Андрей Рымин – Бессмертыш (страница 14)
Его требовательность, строгость, в чем-то жестокость и несгибаемость сделали из меня того, кем я есть. Благодарен? Еще бы.
И когда-нибудь он будет мной гордиться. Нужно только стать чемпионом.
— Это P1! (От автора: Обозначение первого места в результате гонки)
— Да. Спасибо вам. Нужно кое над чем поработать, но вы молодцы, ребята, что собрали классную машину. Это успех!
Эпизод с моим обгоном уже крутят на экранах по всей трассе «Шанхай». Выглядит довольно эпично. Еще все это в дождевой дымке, под рев фанатов и гул различных моторов.
Паркую свой болид у таблички с первым номером и выхожу. Ам-м-м… Выкарабкиваюсь и выпрыгиваю. Так будет правильнее сказать.
Территория уже огорожена, и я вижу свою команду: руководителя и механиков.
Она крайняя. Глаза черные, огромные. Губы издалека кажутся бледными и холодными. Ни румянца нет, ни загара, хотя ее кожа довольно темная, оливковая.
Смотрю на свою девушку и жду улыбки. Победил же. Вырвал победу у Сафина. Да, все произошло из-за его ошибки, но это игра, гонка, где твоей ошибкой пользуются другие. Здесь нет того, кто протянет руку помощи на треке, если оступился.
Снимаю шлем, следом балаклаву. На голове, наверное, взрыв. Чувствую влажную кожу на висках. Несколько капель пота стекают и утопают в горловине защитной водолазки.
Марта стоит и заламывает пальцы. Она не просто волнуется, ей страшно.
Иду размеренным шагом. Я же не из тех, кто кидается в толпу от радости своей победы. И первое, что делаю, останавливаю свой взгляд на девчонке.
Она облизывает губы, и те чуть-чуть приобретают цвет.
Кажется, что все-таки хочу узнать, какие ее губы на вкус. Чистое любопытство. Эксперимент. Очередная попытка забыть
Наши лица близко. Марта выдыхает, и ее дыхание скользит по моей щеке теплым потоком. Взгляд с поволокой, моргает медленно. Изучаю каждую реакцию и запоминаю. Если она играет, то из нее выйдет отличная актриса. Если же нет…
— Поздравляю с победой, Алекс. Я…
Договорить не успевает. Наклонившись, касаюсь ее ледяных губ. Руки Марты тянутся от моих плеч к шее. Пальцами она зарывается в мои влажные волосы. И мне, вопреки всему, хочется притянуть ее к себе и вытащить из охающей назойливой толпы.
Нас снимают, фотографируют. Толпа продолжает визжать, пока целую свою фиктивную девушку согласно пункту договора.
Поцелуй получился сладким, как и победа. В общем, печенья с предсказаниями не врут.
— Довольно неплохо для первого раза, — шепчу, чтобы никто не слышал.
Отстранившись, мы по-прежнему на микроскопическом расстоянии друг от друга. Несмотря на ограждение, я рядом. Меня ждут в комнате отдыха, потом по плану награждение. Но остаюсь стоять и смотреть в глаза той, чьи губы остались номером два.
Наверно, я просто проклят.
На щеках Марты выступает румянец. Оживилась, заулыбалась, зубки свои даже показала. Ее руки остаются на моей шее. И я снова наклоняюсь, чтобы поцеловать. В этот раз раздвигая языком губы и вторгаясь в ее рот. Мои рецепторы подсказывают, что она ела шоколадное мороженое…
— Извини, — говорю, разрывая поцелуй, и ухожу вслед за Сафиным в комнату отдыха. Мне и правда не помешает охладиться и успокоиться.
В спину летит полный недовольства взгляд Марты, затылок покалывает. И чем, спрашивается, обижена? Оборачиваюсь, подмигиваю. Девчонка сощуривается. Есть в этом что-то забавное, смешное и очаровательное.
Глава 13
Марта
— Значит, ты стала лицом новой рекламной кампании косметической продукции «Glaze»? — Таня, моя близкая подруга, внимательно смотрит на меня, словно я только что открыла секрет египетских пирамид.
— Ну, получается, что так…
Отвожу взгляд.
— Круто, — Варя — жена Тимура Сафина, соперника Алекса. — Это правда очень круто, и прими мои поздравления.
