Андрей Рымин – Выбор мудрых (страница 24)
А Кабазу есть. Раз уж нырнул в этот омут, нужно завершить начатое! Оскобленный нелюдь внизу, едва отбивается. Противник по лесу не мчался, не дрался с хвостатыми – у него сил полно. Прижал ослабленного собрата к земле и лупит широким лбом в морду. Удар за ударом, удар за ударом. У человека бы уже череп треснул, как пить дать. Видно, пыжится побыстрее добить, чтобы на неведомого врага переметнуться. Не успеешь, гад!
Копье входит точнехонько меж лопаток. Глубоко, с хрустом, с чавканьем. Чернюк выгибается дугой, ревет дико. Взбрыкивает – еле древко в руках удержать получается. А второй-то в сознании и из боя не вышел. Вскидывает освободившиеся руки, вцепляется когтями в горло врага, отводит вверх голову – и зубами! В два мига загрыз, словно волк козу. Мгновение – и уже стоит на ногах. Желтые глаза буравят Кабаза. Окровавленная пасть скалится.
– Мхарса? – звучит не то удивленно, не то угрожающе.
– Друг, – бросает на землю копье Кабаз и разводит руки с пустыми ладонями в стороны.
– Рахараж, Дрружг.
Нелюдь скрещивает черные лапы с растопыренными когтистыми пальцами перед расцарапанной мордой, затем нагибается за копьем, поднимает его и протягивает обратно Кабазу.
– Рахараж.
Глава шестая. Орехокол
Вопреки надеждам Валая, чернюки не позволили своему гороподобному «таракану» отдышаться с дороги. Те несколько разнесенных в щепки домов были только началом. Чудище продолжало медленно, но уверенно продвигаться вперед, методично круша предместья Синара. Видно, демоны не хотели давать защитникам города лишнего времени на подготовку к сражению с новым, пока не изученным и непонятным врагом.
Волк и сам бы на их месте поступил точно так же. Вот подползет этот оживший холм к стене – и что с ним прикажете делать? Стрелы, копья такому чудовищу, что травинки ежу – даже пощекотать не получится. Масло? Только на него и надежда. Вон, всполошенные дружинники в обеих превратных башнях уже судорожно подкидывают поленья в костры.
– У нас часа два! – Взлетевший на стену Джейк на мгновение привалился к зубцу, окинул взглядом пока еще широкую полосу черепичных крыш, отделяющую ворота от твари, и повернулся к бойцам.
– Бабы, вниз! Хватайте, что в руки уместится – и бегом к храму. Советник приказал всех гражданских под землю упрятать. Они с Блаем, оказывается, заранее сговорились. В катакомбах на всех места хватит. Припасы уже давно туда сносить начали. Скот не загонишь, конечно, но и без того на пару месяцев достанет жратвы. Вода, говорят, тоже есть.
– А… – начала было Герта.
– Никаких «А»! Забирай своих девок – и к храму! – рявкнул Джейк. И, обведя взглядом, засуетившихся баб, добавил: – Пацанвы и стариков это тоже касается. Гарри, пробегись по ближайшим домам – подними всех, кого сможешь. На сборы времени нет. Как только… – Дружинник запнулся. – Если стена падет, Братья тот час же замуруют вход в подземелье. Там плиты – молотом не проломишь. Бегом!
Гарри, Герта и все остальные «не воины», кого разговор застал на стене, суматошно посыпались вниз по приставной лестнице.
– А мы как же? – неуверенно спросил Майно. – Мы же, если что не успеем. Спрятаться в смысле.
– А ты девка, или ребенок?! – рявкнул на Лиса Джейк. – Мы эту мразь остановим, или поляжем здесь все до единого! Думаешь, там под землей спасение? Прорвется эта тварь в город, разрушит все к Зарбагу, развалит храм в мелкое крошево – и что потом? Лучше быстро погибнуть в бою, чем такое. Или ты трус?!
– Я не… – начал побагровевший Майно, но дружинник его не слушал.
– Костер под чаном запаливайте, и к воротам. Там нужны лучники. Попробуем тварь ослепить. Попадешь с сотни шагов этому паучку в глаз? – заранее зная ответ, спросил Джейк у Ралата. – Попадешь. Видел я, как вы стрелы мечете. В общем, собирайте оружие. Сейчас сменщики ваши притопают.
И дружинник торопливо зашагал по стене в сторону ближней к ним башни.
– Да уж… – пропыхтел Валай, высекая искры на заготовленный трут. – Хреновы наши дела.
– Нет, вы слышали – он меня трусом назвал! – позабыв обо всем, негодовал Майно. Гневно выпученные глаза Лиса налились кровью, рот скривился, пальцы сжались в кулаки. Кажется, сейчас его не волновали ни чернюки за стеной, ни их гигантский питомец, ни скорый неминуемый бой. – Трусом! Я ему покажу, кто здесь трус!
– Не беленись, долговязый. – Мина задумчиво разглядывала облако пыли, сопровождающее ползущую вперед тварь. Само чудище не было видно, но безостановочный грохот и то и дело взлетавшие над крышами щупальца выдавали местоположение «таракана» – тот уже одолел треть пути до ворот. – Скоро всем нам придется показывать… Зарбаг ведает что, но придется. Матук, не забудь свой топор прихватить.
