Андрей Посняков – Варвар: Воин Аттилы. Корона бургундов. Зов крови (страница 12)
– Свентовит! Сварог! Велес! – славяне тоже призывали своих грозных богов.
Вокруг слышался звон мечей, крики ярости и боли, стоны раненых… Бей! Коли! Убивай! Все бегали с выпученными глазами, кидались один на другого, толпа на толпу, мешая своим же. А тут – втроем на одного. Сейчас ведь достанут пацана!
– Держись, Истр! – отмахиваясь мечом от выскочившего на пути врага, Родион бежал, влекомый колдовской музыкой битвы, орал, как все, ибо иначе было нельзя. – Россия, впере-о-од! – выкрикнул он первое, что пришло в голову.
Удар! Удар! Удар! Эх ты, гад… ты так, да? Вот тебе, на! Получай!
– Держись, Истр!
– Бей их, Рад, рази! Заходи слева! – командовал Доброгаст.
Не слабый старик оказался: тяжелая секира на длинной рукояти бабочкой порхала в его руках, сокрушая головы врагов, словно гнилые поленья – хэк! хэк!
– Россия-а-а-а! А-а-а-а! – Вращая глазами, Родион пробился-таки к Истру, встал рядом, по пути полоснув мечом одного из врагов.
– Брат! – на миг скосив глаза, улыбнулся парнишка. – Я рад, что мы вместе!
– И я…
Бам-м!
Звякнули, взорвались разноцветными искрами скрестившиеся мечи, раздался скрежет.
А здорово оказалось орудовать клинком! Как удобно лежал в руке трофейный готский меч, как влек вперед, как жаждал крови! И парировал, отбивал удары, рубил – ловко, будто сам по себе! Видно, недаром мечам давали собственные имена! Интересно, как зовется этот?
Родион погрузился в стихию битвы, чувствуя, как поет душа, словно ничего естественнее и быть не могло. Звон мечей, свист стрел, стоны и кровь врагов – что может быть лучше для воина? Особенно когда в руках надежный меч, пусть даже и готский.
Удар! Удар! Удар!
Родион и сам раньше не знал, что в нем таится подобная ярость! Шум сражения, запах вражеской крови наполняли все существо непередаваемой радостью.
– Россия-а-а-а! Россия, вперед!
Глава 6
Южная лесостепь. Поселок
Очнулся Родион сидя на вытоптанной траве у самых ворот, распахнутых настежь. Левой рукой он опирался на плетень, правой сжимал красный от крови меч. Никаких готов вокруг больше не было – вместо звона клинков и яростных криков по всему селению раздавались лишь стенания да бабий вой, протяжный и жуткий.
Уцелевшие Доброгастовы парни расхаживали по двору, деловито собирая трупы. Своих складывали отдельно, врагов – отдельно. С готов при этом стаскивали кольчуги и кожаные панцири с блестящими металлическими деталями. Не гнушались и поясами, и обувью – все это кидали в кучу.
Господи! Что же тут такое было-то?
Родион покрутил головою, окончательно приходя в себя. Над дальним лесом вставало солнце – красное, словно напитавшееся кровью; от кузницы, амбаров и хат тянулись длинные тени.
Боже! Радонега! Неужели…
– Ты славно бился, брат! – К нему подбежал Истр, поклонился.
Слава богу, парнишка выглядел здоровым, лишь левая рука ниже локтя была обмотана кровавой тряпицей.
– Задели все-таки?
– Так, чуть-чуть. – Подросток пожал плечами и рассмеялся.
Веселится, ишь ты! У них тут что, каждый день такое?
– Если бы не ты, Рад, меня бы точно живота лишили!
«Убили бы» – понял Родион. Он вообще на удивление хорошо понимал местный диалект, будто внутри сидел переводчик.
– Слышь, Истр… – начал Родион, но запнулся и поморщился: опять вдруг замутило. – Можешь мне объяснить: что тут такое случилось-то? Кто эти отморозки, откуда взялись?
– Это готы! – усевшись рядом, хмуро пояснил Истр. – Ты что, не узнал их клич?
– Ах, да… Они что же, живут с вами рядом? Община у них целая?
– Не сказать чтобы рядом, скорее далеко. Но, вот… пришли.
– Надо срочно сообщить в полицию! – Родион встрепенулся и в волнении схватил приятеля за плечо. – Понимаешь, у меня даже в голове не укладывается – как такое могло случиться? Совершенно открытый беспредел! Бандитский налет! У вас так часто бывает?
