Андрей Расторгуев – Дети Велеса (страница 102)

Юноса они отыскали в городе, в дружинной избе ведунов. Наскоро умывшись с дороги и перекусив, тут же устроили импровизированный военный совет, расспрашивая ведуна о том, что удалось ему достичь за этот срок. Новости оказались не совсем утешительными. Сделано не мало, но далеко не всё, на что рассчитывал Стас и без чего не мыслил успешного проведения военной компании.

– Князь хоть и согласился собирать войско, но требует держать его в пределах княжества, чтобы встретить нежить на нашей восточной границе. – Юнос беспомощно развёл руки. – Я не смог его переубедить. Может, вам удастся.

Стас чувствовал себя связанным по рукам и ногам. Как будто в милиции мало ему было твердолобого начальства, считавшего себя пупом земли, а свои руководящие распоряжения самыми мудрыми и единственно верными. Сколько приходилось тратить сил на борьбу с «ценными» указаниями, не дававшими спокойно работать. Теперь ещё и тут бюрократические препоны преодолевай. Но что делать, придётся идти на поклон к правителю, чтобы вдолбить в его венценосную башку, что избранная им стратегия в корне неверна и ведёт к неминуемому поражению. А в роли тарана кто выступит? Опять же Пырёв, изрядно поднаторевший в пробивании управленческих барьеров.

Стас решительно поднялся из-за стола.

– Идём, Юнос. Засвидетельствуем Великому Князю своё почтение.

В Детинец их впустили не сразу, предварительно уведомив правителя, что к нему на аудиенцию просятся двое посетителей. От вопросов начальника стражи у Стаса возникло стойкое ощущение дежа вю. Словно в приёмной какого-нибудь государственного чиновника оказался, где секретарь обязательно спрашивает: «Вам назначено? Вы по какому вопросу?..» – и так далее. Но когда тот же начальник отослал стражника со словами: «Скажи, что к Великому явились ведун Юнос и Воевода Железный Клинок», – Пырёв невольно почувствовал себя маршалом в парадном мундире с роскошными золотыми эполетами. Особенно как представил размер формировавшейся за стенами армии, которой ему предстояло командовать, пусть даже только на период обучения. Так и вошёл в апартаменты Князя с видом человека, преисполненного служебным долгом, хорошо знающего себе цену, – гордо расправив плечи, словно на них действительно красовались маршальские погоны.

После короткого приветствия с полагающимися поклонами Князь, не вставая с трона, окинул прибывших оценивающим взглядом, задержав его на Стасе. По выражению лица невозможно было понять, рад ли правитель, что Дети Велеса вернулись ни с чем и теперь тоже будут сражаться против нежити, или огорчён тем, что им так и не удалось отыскать обратный путь домой и убраться восвояси. Скорее всего, и то и другое. Но разве он позволит кому-либо читать эмоции на своем лице?

– Чем могу помочь? – сухо поинтересовался Князь.

– Да, собственно, уже ничем. – Пырёв на долю секунды опередил замешкавшегося с подбором слов Юноса, и вышел вперёд, беря инициативу в свои руки. – Вы вообще понимаете, что творите?

На какой-то миг в глазах правителя мелькнула растерянность, но тут же погасла, оставив лёгкий налет недоумения.

– Потрудись объясниться, Железный Клинок.

Поскольку Князь назвал его не «Упырём», а более новым, заслуженно полученным в боях прозвищем, стало ясно, что к Стасу он относится вполне серьёзно. Тем лучше, ведь и разговор предстоит серьёзный. Пырёв подобрался. Не каждый день приходишь к начальству высказывать претензии, тем более перед ним не заурядный чинуша средней руки, а первое лицо хоть и маленького, но государства.

– Скажи, Князь, для чего мы собираем такое огромное войско?

Как не старался правитель, а проступившее удивление скрыть не сумел, однако быстро с этим справился и ответил уже с непроницаемым лицом:

– Странно слышать от тебя. Не ты ли отправил сюда Юноса с этим предложением, сообщив о нашествии нежити?

– Я, – не стал отпираться Стас. – Но ещё я говорил, что необходимо обучить собранное нами войско вести бой в условиях, исключающих использование любых чар, и двинуть его навстречу нежити, на восток.

– И я с этим согласился. Что же тебя не устраивает?

– То, что ты согласился отправить войско только до восточной границы княжества, а не дальше.

Князь порывисто встал и приблизился к Пырёву. Резко остановился в трёх шагах, проговорив спокойным голосом, чётко выделяя каждое слово:

– Я никогда не оставлю свою землю без защиты. Если мы уведём войско за пределы княжества, кто тогда защитит оставшихся здесь женщин, стариков и детей?

– А кто их защитит, когда все собранные тобой воины полягут на границе, а нечисть, переступив через их трупы, хлынет сюда и заполонит княжество? – не остался в долгу Стас.

– Что-то не пойму я тебя, Железный Клинок. То сам ратуешь за поход против нежити, то говоришь, что мы не сможем её одолеть. В чём дело?