– Такую лапу, небось, хрен оттяпаешь, – буркнул насупленный здоровяк, но тем не менее бросил косой взгляд на приставленный к зубцу топор.
Оружие, как нельзя лучше подходившее медлительному, но чудовищно сильному молчуну, на днях притащил все тот же Джейк. Нашли в арсенале и выдали какому-то неказистому пахарю из ополченцев. Дружинник сию несправедливость заметил и, отобрав тяжеленную железяку у мужика, отдал его здоровяку из своего расчета. Матуку топор пришелся как по руке, так и по душе. Изогнутое полумесяцем лезвие с обоих сторон заканчивалось немаленькими шипами – таким и кольнуть можно. Рукоять как раз позволяет – длинная, что древко. Весу на три обычных, какими лес рубят – у деревенских такого добра полно – но и удар тяжелее в разы. Боевой топор одним словом. В Долине за такой любой мать родную продал бы. Валай бы не удивился, утащи Матук втихаря топор, когда все закончится. Лисы – они такие, они могут.
Костер под котлом с маслом уже вовсю полыхал, когда к ним, наконец, пришли сменщики. Трое зачуханных мужиков с нервно бегающими глазками и какой-то незнакомый дружинник – этот держался увереннее.
– Все, лесники, свободны. Дуйте к воротам, – вместо приветствия выдохнул воин, едва забравшись наверх. – Удачи вам с этой каракатицей. Дай боги, получится глазья стрелами выбить.
– Уж мы постараемся, – ответил за всех Валай, у которого и лука-то не было. Под «мы» он естественно подразумевал Ралата. Если кто и способен попасть с такого расстояния твари в глаз, так только Орел. Волк, если честно, не совсем понимал, зачем его с Миной тоже зовут к воротам. Ладно, у Матука топор – вдруг, да получится бревно-щупальце рубануть – но им-то с Оленихой, как с чудищем воевать прикажите? Не копьями же со стены швыряться? Хотя, почему нет? Копий у них с запасом.
Пробежав по верху несколько сотен шагов, миновав два поста, где к зубцам жались перепуганные ополченцы, родичи достигли левой превратной башни. Возле нее стена густо полнилась воинами – в основном лучниками и арбалетчиками. Причем последних раза в два больше – с луками у защитников Синара было туго, всем желающим не раздашь. Но им с Миной оружие быстро нашлось. Джейк, уже бывший здесь, мигом отобрал у двоих не то крестьян, не то охотников луки и сунул их Волку с подругой.
– Я по копью больше, – попробовал возмутиться Валай, но дружинник отговорку не принял.
– А я по мечу. Бери давай и не ерничай. Вы с Миной, может, и не ровня Ралату, а один хрен в стрельбе любого из наших уделаете.
– Волк прав, – влезла охотница. – Не все из нас прирожденные лучники. Эти двое, – ткнула она в Орла с Майно, – посильнее нас в стрельбе будут. Ты лучше раздели их. Пусть Валай с Лисом здесь остаются, а мы с Ралатом по другую сторону от ворот встанем. Кто его знает, откуда стрелять будет удобнее.
– Дельная мысль, – согласился Джейк. – Хватай стрелы, и чешите туда. Вон она, гадина – уже подползает.
И действительно – чудище от защитной пустой полосы уже отделяло всего несколько домов. Вот-вот вырвется на простор.
– Смотри мне, Волчара, – прижалась лбом Мина к щеке Валая. – Шкуру чтоб в целости сохранил. Мне тебе еще волчат рожать.
И девушка вслед за Ралатом скрылась в арочном проеме узкого коридора, что вел на ту сторону ворот, проходя под обеими башнями.
Проводив любимую взглядом, Валай тяжело вздохнул и повернул голову в сторону все приближающегося грохота. Вот под ударом чудовища осыпалась черепичным дождем крыша одного из домов второй линии. Вот та же участь постигла соседнее знание. Теперь очередь постоялого двора, что призывно пестрит свеже-покрашенной вывеской с правой стороны улицы, и расположившейся напротив него кондитерской лавки.
Толстенное словно древесный ствол щупальце высунулось сквозь арку, которой заканчивалась дорога, идущая через предместья к южным воротам Синара. Повертелось туда-сюда, будто осматриваясь, и резко рванулось вверх, разметав по пути, казалось бы прочный, кирпичный свод. Поднявшись над карнизами третьего этажа, на мгновение замерло и опять полетело стрелой в сторону оконных проемов. С треском и грохотом горного обвала стена трактира приняла в себя великанскую живую дубину. Щупальце играючи разметало кирпичную кладку и ушло сквозь пустующие комнаты куда-то вглубь здания.
Не успела одна конечность чудовища скрыться в грохочущем хаосе разрушений, как второй «тараканий ус» взмыл над крышами. Быстрый удар сверху вниз – и лавку кондитера от мансард довитрины вскрыло жутким разломом. Пару мгновений дрожащие стены еще простояли, покачиваясь, а потом трехэтажное здание разом обрушилось, подняв в воздух очередное облако пыли.