Андрей Щеглов – 2244 (страница 22)

Вскоре факсом пришли карандашные рисунки лиц. Он бросил на них беглый взгляд и вновь взял в руки мобильный телефон. Стационарный стоял рядом, но Эмир не мог отказать себе в маленьком удовольствии и воспользовался модной сейчас новинкой. Сделав пару звонков специально обученным людям, он занялся рутинными делами, понимая, что механизм запущен и в течение ближайшего времени этих двоих, безо всякого сомнения, найдут.

***

Они прожили в съёмной квартире три дня. Тим, скупивший целую кучу разнообразных электронных запчастей, без особого труда спаял прибор, который мог более устойчиво заряжать устройство переноса и теперь колдовал над созданием миниатюрного зонда, с помощью которого постараться хотя бы приблизительно определить место и время очередного прыжка.

Всё это время Митяй пребывал в каком-то отрешённом, подавленном состоянии. Он мог целый час пролежать неподвижно, уставясь с задумчивым видом куда-то вдаль, и Тим всерьёз обеспокоился этой затянувшейся меланхолией. Он, конечно, пробовал выяснить, что с ним происходит, но Митяй упорно молчал, попросту игнорируя все попытки завязать разговор. Но когда Тим не выдержал и, окончательно взбешённый этим молчанием, принялся орать на него, Митяй вдруг тихо сказал:

— Отправляй меня домой. Сил уже нет никаких. Всю душу себе измотал. Мои там маются, может, с голоду уже сгинули, а я тут с тобой валандаюсь…

Митяй не закончил и снова умолк, уставившись в потолок. Судя по всему, для Митяя этот вопрос был окончательно решённым и тон, которым он это произнёс, не подразумевал дискуссий. Тем не менее Тим всё же решил попробовать его переубедить и даже набрал воздуха, собираясь привести несколько весомых, на его взгляд, аргументов, но не успел ничего ответить: в их дверь громко и настойчиво постучали.

— Опять это мерзкий побирушка пришёл деньги клянчить, — ничуть не стесняясь, что его могут услышать, презрительно бросил Тим. Хозяин квартиры уже не раз «занимал» у них деньги под различными надуманными предлогами. Митяй молча скривился и отвернулся к стене. Тим повернул ключ в замочной скважине, распахнул дверь с твёрдым намерением высказать в деликатной форме своё возмущение подобным поведением, но получил сильный удар в лицо и не смог устоять на ногах. Комната быстро наполнилась крепкими коротко стрижеными парнями. Митяй, повернувшись на шум, мигом оценил ситуацию и выдернул из-за пояса ТТ. Выстрелить ему не дали: кто-то из незваных гостей ловко выбил ногой пистолет из рук, а следующим ударом с размаху заехал по только недавно спухшему лицу.

Затем обоих подняли на ноги и, заломив руки за спину, сковали их наручниками. Потом быстро и профессионально обыскали комнату. Судя по недовольной гримасе старшего, здоровенного наголо бритого мужика с толстой борцовской шеей, результат поисков его не удовлетворил.

— Камни где? — он обвёл их тяжёлым суровым взглядом, и его посечённые многочисленными шрамами брови вопросительно приподнялись. Он вертел в руках зарядник с пластиной и презрительно смотрел на побагровевшего Митяя.

— Какие камни? — вполне натурально удивился Тим, но мощный удар в живот мгновенно пересёк дыхание и отбил всякое желание к лицедейству.

— Не хотите по-хорошему. Ладно. Поедем тогда в одно тихое, укромное местечко. Будем там разговоры разговаривать, — покладисто согласился старший и кивнул парочке своих мордоворотов. — Жужа и Боров здесь тормознитесь. За алкашом этим присмотрите. В общем: всех впускать и никого не выпускать. Если что — на пейджер маякуйте. Погнали, пацаны.

Тима с Митяем без особых церемоний выволокли на улицу и затолкали в две большие чёрные машины.

Поездка оказалась неожиданно долгой. Зажатый на заднем сиденье между двумя парнями, явно не страдающими от дистрофии, Тим, помимо естественного в этой ситуации волнения, испытывал и вполне осязаемый дискомфорт. К концу пути, скованные за спиной руки онемели и практически полностью потеряли чувствительность. Поэтому, когда они, наконец, приехали, и его вытащили за шиворот из машины, то, несмотря на не сулившую ничего хорошего неизвестность, он, к своему удивлению, испытал нешуточное облегчение.

Роскошный трёхэтажный особняк за городом, обнесённый высоким кирпичным забором, поражал воображение широтой размаха и финансовыми возможностями его владельца. Высокая башня, увенчанная изящным куполом, сверкающим серебром в лучах заходящего солнца, затейливые орнаменты на стенах в восточном стиле и вымощенный разноцветной гранитной брусчаткой двор — это всё, что успел рассмотреть Тим, пока его не затолкали в узкую невысокую дверь какого-то небольшого сарая, заполненного различным садовым инвентарём. Сарай оказался непростым. Стоило им войти, как часть пола приподнялась, распахиваясь на две створки, и Тим с удивлением увидел широкие бетонные ступени, ведущие куда-то вниз.

