Андрей Северский – Конструктор личности (страница 20)

Она распределила людей. Сальма шла первой и крепила направляющую. Кой и Нерис вращали лебёдку. Двое подавали и принимали карабины. Ещё трое образовывали цепь контроля: каждый называл вслух только проверенный факт — «зажим закрыт», «трос натянут», «ступня стоит». Никаких «безопасно» и «не упадёшь»: этих обещаний никто не мог доказать.

Риаль получил контроль ритма. Он лежал в люльке рядом с Джаном, держал ладонь на корпусе и сообщал о каждом четвёртом провале вибрации.

— А вы? — спросила Сальма.

— Замыкаю цепь и принимаю решение на расхождениях.

— То есть командуете.

— Нет. Если перестанете подтверждать, моего решения недостаточно.

Первый метр занял сорок секунд. На втором Кой посмотрел в пустоту колодца и застыл. Ему казалось, что консоль поднимается отвесно, а люлька висит у него над головой.

— Я тяну их вниз, — сказал он.

— Что говорит рукоять? — спросила Вера.

— Тянет назад.

— Что говорит трос?

— Натянут к сервисному кольцу.

— Что проверено?

— Назад. Не вниз.

Он сделал следующий оборот.

Движение стало складываться из маленьких доказательств. Карабин закрыт. Трос натянут. Ступня стоит. Рукоять передана. Никто не произносил слово «верх». Внутри Шва оно не имело общего смысла.

На седьмом метре красные стоки света погасли.

Аварийная балка приняла новый перекос, и питание контура оборвалось. Исчезли лампы, сетка, счётчики на внешнем визоре. Осталась тусклая полоска собственного фонаря и голоса.

Тело Веры немедленно выбрало новый низ — прямо перед лицом. Она вжалась грудью в консоль. На миг осторожность превратилась в запрет движения, смелость толкнула продолжать, а связность удержала оба импульса рядом, не отдавая власть ни одному.

— Всем замереть на текущих креплениях, — сказала она.

— У нас нет времени замирать, — ответил Оскар. — Балка вошла в каскад. Девять минут до среза узла. Двигайтесь непрерывно к сервисному кольцу.

— Я потеряла визуальную опору.

— Я вижу вас по тепловому контуру. Впереди чисто. Команда: всем двигаться.

Его голос был спокоен. Он видел больше: десять тепловых фигур, контур фермы, точку шлюза. Вера чувствовала больше: как под левой ладонью металл отдаёт короткими толчками, которых не было прежде.

— Назовите данные, — сказала она.

— Температура консоли стабильна. Деформации на участке до кольца нет. Балка разрушится через восемь сорок. Немедленно продолжайте.

— Источник деформации?

— Расчёт по тепловому контуру.

— Он показывает только поверхность.

— Вера, я отвечаю за команду. Двигайтесь.

Именно это Артём предвидел в лаборатории: не злой оператор, не попытка пожертвовать людьми, а компетентный человек с неполными данными и разумным решением. Подчинение заставило бы Веру шагнуть.

Она не шагнула.

— Сальма, ударьте ключом по консоли перед собой.

Звон прошёл по металлу чисто и вернулся двойным эхом.

— Ещё раз справа.

Первый удар прозвучал глухо. Второго эха не было.

— Полость, — сказала Сальма.

— Не может быть, — возразил Оскар. — Там монолитный короб.

— Был. Шов не меняет металл, но авария меняет.

Вера пристегнула вторую стропу к заднему узлу и поползла вперёд одна. Фонарь выхватил тонкую щель поперёк консоли. Верхняя пластина держалась, нижняя отслоилась. Под весом цепи она сложилась бы без заметного теплового следа.

До сервисного кольца оставалось двенадцать метров. Прямой путь был закрыт.

Оскар выругался одними согласными и тут же взял себя в руки.

— Возвращайтесь к люльке. Попробуем поднять её на верхний монтажный рельс.

— Рельс проходит через удерживающую балку.

— Других путей нет.

Вера посветила вниз — туда, где зрение показывало боковую стену. Под консолью шёл узкий кабельный короб. Он не был маршрутом для людей, но соединялся с сервисным кольцом за повреждённым участком.

— Есть путь под консолью.

— Короб шириной сорок сантиметров. Люлька не пройдёт.

— Люлька останется противовесом до переноса людей. Потом сбросим её.

— Джан не сможет ползти.

— Его протянем в волокуше.

— Риаль сорвётся при перевороте.

— Не если он первым найдёт новый низ.

В общем канале стало тихо.

— Это не план эвакуации, — сказал Оскар. — Это импровизация без расчёта.

— Это план по данным, которых не было минуту назад.

— Я не подтверждаю.

— Принято.

— Вера, слово «принято» означает, что вы меня услышали, а не что можете игнорировать.

— Я вас услышала. Ваш план требует пройти по разрушенной консоли или через балку, которая сейчас разрушится. Я выбираю короб.

Предсказуемость команд, невидимая без визора, будто всё равно понизилась внутри неё. Но вместе с ней появилось другое ощущение: следующий выбор связывался с предыдущим не потому, что так требовала цель миссии. Она уже могла отступить к люльке, дождаться решения извне и не нести вину за нарушение. Вместо этого сохраняла принятое решение как своё.

Янтарный огонёк Миры впервые мигнул.

Не команда. Свидетельство.

— Артём, — сказала Вера по личному каналу. — Фиксируйте изменение плана без внешнего подтверждения. Основание: новые физические данные, сохранение цели и отказ от двух маршрутов с непроверяемым риском.

— Фиксирую, — ответил он. Голос был хриплым. — Это твой выбор?