Андрей Северский – Конструктор личности (страница 18)

Впервые красное предупреждение на панели казалось ему признаком правильно собранной системы.

Глава 5. Шов высоты

Платформа остановилась на сорок втором ярусе без толчка, но тело Веры решило, что пол ушёл вниз.

Колени сами согнулись. Ладонь ударила по поручню, карабин натянул страховочную стропу. Перед глазами ровный металлический настил на миг встал стеной, а квадрат аварийного люка провалился в такую глубину, что желудок сжался раньше мысли.

Вера не подавила страх. Дала ему форму.

— Вижу пол как стену, — сказала она. — Тело считает, что падаю вправо. Фактическая тяга стропы — вниз и назад. Три точки подтверждают опору.

— Канал устойчив, — ответил диспетчер. — Я Оскар Лем. Веду западный контур двенадцать лет. До разрушения удерживающей балки двадцать семь минут.

На внутреннем экране шёл другой срок:

> ВЕРА — 48:41

> НАГРУЗКА ПРОТИВОРЕЧИЙ — 21

> УСТОЙЧИВОСТЬ ВЫБОРА — 0,90

Голос Артёма пришёл по личному каналу тише диспетчерского:

— Проверка связи. Что принадлежит тебе?

— Имя. Следующий шаг. Право остановиться.

— Что принадлежит Ладе?

Вера ощутила чужое присутствие не голосом, а пределом движения: тело было готово работать, но не соглашалось быть потраченным без ответа.

— Тело, возвращение и право отозвать согласие.

— Граница Миры?

— Закрыта на вход, открыта на наблюдение.

Один янтарный огонёк горел в дальнем углу поля зрения и не мигал.

— Иди, — сказал Артём.

Она отстегнула карабин от поручня и сразу закрепила его на направляющей аварийного коридора. Красные лампы отмечали настоящий низ: свет всегда стекал по стене к полу короткими последовательностями. Оскар посылал поверх изображения белую сетку расчётной геометрии. Вера видела обе картины и не позволяла одной притворяться другой.

За шлюзом начиналась ферма — решётчатый мост внутри пустого технического колодца. Он связывал жилой ствол Веретена с наружным поясом охладителей. Обычно под ногами был сорокаметровый спуск к сборнику конденсата. Теперь Шов перевернул страх, и тело Веры уверяло: пропасть не под настилом, а над головой. Каждый шаг по горизонтальной ферме ощущался спуском лицом вперёд.

В двадцати метрах висела ремонтная люлька. Девять рабочих прижались к её дальнему борту, будто пытались не упасть в потолок. Один обвязал себя кабелем. Двое держали третьего за куртку. Четвёртый лежал, вцепившись пальцами в решётку.

— Бригада западного охладителя, это спасатель Вера, — сказала она в общий канал. — Не смотрите на меня. Смотрите на красные стоки света. Назовите старшего.

Ответил женский голос, быстрый и сиплый:

— Сальма Юр. Я старшая. Мы не можем двигаться. Если отпустим борт, нас унесёт.

— Вас не унесёт. Но я не прошу верить. Проверьте. У кого свободна левая рука?

После паузы отозвался мужчина:

— У меня. Кой.

— Возьмите гайку из кармана и отпустите на длину пальца.

— Она упадёт вверх.

— Тогда поймаете. Держите ладонь над ней.

Вера дошла до первого поперечного узла и опустилась на колено. Решётка давила через защитную накладку именно там, где должна. Она провела ладонью по заклёпкам: первая, вторая, третья. Осязание не спорило с картой.

В люльке тихо звякнул металл.

— Вниз, — выдохнул Кой. — Она упала вниз.

— Скажите, где этот низ.

— Под ботинком.

— Не где чувствуете. Где проверили.

— Под ботинком, — повторил он увереннее.

Остальные зашевелились. Не встали, но начали смотреть на настил.

— Хорошо, — сказал Оскар. — Вера, ведите их к внутреннему шлюзу по жёлтой линии. Маршрут прямой, сорок восемь метров. Все опоры на схеме зелёные.

На её сетке зажглась дорожка. Она шла от люльки к Вере, затем по ферме к шлюзу. Простой путь. Кратчайший.

Вера проверила ближайший узел карабином, перенесла вес и услышала высокий скрип.

— Оскар, дайте живые показания опор по жёлтой линии.

— Они на экране. Зелёный статус.

— Время последнего физического отклика?

— Секунду.

— Не обновления статуса. Отклика датчика на нагрузку.

Пауза длилась меньше вдоха, но Вера отметила её.

— Четыре минуты двадцать две секунды. После импульса Шва канал телеметрии переведён в прогнозный режим.

— Значит, зелёный — расчёт.

— Расчёт по последнему достоверному состоянию. Ферма выдерживает вдвое больше текущей нагрузки.

— До повреждения удерживающей балки.

— Вера, спор съедает время.

Она не ответила. На соседней диагонали осела серебристая пыль. В обычной геометрии она падала вниз. Глаза видели, как пыль ползёт по вертикальной стене. Страх требовал отшатнуться от пустоты над головой, но осторожность удержала внимание на другом: пыль появилась не от Шва.

Металл тёрся о металл.

— Сальма, сколько человек может идти самостоятельно?

— Семеро. Джан повредил голень. Риаль не отпускает решётку, у него приступ.

— Люлька имеет ручную лебёдку?

— Имеет, но направляющую перекосило.

Вера дошла до люльки боком, сохраняя три точки опоры. Последние два метра тело кричало, что она висит лицом вниз над открытым небом. Она разрешила ногам дрожать, но ставила подошвы только после короткого удара носком по решётке.

Сальма была первой, кто посмотрел ей в лицо. На щеке темнел порез. За её спиной восемь человек держались друг за друга так крепко, что пальцы побелели.

— Вы тоже это чувствуете, — сказала Сальма.

— Да.