Андрей Потапов – Первоочередной (страница 54)

С каждым словом улыбка Владыки становилась всё шире, а на последних – так вообще расцвела подобно пышной сирени.

– Подлюка, – процедила Наталия. – Ладно, выбора у нас, похоже, нет.

– Я тоже так думаю, – кивнул Бальтазар. – Ну всё, пока. Целую.

И снова скрылся в одном из глубинных подпространств телепортации.

– Видать, не дошли? – спросил Дима пустоту, оторвавшись от чтения.

– Ну прям Путилин, – с сарказмом отозвалась Наталия, вновь появившись перед писателем.

– Кто?

– Стыдно должно быть, – цокнула дочка Власова. – Историю своего города не знаешь.

– Сейчас это неважно, – справедливо заметил Дима.

– Конечно, не дошли, – возмутилась Наталия. – Всё как в древнегреческих мифах. Точь-в-точь по схеме, только за Орфея была целая толпа.

– Мда, – заключил писатель. – Стало быть, Астролябия застряла в реальном мире?

– Именно! – Закипающая Наталия пронеслась к окну и вылетела ненадолго продышаться.

Когда призрачная девушка вернулась, Дима сидел, обхватив голову руками, и даже не моргал.

– Дочитал, голубчик? – с участием спросила дочка Власова.

– А как же, – бесцветным тоном ответил писатель. – Только не уверен, что всё правильно понял.

– Что тебя смутило?

– Получается, Роза – побочный продукт копирования Ибн Заде?

– Немного грубо, но в целом так, – подтвердила Наталия. – Ткань Повествования компенсирует любые нарушения равновесия, и поэтому в твоём мире сразу же появилась копия Астролябии, которая взаимодействовала с тонкими материями напрямую.

– Зато они хотя бы с Сеней воссоединились, – так же безэмоционально сказал Дима.

– Сложно это назвать полноценным воссоединением, – вздохнула дочка Власова. – Они даже обняться не могут.

– А ты можешь их как-то перенести сюда? – оживился Дима от новой идеи.

– Астролябию могу, – ответила Наталия. – А вот Сеня только своим ходом может добраться. Он же в физическом воплощении.

– Может, дождаться, пока он уснёт и проделать тот же фокус, что и со мной?

– Интересно, – задумалась призрачная девушка. – Вы хотя бы сможете поговорить.

– Тогда отправляйся в Одессу, – попросил Дима. – Дождись, пока он уснёт, и приведи обоих голубков ко мне.

– Допустим, – согласилась Наталия. – А ты пока чем займёшься?

– У меня Серетун и Гарюрич остались бесхозные, надо посмотреть, что с ними происходит.

– Как что? – спросила дочка Власова. – На войну попали они.

– Блин! – психанул писатель. – Не может быть!

– Я же говорила, что не надо было нападать на Пейтеромск, – пожала плечами Наталия.

– Что ж ты не сказала этого до того, как я напортачил?

– Автор не давал.

– Кажется, я вообще не понимаю, чего он хочет, – покачал головой Дима и снова открыл файлик.

Глава двадцать третья

Глава двадцать третья

Забрав корову у ничего не подозревающих стражников, дружная компания из Гарюрича, Серетуна и лже-Двадцать Пять пошла к выходу.

– Я их сам провожу, – предупредил парень коллег.

– Куда мы дальше? – поинтересовался Долгорукий, следуя за хитрым волшебником.

– Заберём Астролябию для начала, – ответил Серетун. – А потом по ситуации. У меня плохое предчувствие.

– Мне кажется, обычно ты более оптимистичен, – заметил Гарюрич.

– Ну не знаю, – усомнился чародей.

Когда небольшая процессия оказалась у городских ворот, лже-Двадцать Пять сделал жалобные глазки и буквально упал на колени:

– Пожалуйста, верните меня обратно в тело коровы!

– Ба, – иронично протянул Серетун. – Ты же назвал нас придумщиками. Сочинили мы всё, видите ли.

– Каюсь, – заныл парнокопытный стражник. – Это было самым тупым решением, которое только возможно. Мне казалось, человеком быть здорово. Знай да гуляй себе и думай о своём. Так нет же, обязательно все от тебя чего-то хотят, ещё и разговоры непонятные ведут о мироустройстве. А я всё никак не пойму-у-у, о чём речь, и стою как дебил. Мне бы травку, а не вот это вот всё.

– Некоторые люди тоже любят травку, – сардонически рассмеялся чародей. – Ладно, иди сюда и прикоснись к корове.

Лже-Двадцать Пять послушно выполнил просьбу, инициировав процедуру обратного обмена.

Перед изумлённым Гарюричем тела снова оплавились, меняя форму, и спустя минуту идиотской ситуации, которую своими руками устроил Серетун, пришёл конец.

– Это самое отвратительное, что я видел в своей жизни, – произнёс Долгорукий бесцветным голосом.

– Ты просто мало живёшь на свете, – фыркнул чародей.

– Зря вы это сделали, – победно улыбаясь, заявил настоящий Двадцать Пять.

– Почему же? – с вызовом спросил Серетун.

– Ну как, – стражник ловким движением взлохматил себе чёлку. – Я сейчас пойду трындеть по округе, что вы предатели и говнюки, планирующие покушение на самого визиря.

– Ай блин, – цокнул волшебник.

– Что такое? – напрягся Гарюрич.

– Помнишь, как я попал в неловкую ситуацию, когда Астролябия тебя создала?

– Что “помнишь, как я попал в неловкую ситуацию, когда Астролябия тебя создала”? – переспросил Долгорукий.

– А, ну да, ты же ещё спал, – вздохнул чародей. – В общем, сейчас такая же неловкая ситуация.

– Ну надо же, – разулыбался Двадцать Пять. – Я загнал в угол самого великого волшебника?

– Не гони крамолу, – огрызнулся Серетун. – Ибн Заде, как узнает, что ты такое говорил, сразу тебя отшлёпает. Или даже развеет.

– Где, кстати, мой повелитель? – спросил стражник. – Помнится, он был с вами, а сейчас вы без него. Значит, уже убили?

– Никого мы не убивали! – вспылил Гарюрич. – Хорош петушиться. Улетел он от нас.

– Куда? – тупо уточнил стражник.

– Не знаю, он не отчитывался.