– Нет, – подросток покачал головой. – Не часто. Очень редко. Последними гунны приходили, но я помню плохо – мал еще был.
«Бо детеск», он сказал…
– Такое нельзя оставлять безнаказанным! – сплюнув, твердо заявил Радик. – Ни в коем случае!
– Верно говоришь! – Истр одобрительно хмыкнул. – Мы и не оставим. Вон, посмотри, Доброгаст идет, довольный такой. Еще бы! Боги на этот раз были милостивы – мы отбились и не так уж много людей потеряли.
– Они тоже потеряли немного, – Доброгаст улыбнулся, показав крепкие желтые зубы, и пригладил волосы. – Ты славно бился, Рад, гость наш! Меч пел в твоих руках, словно птица!
– Не понравилась мне эта музыка, – невесело отозвался юноша. – В полицию пойдете заявлять?
– Пойдем… – староста на секунду задумался. – Пойдем, глянем. Осмотрим врагов. Сегодня же похороним всех с честью!
– Похороним? А как же следствие, экспертиза? Их надо всех в морг отвезти, и поскорей сообщить хотя бы участковому. Ну, вы, думаю, уже это сделали.
– Мы сделаем все, что нужно! Вставай же, гость и славный воин. Идем посмотрим.
Убитые налетчики уже были освобождены от доспехов и шлемов, а кое-кто – и от рубах. В целом насчитали девять человек, все как один молодые парни. Этому, что с краю лежит, больше пятнадцати не дашь – ему бы книжки читать, на лето заданные, а не… Господи… И все равно жалко! И Радонегу жалко… и даже этого готского паренька с пробитой грудью, бурой от запекшейся крови.
– Ну? – Доброгаст взглянул на молодых спутников. – Что скажете, парни?
– Мы славно бились!
– Это понятно, – староста слегка поморщился. – Но я сейчас не о том.
– Здесь только молодежь, нет ни одного по-настоящему взрослого человека… – тихо промолвил гость. – И во время сражения я ни одного зрелого не заметил.
– Верно, Рад! – Старик кивнул. – У тебя острый глаз. Учись, Истр. Все так – одни молодые парни, думаю, еще не женатые. А что это значит?
– Я понял! Понял! – неожиданно взвился Истр. – Готы… они… они сделали, как в старину – собрали дружину! Но гунны вряд ли стерпят!
– Может, и не стерпят, – согласился Доброгаст. – А может…
– А что если и нам возродить дружину? – Подросток распахнул глаза, обмирая от собственной дерзости. – Как было в старые добрые времена, при воеводе Радомире! А что? Гунны сейчас далеко, тем более мы платим им дань.
– Как и готы.
– Ну, вот! Им же позволили…
– Откуда ты знаешь, что позволили? Готы коварны и хитры.
– Никогда не думал, что они так близко.
– Вряд ли так уж близко. Но вот эти пришли, – Доброгаст с усмешкой кивнул на убитых. – И нашли здесь то, за чем явились.
– Так и нам нужно собрать дружину! И еще выстроить укрепления, настоящий град, как у ромеев! Я про них слышал от Василия.
– Ты еще молод, Истр. – Староста вновь покачал головой. – Еще очень и очень молод. Наши предки никогда не строили укреплений – было незачем, но сейчас, как видно, настала пора, в этом ты прав, сын мой. А вот дружина… Три, четыре дюжины молодых мужчин станут воинами и будут заниматься только войной – мы не сумеем их прокормить! А богатых соседей, чтобы жить за счет добычи, у нас нет. Ты сам видишь, на счету каждая пара рук, особенно сейчас, когда впереди уборка урожая. Да, были прежде дружины, но в те времена были возможности их содержать – многолюдные селенья, ремесло, торговля с Римом… Давным-давно, еще до прихода гуннов. Они все разорили, словно смерч пронесся. Даже горшки с тех пор вручную лепим, только для себя, а ведь наши предки торговали посудой! Вот укрепления, думаю, к зиме выстроим – выроем ров, поднимем вал. А дружина…
– Но ты мог бы хоть немного научить молодых владеть мечом! – взмолился Истр. – Ты же умеешь!
– Умею, – Доброгаст усмехнулся в усы и кивнул на Родиона. – Наш гость тоже умеет. И очень неплохо! Если сможете уговорить, пусть он вас поучит.
– Ага, меня бы кто поучил! – с ходу отмахнулся юноша.
Сказал и тут же осекся, вспомнив вдруг, как уверенно держал в руке клинок – и как тот жаждал крови, будто живой, как рвались сухожилия врагов, трещали кости…