Скомкано улыбаюсь, потому что не привыкла получать похвалу, да и поздравления тоже. По-прежнему не чувствую, что это моя заслуга.
Мы собрались за завтраком, когда девчонки приземлились в Майами на шестой этап чемпионата. Для Алекса он практически домашний, потому что гонщик проживает здесь уже пять лет.
— И твои фотографии на всех билбордах будут?
— И в журналах, — беру в рот соломинку и отпиваю какой-то суперполезный, но невкусный смузи.
— То есть скоро у тебя автограф нужно будет спрашивать? И записываться в расписание для встречи, да? — наседает Таня, но делает это из любопытства. В последнее время я стала более скрытной. Понятно, по каким причинам.
— Почему сразу записываться? — улыбаюсь, — обратись к моему личному менеджеру.
— Супер. Потеряла подругу, — вздыхает театрально.
Поворачиваю голову и смотрю на набережную. Мы в центре города, настоящего мегаполиса, но я вижу высоченные пальмы, вечные закусочные, людей в пляжной одежде. Все такие улыбчивые, счастливые.
Вечерами здесь людно и шумно. Никак не привыкну, что живу в Майами. Все кажется затянувшимся сном или вовсе миражом. Да я живу в другой реальности! Она настолько отличительна от той, в какой родилась я, что иногда посещает мысль: а что, если я умерла и попала в рай?
С того дня, как я заключила сделку с «дьяволом», моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусом.
У меня есть шикарный дом, работа моделью и приятный парень. Возможно, я ему нравлюсь. Все это, как крылья за спиной, дают свободу. Главное, не упасть, если крылья обломаются от липового счастья.
— Я рада за тебя, — Таня притягивает мое внимание, — и за Алекса тоже. Он очень хороший. И классный.
Варя подтверждает. Чтобы не улыбаться, как клоун, закусываю внутреннюю сторону щеки.
— Приятно смотреть на тебя влюбленную…
Отставляю от себя невкусный смузи. И как их только Алекс пьет каждое утро, еще и по целому литру? Нет бы бутербродиков покушал или овсяной кашки на молоке.
— Да, ты влюбилась, — подключается Варя.
Девчонки синхронно качают головой и переглядываются. Мы с Варей нечасто общались, но каждая встреча с ней теплая. Она точно не совершит подлость и не подставит.
— Влюбилась? — уточняю.
В груди жмет. Но это от синтетического топика, который я надела после силовой тренировки в спортзале и пришла в кафе. Нагрузка была сегодня колоссальная.
— Ну… Да.
Тянусь к заказанному капучино. Не думали же мои тренер и менеджер, что я буду пить один их зеленый смузи из сельдерея?
Вру, глядя в глаза девчонкам, с которыми дружу. И меня накрывает дрожь с головы до пят.
Ненароком вспоминаю поцелуй на глазах у целой толпы полтора месяца назад. Его губы, руки на моей талии. Запах сгоревших покрышек, горячего пластика и мужского дезодоранта. Все было неплохо.
— Алекс заботливый. Он интересный собеседник… — продолжаю говорить.
Покусываю губы, а они, как назло, становятся все суше и суше.
— И обо мне еще никто никогда так не заботился, как он, — допиваю кофе одним глотком. — И вообще, Алекс…
Что? Что Алекс? Да, нравится он мне, но влюбленность? Эдер тут же контракт разорвет, если почувствует неладное. Пф-ф, зачем мне это? Лучше буду мерзкие смузи по утрам пить.
Сердце тем временем подскакивает к горлу и продолжает биться в сумасшедшем ритме.
— О, вот и наш австрийский принц, — Таня кивает за мою спину. Та покрывается мурашками, и я чувствую каждый шаг Алекса к нашему столику, каждый его взгляд, который он бросает на мои плечи, лопатки, поясницу.
После глупых разговоров о влюбленности, где я снова должна играть чувства, сложно прийти в себя. В голове до сих пор слова Тани звучат. Эдер еще выглядит так превосходно, что только дурочка останется холодной к такому парню.
— Дамы, — здоровается со всеми.
Меня целует в губы. Легкий чмок, который переворачивает все внутри. Кровь меняет направление, а мозг шипением растворяется.