Глава 14

Потайной подвал оказался неожиданно просторным с высокими арочными потолками. Их провели длинным широким коридором мимо нескольких стальных дверей, потом они миновали какое-то складское помещение с множеством картонных коробок и, наконец, очутились в просторной комнате с металлическим креслом посередине. Это кресло сразу же не понравилось Тиму. Мало того что на нём имелись широкие кожаные ремни с застёжками для фиксации рук и ног, так под ним, на бетонном полу, явственно виднелась большая засохшая лужа крови. Митяю, видимо, оно тоже не понравилось. Он задёргался, силясь освободиться, но двое дюжих парней, невзирая на его потуги, всё же смогли, хоть и не без труда усадить его в это страшное кресло. Тима же попросту пристегнули к вмурованному в стену толстому кольцу.

Судя по тому, что тихо закрывшаяся за похитителями дверь мгновенно прервала шум их шагов, звукоизоляция здесь была на уровне. Хоть кричи во всё горло, хоть волком вой — никто тебя не услышит. Тим с Митяем и не пытались орать, прекрасно понимая всю бесполезность подобной затеи. Вариантов их внезапного заключения, в общем-то, было немного, и ответ лежал на поверхности: раз искали камни, о существовании которых знали только в Киржаче, значит, эти неприятности хвостом притащились за ними именно оттуда.

Спустя пару часов дверь так же бесшумно распахнулась. Из полудюжины вошедших, на босса могли претендовать двое. Оба шли в центре и остановились в паре метров от них, окружённые свитой мрачных мускулистых парней.

Высокий мужчина лет сорока, одетый в шикарный чёрный костюм, при галстуке, на фоне остальных мордоворотов выглядел очень изысканно, можно даже сказать утончённо. Жёсткий властный взгляд и походка уверенного в себе человека. Элегантные очки в тонкой золотой оправе, дорогие часы, запонки, явно с драгоценными камнями, говорили о неплохом вкусе и отличных финансовых возможностях. Он коротким рывком вытянул подбородок вверх, выдвинул челюсть и холодным неприятным взглядом упёрся в Тима.

Второй, его ровестник, выглядел под стать. Стильный пиджак, джинсы, барсетка. Тяжёлая, витая жгутом цепь на шее, толстый браслет на запястье и пара массивных перстней выдавали в нём любителя изделий из золота. Его взгляд тоже не отличался кротостью.

Вся эта компания выглядела очень недоброжелательно. Тим, набравшись за время общения с Митяем определённой набожности, сразу же воззвал к Всевышнему.

— Вот твои красавцы, Семён. Оба-двое, как и обещал. Принимайте, получите и распишитесь, — Эмир Казанский обнажил в хищном оскале шедевр американской стоматологии, и эта немудрёная шутка вызвала кривые усмешки охраны, и свита на секунду стала добрее. Невысокий, коренастый любитель золотых украшений лишь коротко усмехнулся и обвёл пленников тяжёлым мрачным взглядом.

— Благодарен, Эмир. От души. Эти суки мне сейчас за всё ответят. Я с них за каждого своего пацана по полной спрошу.

— Воля твоя. Ща мы с ними за камни побазарим. Где заныкали и каким ветром им такую радость надуло…

— Без базара, Эмир, банкуй.

Хорошо одетый мужчина с белозубой голливудской улыбкой кивнул одному из своих парней, и тот, повинуясь молчаливому приказу, подошёл к креслу Митяя и поставил на пол средних размеров чемодан. Затем снял свою куртку, аккуратно повесил её на вбитый в стену крюк и, распахнув чемодан, извлёк оттуда большой передник, весь покрытый темно-бурыми пятнами. Не спеша облачился в него, развернул стоя́щий на полу чемодан к Митяю и вопросительно взглянул на Эмира.

Митяй задёргался в кресле, силясь освободиться, а Тим почувствовал, как его горло мгновенно пересохло. Чемодан был заполнен всевозможными хирургическими инструментами.

Их реакция вызвала пренебрежительные ухмылки всех присутствующих, а Эмир вновь улыбнулся. На этот раз вполне дружелюбно:

— Мне бы не хотелось портить себе аппетит. У нас уже стол накрыт, а предстоящее зрелище, надо признать, не очень приятное. Рассказывайте быстро, откуда у вас камни и где они сейчас находятся. У меня больше нет к вам вопросов, и если сможете договориться с Барсуком о приемлемой сумме компенсации за доставленные неудобства, то получите вполне реальный шанс уйти отсюда живыми и здоровыми. Но если же вы хотите испытать себя на прочность, то, как говорится, милости просим… Решать вам.

— Мы отдадим вам камни, — решился Тим. — Только нет их у нас. Они у нашего друга. Он их спрятал, а где мы не знаем.