— Константин, — с тревогой в голосе заговорил аватар Айви. — Мы должны помочь этим людям. Как ты считаешь?
Поможем. Но всё по порядку.
Из боксов мы отправились в печатных цех. Тот находился не под землёй, как это было в лагере шептунов, а в огромном кубообразном здании из пластобетона. Частично утопленной в реку, куб стоял с противоположной стороны от спального сектора. Вело к нему тропа, выложенная из красного кирпича.
С учётом увиденного ранее, я приготовился к тому, что и в цеху будет царить полный бардак. Как минимум, ожидал, увидеть воду по колено. Но, к моему удивлению, ни с чем подобным столкнуться не довелось.
Внутри цеха-куба кроме основного первого этажа, на котором не имелось никаких перегородок, было ещё несколько разноуровневых галерей, протянутых вдоль разных стен. Каждый такой уровень был приспособлен для выполнения конкретных задач.
— Внизу у нас строительный цех, — показал Егорыч на две массивные печи-принтеры, предназначенные для печати металла и полимера. — А этот, — кивнул он на самый большой репликатор, стоящий у стены, — может создавать самый разный строительный материал — от кирпича и пластобетона до синтезитовых элементов.
— Ага, только вот для металлических строительных изделий у нас ни одного чертежа нет, — хмыкнула София. — А в остальном, да, потанцевал у этого аппарата огромный. Хоть небоскрёбы поднимай.
— Вон тот принтер, — показал старик на устройство, похожее на большой самогонный аппарат, рядом с котором громоздились канистры и бочки, — гонит топливо и масло для машин.
— ГСМ-принтер? — оценил я аппарат. — Неплохо.
— А там, на первой галерее, — продолжал Егорыч мини-экскурсию, — расположена оружейная с торговым терминалом. Чуть выше — био-конвейер. На нём у нас печатаются пайки, консервы и прочие вкусности.
— Пе-ча-та-лись, — по слогам отточила София. — Уже месяц репликатор простивает.