Оглянувшись на Юноса, Пырёв заметил в его глазах тот же немой вопрос, только что услышанный от Князя. Господи, и ведун его не понимает. Потому-то и не смог убедить правителя отправить войско навстречу врагу. Как можно быть такими недалёкими!

Он повернулся, чтобы видеть сразу обоих, и начал втолковывать:

– Поймите, Скал прокатывается по княжествам, как снежный ком по выпавшему снегу. Растёт, набирает силу. Мы конечная точка его продвижения. Можете представить, насколько огромным будет этот ком в конце пути? Наспех слепленными снежками, даже такими большими как наша армия, его не остановить. Они только разобьются вдребезги. Поэтому выход один – пустить навстречу другой снежный ком, чтобы он тоже набирал силу. Чем дальше он укатится, тем больше будет, и тем меньше мы дадим разрастись войску нежити. А когда они столкнутся, достигнув примерно одинаковых размеров, обязательно развалится тот, который порыхлее, не успевший слежаться, как следует. Им и должна стать нечисть, потому что Скал хоть и Хозяин ей, но организатор из него никакой. Держит подчинённых лишь благодаря своей Силе.

– Интересно излагаешь, – хмыкнул Князь. – Ну, а коли развалятся оба снежных кома?

– Вполне может быть. – Стас облизал пересохшие губы. Не привык ораторствовать, да и не любил особо, а тут пришлось. – Но даже в этом случае наша задача будет выполнена, потому что нежить тоже поляжет вместе с нами и дальше уже не пойдёт.

Вот так, всё предельно просто. Сами умрём, но врага не пропустим. Князь долгим заинтересованным взглядом смотрел на Пырёва, будто увидел в нём нечто такое, чего раньше не замечал. Потом заложил руки за спину и принялся ходить в задумчивости взад-вперед, меряя шагами зал. Наконец, придя к какому-то решению, уселся на трон, и, снова глянув на Стаса, произнёс:

– Ну, хорошо. Будем считать, что ты меня убедил. Но лично я не могу оставить княжество, бросив мирян на произвол судьбы, и посадников из городов не могу отпустить. Посему войско поведёт другой воевода.

– Великий Князь, – вперёд вышел Юнос, – я готов послужить на благо рода людского.

– Нет, мой доблестный ведун, – покачал головой правитель. – Воеводой в этом походе будет Железный Клинок. Коль скоро он подготовит ратников, ему и вести их на эту битву. Справишься, Сын Велеса?

Так… Значит, всю ответственность за жизни солдат и последствия боевых действий решили возложить на него. А чего ещё ты ждал, Упырь? Инициатива наказуема. От неё по всем законам страдает сам инициатор. «Надеется, что я откажусь? Чёрта с два! Только и у меня есть кое-какие условия». Пырёв тоже шагнул вперёд, встав рядом с Юносом.

– Я согласен, если мне в этом никто не будет мешать.

– О каком вмешательстве ты говоришь?

– Мне нужна полная свобода действий. Я должен сам формировать отряды, по своему усмотрению обучать их и выбирать методы ведения боя. Все мои решения и распоряжения должны исполняться беспрекословно.

– Не все те способы, которые ты используешь в бою, придутся людям по нраву, – задумчиво проговорил правитель, вспомнив, очевидно, как во время обороны Трепутивля Стас облил наступающих кочевников кипящей смолой, а потом поджёг. – Но, что не гоже людям, то для нежити в самый раз. В борьбе с нею все средства хороши, посему я согласен предоставить тебе такую свободу действий. Войско твоё. Когда собираешься выступить?

– Не раньше середины осени. Мало собрать войско, его ещё нужно подготовить.

– Тогда не мешкай, приступай немедля. Да, вот ещё что… – Великий замялся, что-то прокручивая в голове, затем медленно продолжил: – Вы пойдёте через соседние княжества, в которых сидят свои правители. Не каждый из них верно истолкует цель пребывания столь большого войска на его земле. Будь я с вами, это бы восприняли, как дружественное посещение одного Князя другим. Но меня не будет. Значит, придётся назначить тебя, Железный Клинок, ещё и моим послом. Я вручу тебе верительную грамоту, в которой подробно опишу, куда ты следуешь и зачем. Это должно помочь в достижении взаимопонимания и в деле пополнения войска в чужих землях.

– Ну, уж нет, – запротестовал Стас, – избавь меня от этого. Я сугубо военный человек и в политике не разбираюсь. Мне и головняков командующего за глаза хватит. Назначь послом кого-нибудь другого.

– Кого, к примеру?

– Да хоть… – Стас повернулся к Юносу, чтобы ткнуть в него пальцем, но встретил колючий взгляд ведуна, красноречиво говоривший: «Не надо!» И тут в голову пришла совершенно авантюрная идея, не лишённая, впрочем, определённого смысла, и он выпалил: – Назначь Аркадия свет Сергеевича. Уверен, что лучшей кандидатуры не сыщешь.